Фаворитка изумрудного змея - Натали Лансон

далее. Травницы — это хорошо, конечно, но не настолько, как целая больница врачевателей! Да и с образованием… это не дело, что целые деревни живут без элементарных знаний счёта и родного языка.

Оценив масштаб моей задумки, Альтаир осторожно, как бы ненавязчиво, «подсунул» мне несколько расторопных советников из своего окружения. Я отказываться не стала, всё-таки столько сидеть за бумагами вредно для беременных. Да и штат помощников подобрался изумительный! Конечно, мои офицеры тоже прекрасно справлялись, фактически перенимая на себя все трудности моих «А давайте сделаем вот что!», но помощь лишней не бывает. Да и делиться успехами, когда столько человек приложили к этому руку, куда приятнее! По крайней мере для меня.

После Новогодия Альтаир часто покидал Альвиор, разъезжая по Алире. Все оставшиеся шестнадцать герцогств требовали внимания и безумного количества реформ. Севира тоже не давала о себе забывать, но там хотя бы Шахрияр был, так что мы обходились переписками с наместником. Насколько я знала, Шах прекрасно справлялся со своей новой должностью. Правда, змея пока себе так и не вернул. То ли Шалара артачилась, не желая по-хорошему отдавать своего зверя, то ли обряд требовал особенных условий для его проведения. В любом случай слухи о том, что жена наместника живёт в старом дворце на задворках осенней провинции, долетали даже до нас.

Вечерами я безумно скучала по любимому, но днями толпы людей, ожидающие моих распоряжений, не давали мне печалиться. Порой, мне даже казалось, что я имя своё не помню! Не будь Раины и мадам Зои с Анникой, я точно забывала бы даже поесть при всей своей ответственности к своему положению.

Беременность… Она стала для меня неожиданностью, однако очень приятной несмотря на то, что я совершенно не задумывалась о таком повороте судьбы. Никогда не задумывалась.

Если бы кто-то два года назад сказал бы мне, что я попаду в другой мир и там обзаведусь семьёй, я бы очень долго хохотала! А теперь, только гляньте! Просыпаюсь каждое утро и улыбаюсь своему отражению, чувствуя себя на своём месте… чувствуя себя дома.

Зажмурившись от яркого полуденного солнца, повернула голову к дедушке Володару.

— Что вы хотели сказать?

— Хотел сказать, матушка, что негоже тебе на таком сроке мотаться по полям! — дед Володар нахмурился. — Пузо скоро будет выше носа, а ты всё не уймёшься. Что я, сам не мог оценить зрелость пшеницы? Пф! С какими мне глазами потом государю говорить, что его аша разродилась в карете?!

— Бросьте, тут совсем недалеко, — махнула ладошкой, подставляя лицо тёплому солнышку. — До родов ещё недели две — Анника сказала. Что ж мне эту неделю в четырёх стенах сидеть? Совсем скоро зарядит сезон дождей. Вот тогда и… ой!

— Что?! — Переполошился старик. — Только не говорите, что…

— Да всё нормально, — с улыбнулась я, поглаживая огромный живот. — Просто малыш в последние… два месяца, — я досадливо поморщилась, — уж очень активно пинается. Растёт… Уже начинаю мечтать о родах. И это при всём при том, что принимала активное участие в родах Анники!

— М-да… — промямлил старик, чувствуя неловкость от темы разговора. — Наша ведьма так кричала, что все попрятались по комнатам! Паолина клянётся, что у неё кровать тряслась, как от землетрясения.

Вспомнив тяжёлые роды Анники, вздрогнула. Ника тогда сказала, что чёрные ведьмы всегда с огромной болью приводят в этот мир новую жизнь. Всё потому, что их магия противоречит сути процесса.

Тем не менее, я уже и к такому мучению была готова.

Последние пару недель я не знала, куда себя деть! Спать невозможно — живот мешает! Есть невозможно — изжога просто замучила! Ходить — ноги отекают и спина болит. Лежать — тоже самое!

«Ещё и Альтаир опять уехал! Обещал не задерживаться, но до сих пор… — улыбка быстро сошла с губ, а на глаза набежали слёзы. — Долбанные гормоны».

— Что такое, герцогинюшка? — участливо спросило Раина. — Яблочко захотелось? Или ежевички?

— Домой, — мрачно выдала я.

Дед Володар выдохнул.

— Слава Пресветлой. Едемте, моя голубушка. Нече тут в пылюке дышать. Люди на совесть работают… — глава по продовольственной части умиротворённо покивал, бросая взгляд на округу.

В поле мужики уже вязали снопы пшеницы и осторожно сносили их в телеги. Девушки собирали на окраине леса ягоды, а молодые парни убирали валежник и рубили сухие деревья на будущую зиму. Мы решили помогать целыми группами каждому двору, начиная от самых старых жителей деревень. Так работа делалась споро, да и несла она куда больше удовольствия. Морлан взял на себя организацию таких групп, здорово вписавшись в движение деятельной молодёжи.

Раина и Морлан собирались вот-вот сочетаться законным браком. Вообще я думала не давать им своего разрешения (молодые же совсем!), но Альтаир убедил не делать этого.

«Ты же не хочешь, чтобы малявка принесла в подоле полукровку? У них — любовь…» — вспомнились слова Тара.

Пришлось смириться и, наконец, окончательно оставить земной менталитет в прошлом. На Алире браки заключались с пятнадцати, а Раине уже пошёл семнадцатый год. И совсем скоро наступил пора свадеб!

Я тяжко вздохнула, поднимаясь со стула.

— Ладно. Поехали.

— Вам отдыхать больше надо, — качал головой старик всю дорогу до невероятно красивого экипажа, в который были запряжены единственная пока на Алире пара гнедых лунм. Это Альтаир распорядился доставить коней через океан, чтобы я не собирала попой все кочки по полям, где дороги пока оставались просёлочными. — Нелёгкая задача — выносить наследника! Идёмте-идёмте.

Вернувшись в крепость, я заглянула к Аннике. Она со своей очаровательной четырёхмесячной дочуркой Викторией уже вовсю копошилась в теплицах.

Малышка росла не только на радость маме, папе и бабушке, но и всей крепости. Я стала Виктории почти что крёстной. На Элероне религия имела схожую с этим наименованием миссию, но называлась она «заступница — мать».

Наигравшись с крохой вдоволь, хотела вернуться к себе, но меня перехватили в холле заботливые руки мужа.

— Тар! Ты вернулся!!! — взвизгнула я, с восторгом обнимая любимого. Малыш тоже ожил, заплясав в животе чуть ли не джигу. — Ох… Твой сын доконает меня.

Альтаир нежно поцеловал меня в носик и с выражением священного трепета на лице положил руку на мой выпуклый живот.

— С чего ты решила, что там сын? Мне вот кажется, что там девочка. Она всегда так забавно замирает, когда я пытаюсь почувствовать её. Точно недотрога.

— Хм… — я тихо засмеялась, млея в объятьях любимого ничуть не меньше нашего малыша. — Я думала, все мужчины грезят наследниками, вот и называю малыша сыном. Как бы мотивируя его быть мальчиком.

— Какая глупость. Во-первых, никакая мотивация не позволит