Сделка на совесть - Инна Сирин

— Ну ты ведь запретила мне поздравлять тебя с днём рождения.

— Тэгён и так перестарался. С меня достаточно на сегодня. А ещё мама прислала сообщение. Твоя кстати тоже. Откуда у неё мой номер?

— Думаю от твоей мамы.

— Да, скорее всего. Нас сейчас снимают, кстати?

— Нет. Но он скоро подойдёт, обещал написать мне.

— Будет что-то ещё?

— Ага. Закрываю свой гештальт.

Смысл этой фразы Ён Хи поняла часом позже, когда они вошли на территорию ипподрома и направились к конюшням.

— Серьёзно?! Ты так и не простил Сонхо, что он повёл меня на конное свидание?

— Да, потому что это была моя идея и я даже оставлял заявку в начале шоу. Но они сделали её общедоступной. Мы возьмём лошадей, немного потренируемся в крытом манеже, а потом прокатимся к озеру.

— Не думаешь, что у людей возникнет аналогия?

— Поверь, со мной будет иначе. Я лучше смотрюсь в седле и наш тур будет интереснее. А что до аналогий, ну и пусть. Посчитают, что ревность взыграла.

— Рафинированный эстет, чтоб тебя, — хохотнула Ён Хи.

В свой первый визит на конный завод девушка довольно сильно испугалась. Она впервые видела лошадей так близко и совсем не знала, что с ними делать. Как оказалось, Чу Сонхо тоже не знал и его страх, хоть он и старался его скрыть, ей передался. Рядом с ним она не то, что не чувствовала уверенности, а только сильнее напрягалась.

Но сегодня было иначе. Хёншик очевидно не врал, что умеет общаться с лошадьми. Он уверенно гладил их, знал, где браться за узду и где лучше не трогать. Да и лошади реагировали на него как на своего. Конюх порекомендовал девушке красивую серую кобылу с белой гривой и добрыми глазами. У неё был самый спокойный нрав и большой опыт с разными наездниками. К тому же Искра отличалась хорошей сообразительностью.

— Теперь погладь её по морде вдоль носа, а потом пощекочи верхнюю губу, — советовал Хёншик, когда они уже познакомились с кобылой и она высунула им навстречу моржу из денника.

— Она меня не укусит?

— Нет. Попробуй.

Ён Хи коснулась бархатной кожи, сплошь покрытой крошечными вибрисами, и лошадь сильнее склонила к ней голову. Затем погладила, как он показывал, а потом осторожно пощекотала пальцами мягкий нос меж больших овальных ноздрей и верхнюю губу. Лошадь смешно сморщила губы, оголив крупные зубы и радостно заржала. Ён Хи вскрикнула от неожиданности и тут же засмеялась. Хёншик тоже засмеялся.

— Видишь, ей нравится. И это забавно выглядит. Дай ей яблоко, — он протянул небольшой красный плод и показал, как подать его на открытой ладони. Ён Хи не сдержала испуганного вскрика, когда Искра аккуратно взяла с её ладони лакомство мягкими губами.

— Знаешь, в самый первый раз, когда я пришёл позаниматься на лошадях, конюх прочитал нам лекцию, как надо с лошадьми обращаться, что они любят и не любят. Он тогда сказал: «Пальцы к лошадям просовывать можно. Ведь они очень полезные, их легко откусить, задорно хрустят и вам явно не нужны. Так что суйте на здоровье! Лошадки будут вам благодарны». Я с первого раза выучил, что точно нельзя делать, — он рассмеялся, закончив свой рассказ, а Ён Хи удивлённо смотрела на него.

— Он хотел скормить ваши пальцы лошади, а тебе смешно?

— Вот же дурочка. Нет, конечно. Он просто доходчиво объяснил вместо того, чтобы нудно требовать не совать пальцы. Учись, учитель.

— Ха-ха, шутки у тебя конечно.

— А у тебя проблемы с чувством юмора. Ну да ладно, мы не за этим пришли. Покатаешься на ней? Ты ей понравилась.

— Если можно. А ты на ком поедешь?

— Сейчас посмотрим.

Он вальяжно прошёлся среди денников и остановился напротив крупного бурого коня с кудрявой гривой. Хёншик смотрел ему в глаза и медленно подходил, протянув вперёд руку. Но стоило ему коснуться длинной морды, как животное залихватски тряхнуло гривой и показало язык. Затем конь заржал и встал на дыбы, насколько позволяли размеры денника. Актёр тоже засмеялся.

— Вот на этом, если разрешат.

— Кажется, ты ему не очень понравился, — засомневалась Ён Хи. Но в глазах мужчины уже загорелся азарт. Кажется, он не врал насчет страсти к экстриму. Искра вела себя на редкость спокойно, позволяла гладить и щекотать морду, даже словно ластилась к её руке. А этот мачо кудрявый слишком агрессивный на взгляд девушки.

— Уверен, мы поладим, да? Как там тебя?

Мужчина посмотрел на табличку с кличкой коня.

— Уверен, мы поладим, да, Палладин?

Конь снова заржал и в этот раз позволил себя погладить.

Лошадей к ним вывели через полчаса. Ён Хи долго не могла взобраться в седло, пока Хёншик не подошёл и не подтолкнул её за пятую точку. Сидеть в седле всё равно было страшновато, а ну как лошадь её сбросит?

— Боишься? — спросил мужчина, видя, как она осматривается.

— Есть немного.

— Я буду рядом. И нас будет сопровождать конюх. Я сейчас поговорю с Искрой.

Он прислонился лбом ко лбу лошади и стал тихо что-то нашептывать. Искра, казалось, внимательно слушала, а под конец его речи вдруг закивала.

— Умница, — улыбнулся ей мужчина и потрепал между ушей. — Она пообещала позаботиться о тебе и быть осторожнее.

— Хочешь, чтобы я поверила, что ты умеешь разговаривать с лошадьми?

— Дело твоё.

Ухмыльнувшись, он взобрался на своего Палладина так легко, словно в седле родился, и они начали тренировку на манеже. Конюх не отходил от девушки, первое время ведя лошадь в поводу. Но потом отпустил и только подсказывал, как ей управлять. Это кардинально отличалось от прошлой поездки на Чеджу. Да, они много смеялись и большую часть времени просто общались с лошадьми, кормили, учились чистить шерсть, и слушали лекцию по уходу. Катались от силы минут двадцать на двух старых спокойных клячах, и то внутри открытого загона для выгула. В самом шоу это всё подали куда романтичнее, чем было на самом деле. А еще этот неповторимый запах конского навоза!

Нет, Ён Хи не была брезгливой, но те конюшни оказались не очень чистыми и воняло в них прилично. В этом месте было куда чище, постелена свежая солома и запах гораздо менее заметен. А когда они выехали на открытый воздух, стало и вовсе замечательно. Троица всадников ехала через окраину парку в сторону озера, сопровождал пару только один конюх. Ехали не торопясь, болтая о том, что видели, и позируя для фотографа. Вдруг Палладин разбушевался, замотал головой и попытался сбросить наездника. Хёншик вцепился в луку седла и поводья, пригнулся к его шее и