Преданная истинная черного дракона - Екатерина Борисова

Взволнованные мурашки волнами прокатываются по мне, приподнимая волоски.

Я ругаю себя сквозь зубы за то, что так реагирую на него.

Ведь даже сквозь огромное пуховое одеяло я чувствую его взгляд. Обжигающий, пронзительный, отчаянный и виноватый. Но хуже всего то, что я чувствую его вину. Чувствую где-то глубоко внутри себя. И верю ей.

Он правда осознал и сожалеет.

Он злится на себя, не на меня.

А я чувствую отзвуки его несдержанных эмоций.

Но мне плевать!

Плевать!

Я не хочу! Я не просила!

— Я не понимаю, о чём вы, — утирается утереться насквозь мокрым платком публикан.

— Это моя фамильная брошь, идиот! И она на твоей дочери! Которую «отравили» ТВОИМИ каплями от сердца из ТВОЕГО флакончика! Ещё подсказки нужны?! — рычит Александр.

В тусклом свете, что льётся в зал через высокие, узкие окна, мне даже кажется, что я вижу, как змеится чешуйчатый узор по его щекам.

Но этого не может быть. Ведь Александр отказался от своего дракона, чтобы спасти меня.

Хотя никто его не просил.

Я плотнее путаюсь в одеяло, продолжая дрожать.

— Я протестую, — хрипит отчаянно лорд Кречет, — это давление на потерпевшего.

— Отклонено, — отмахивается судья. — Вы и ваша дочь больше не потерпевшая сторона. Охрана! Сопроводите семейство Кречет к скамейке подсудимых.

По залу прокатывается новый гул и восторженное одобрение.

— Но папа! — вскакивает с места Агнес и растирает по милому личику слезы. — Но ты обещал! И леди Анна! Позови её!

— Заткнись, — рычит лорд Кречет, но дочь его не слушается.

— Это был всего лишь розыгрыш! Милый розыгрыш! Я и капель-то не пила. Лишь полглотка! И флакон случайно выпал из моих рук прямо в её карман! Я ни при чём!

— Заткнись! — рявкает лорд Кречет.

Но Агнес лишь всхлипывает и рвётся из рук охранников.

— Я не думала! Я не хотела! Я пострадавшая сторона! Эта леди Анна была такая милая, просила разыграть её подругу! Я сделала лишь полглотка! Правда! Я не знала, что мне станет плохо! О, как плохо мне было, ваша честь! Но я не виновата! Это всё между вот ней и её подругой! — глупая Агнес тычет пальцем в меня и оборачивается в поисках Анны Ларской. Неужели она не знает?

— Мне кажется, заседание можно закрывать, — Александр брезгливо отталкивает от себя лорда Кречета прямо в сильные руки тюремных охранников.

— С этой частью, да, — кивает судья. — Леди Идалин Арсгольд — Веленгард признаётся полностью невиновной в покушении на семейство Кречет. Но...

Начавшиеся было аплодисменты в зале моментально стихают.

А к моему горлу подкатывает ком.

Ну что ещё?

— Перейдём к рассмотрению смерти Анны Ларской и её бабки Матильды Буртраж.

— Что? — взвизгивает Агнес и оседает на руки отца. — Папа, она не могла умереть! Она ведь обещала! Обещала мне...

Девушка, чьи глупые мечты рушатся на глазах сотен любопытных зевак, заливается горючими слезами.

А лорд публикан стремительно бледнеет. Его собственная дочь сдала их с потрохами. Выдала и как пила настойку, и как подбрасывала мне флакон, когда обнимала в таверне.

Глупая девочка!

Поверила Анне и хотел пожить в роскоши и почёте. Что ещё могла пообещать ей «принцесса» Анна, если сама ничего не имела? Свои связи? Свои драгоценности? Свою дружбу и поддержку?

Как мало это стоит...

— Леди Идалин Арсгольд — Веленгард и князь Александр Веленгард, вы обвиняетесь в убийстве тёщи и беременной падчерицы короля Августуса. По его требованию ваше дело будет рассматриваться в Авелоне, вы высылаетесь...

— Я протестую, — Александр выходит вперёд.

Спокойный, уверенный в себе.

А я... неожиданно для себя любуюсь им.

И сейчас он предстаёт передо мной совершенно другим мужчиной. Не скучающим красавчиком из высшего общества Авелона, кто с удивлением и брезгливостью разглядывал узор истинности, кто купил меня у моего «отца», но повзрослевшим, серьёзным мужчиной.

Он давно отбросил напускной лоск, не позаботился о пиджаке или мундире.

Сейчас перед огромной толпой и судом, и лордами наблюдателями он стоит в одной простой рубахе, неторопливо закатывая рукава.

— Идалин здесь ни при чём! Анну Ларскую и Матильду Буртраж убил мой дракон за то, что они пытали и мучили мою ИСТИННУЮ, моё сердце и душу!

По залу вновь проносится ропот.

Агнес рядом со мной всхлипывает, а судья недовольно морщится и что-то ищет в своих заметках.

— В тот день, когда Идалин пропала, Матильда Буртраж подкупила драконов из сопровождения и использовав ментальную магию внушения, чтобы выкрасть мою ИСТИННУЮ!

— Где доказательства? — хмурится судья.

В отличие от дела Кречета здесь всё выглядит серьёзней. К тому же ордер на нашу выдачу Авелону... Попахивает международным скандалом. Августус смерти Анны не простит.

— Феста, девочка, иди сюда, — неожиданно для всех Александр опускается на корточки и зовёт мою маленькую помощницу.

Она здесь! Малышка Феста. Одетая как куколка сидит на последнем ряду рядом с... рядом с семейством Ларсен и полковником Грифитом. Когда они успели прийти.

— Скажи, малышка, — Александр берёт спустившуюся к нему Фесту за руку и проводит на середину зала суда. — Ты узнаешь кого-то из охранников?

Все замирают.

Кажется, никто не дышит. Лишь лорд Кречет недовольно фыркает.

Малышка рассматривает каждого дракона в форме внимательно и цепко. Её умные чёрные глаза исследуют каждого.

Наконец, она кивает.

— Вот этот и вон тот. Они привезли бездыханную госпожу Идалин к гостинице «На Пике». Госпожа Матильда сунула им по кошелю, а мне...

— Враньё! — один из офицеров, на кого указала малышка, покрывается красными пятнами.

— А мне было велено постелить им в лучших комнатах и принести питьё.

— Готова ли ты это подтвердить на амулете правды? — недовольно спрашивает судья.

Малышка с готовностью кивает.

— А вы? — переводит тяжёлый взгляд судья на офицеров, от которых на шаг отошли их товарищи.

Обвинённые охранники не спешат отвечать.

— Всё ясно, — хмурится судья. — Я объявляю перерыв. Пусть разбирается судья в Авелоне...

— Я протестую! — ревёт Александр.

— Отклонено!

— Постойте, — со своего места поднимается господин Ларсен, дед Александра, и медленно спускается. — По законам Драконьего Пика нельзя судить дракона за убийство, если он защищал свою истинную от тех, кто намеренно пытался их разлучить и разрушить эту связь.

— Но доказательств нет!

— Доказательства есть! — рычит Александр и делает знак слуге внести коробку.

Стоит крышке упасть на пол, как пред изумлённой толпой предстаёт моя срезанная коса, разодранное платье, пузатая бутыль с моей свернувшейся кровью и длинный, изогнутый нож.

— Анна Ларская была изворотливой стервой, которая месяцами опаивала меня приворотным зельем. Пока я подавлял дракона внутри, моя человеческая сущность реагировала на мерзавку, но как только я встретил Идалин Арсгольд...

— В деле есть материалы, в которых