Смена формы - Кэсси Александер

но тон её нельзя было спутать ни с чем. Больничные халаты исчезли, сменившись полупрозрачным струящимся светом, но руки и череп оставались видимыми — сплошные кости.

— Меня держали в плену существа из-под земли, а бруха пытался меня покорить.

От Мальдонадо не осталось ничего, кроме обугленного следа на цементе. Всё, что было им, сгорело и уплыло в стоки. Она продолжала, обводя взглядом каждого из нас:

— Я ответила на молитвы тех, кто взывал ко мне, на каждую из вас по одной молитве. Я была к вам добрее, чем вы могли бы надеяться.

До меня дошло, что именно с нами произошло. Ти… он всегда хотел снова стать человеком, получить шанс по-настоящему умереть. Я выбрала спасти Олимпио, а Ашер выбрал спасти самого себя. Я перевела взгляд на Лус и Адриану: Адриана теперь стояла сама, без костяных татуировок. А Лус уже не казалась такой пугающей, как раньше. Интересно, о чём пожелал Олимпио.

Сверху, из Текато-Тауна, донёсся шум. Отряд людей перепрыгнул через край и приземлился в овраге выше по течению. То, как они прыгали и приземлялись, точно вампиры.

Во главе отряда стояла женщина в плаще с поднятым капюшоном. Но я разглядела её белую кожу и выбившуюся светлую прядь. Это была Анна.

— Почему ты больше не моя? — она указала на Лус.

Лус задвинула Адриану себе за спину: если будут наказания — они достанутся ей.

— Я хотела сделать её целой. А она хотела сделать меня снова человеком.

Анна окинула взглядом нашу потрёпанную компанию, а мы выглядели как промокшие до нитки крысы, если не считать Санта-Муэрте, и её лицо смягчилось.

— Я понимаю. — Она опустила капюшон. — Я пришла, как только смогла, когда поняла, что ты нарушила обещание и попробовала кровь. Дом Грей напал на нас сразу, как только мы ушли. — Она уставилась на Санта-Муэрте. — Могу лишь предположить, что они хотели подчинить тебя.

И вдруг стало ясно, почему люди так стремились контролировать Санта-Муэрте. Если она могла снова сделать вампира человеком, и зомби тоже, она могла возвращать мёртвых к жизни, как и подобало её имени.

— Что ты будешь делать теперь? — настаивала Анна.

Санта-Муэрте заговорила, и Олимпио тут же перевёл:

— Я и тебе не обязана отвечать.

— Твоему народу ты здесь нужна, — сказала Анна.

Санта-Муэрте повернулась к ней, и её костяной рот распахнулся в смехе, челюсть ходила вверх-вниз.

— Не смей притворяться, будто знаешь меня, нежить. Я и тобой могу управлять. Эти порождения тьмы держали меня слишком долго, веками, высасывая мою силу.

— А кто теперь защитит Рейнас от остальных из «Трёх крестов»? — перебила я, пока ещё хватало смелости спросить. Что бы здесь ни произошло, это не уничтожило магическим образом все пушки у остальных. У таких, как Мальдонадо, хватало последователей, готовых занять его место. Без Лус в роли Рейны, внушающей страх, её люди не продержатся и дня. Я посмотрела на Лус — на её лице читались те же мысли.

Анна взглянула на меня так, будто только сейчас заметила моё присутствие.

— Мне следовало догадаться, что это будешь ты…

Но я не собиралась сейчас отступать.

— Ты не можешь бросить всех этих людей, Анна. Ты не знаешь, каково здесь, внизу.

Санта-Муэрте хлопнула костлявыми ладонями, и рядом снова ударила молния.

— Не говори мне, каково это — быть покинутой. И не смей говорить мне, каково здесь. — Олимпио снова переводил. Санта-Муэрте указала на Анну. — Моему народу больше не нужны такие, как ты.

Анна сделала два шага вперёд.

— Ты нам должна.

Только Анна могла попытаться предъявить долг святой.

— Я уже расплатилась, — сказала Санта-Муэрте, указывая на нас. — Что, по-твоему, я должна тебе заплатить?

— На нас напали по дороге сюда. Сегодня ночью я потеряла трёх слуг из-за Дома Грей. — Анна выглядела неуверенной. Она никогда не выглядела неуверенной. — Если… если они не в лучшем месте, я требую их возвращения.

— Признаёшь, что вампиры боятся загробной жизни? — перевёл Олимпио, и его тон был таким же надменным, как и её.

Анна развела руками, охватывая всё пространство вокруг нас.

— Признаю, что здесь, возможно, уже ад.

Санта-Муэрте расхохоталась.

— О, я видела ад, mi amor, mi querida. Я видела ад. — Затем она склонила голову и уставилась пустыми глазницами на Анну. — Pero ha hecho lo mismo usted, — перевёл Олимпио. — Но ты тоже такое делала.

Анну не так давно пытали целый век. Может, не так долго, как Санта-Муэрте… Но древний дух кивнула, будто самой себе, и её одеяния всколыхнулись.

— Возможно, мы сможем прийти к соглашению.

Анна кивнула.

— Я была бы этому очень рада.

Обе женщины отошли в сторону. Я не сомневалась, что стая вампиров, последовавших за Анной, слышит их шёпот, но у меня не было сил прислушиваться. Я обмякла, и Ашер подхватил меня. Если не смотреть на его лицо, я знала, что это он, я чувствовала это по тому, как крепко и надёжно он меня держал.

— Ты в порядке? — прошептал он мне на ухо. Голос был похож на голос Ашера. Хоть немного.

— Да, — прошептала я в ответ и солгала. Я огляделась в поисках тела Ти, но не нашла его. Его уже утянуло в сток.

— Хочу убраться отсюда подальше.

Я почувствовала, как он кивнул, прижавшись ко мне.

— Я тоже. Скоро.

Разговор Анны и Санта Муэрте закончился. Санта Муэрте протянула свою скелетообразную руку, и Анна опустилась на колени и поцеловала её и её плащ расплылся вокруг неё в воде. Интересно, к какому соглашению они пришли. Встав, они вместе вернулись к нашей маленькой группе. По невидимому сигналу люди Анны начали расходиться.

— Но что насчёт «Трёх крестов»? — крикнула я. Мне нужно было услышать, что клиника будет в безопасности.

Санта-Муэрте обернулась и уставилась на меня пустыми глазницами. Олимпио перевёл, пока её челюсть двигалась:

— Не беспокойся. У меня ещё есть с ними кое-какие дела.

Затем она прошла мимо нас. «Прошла» — не совсем верное слово: она двигалась сквозь потоки воды, не совершая видимых движений, а её одеяния скрывали всё, что происходило ниже пояса. Она поднялась по стене оврага, унося с собой свой свет, и исчезла.

Анна проводила её взглядом, потом посмотрела на меня.

— Ты в порядке, Эди?

— Ночь выдалась долгой, — ответила я честно.

Она подошла ко мне, качая головой, словно разочарованная тётушка.

— Это не то, что я имела в виду, когда начинала твоё изгнание.

ГЛАВА 46

Лус и правда была целой. Она позволила мне взять её за руку и я почувствовала её запястье. Кости срослись, у неё был пульс. Адриана не отпускала её ни на шаг. Мы