Вид тишины - Л. Х. Косуэй (Косвей)

— Всё в порядке. Думаю, я поеду на автобусе. — Слова едва успели сорваться с губ, как он шагнул ко мне. Шей взял мою руку, поднял к своим губам и коснулся внутренней стороны запястья. Я замерла, дыхание перехватило. Он взглянул на меня, губы всё ещё касались моей кожи. По спине пробежала дрожь. Его взгляд был нежным, умоляющим, и у меня просто не было сил уйти.

— Ладно, — сдалась я, голос дрогнул. — Можешь… м-м… отвезти меня на работу.

Он отпустил моё запястье, коротко коснулся губами щеки, затем положил тёплую ладонь мне на поясницу и повёл к пассажирской двери. Я села в машину, и он мягко захлопнул дверь. В нос ударил аромат кофе, и я заметила стаканчик с крышкой в подстаканнике, рядом — бумажный пакет.

— Это тебе, — набрал Шей.

— Не стоило, — тихо ответила я.

Он протянул руку и нежно провёл пальцами по моим волосам. Я повернулась к нему, с трудом сглотнув комок в горле. В его взгляде было столько любви и обожания, что я едва выдержала. Он выдохнул, отстранился, и только тогда я заметила покраснение на его костяшках. Я ахнула и схватила его руку, чтобы рассмотреть.

— Что случилось?

Тень скользнула по его лицу. Он мягко вытащил руку, ничего не ответив.

— Шей? — я нахмурилась.

Он тяжело вздохнул и набрал: — Вчера приходил Найджел. Мы поссорились. Я ударил его.

— Господи, — я резко вдохнула. Мне было трудно представить Шея в драке. Да, он крупный, сильный, но всегда сдержанный. Невозможно было вообразить, что он теряет контроль.

— Я сделал это не из-за Эмер. А из-за недоразумения, которое он посеял между нами. Я ненавижу его за это. И ненавижу себя за то, что был импульсивным идиотом и сделал выводы слишком быстро.

Неужели плохо, что от этих слов моё сердце немного потеплело?

— Он не собирается подать на тебя в суд? — спросила я тревожно.

— Вряд ли. Найджел — придурок, но не до такой степени. В глубине души, как мужчина, он понимает, что заслужил.

— Надеюсь, ты прав, — пробормотала я. Мне не хотелось думать, что к Шею могут прийти из-за этого. И всё это только сильнее напоминало, как сильно я его люблю — несмотря ни на что.

Он отложил телефон, завёл двигатель и выехал на дорогу. Радио тихо играло, но между нами стояла тишина. С одной стороны, мне хотелось сорваться, закричать — спросить, как он вообще мог представить, будто между мной и Найджелом что-то есть. Это же абсурд!

С другой — он был таким заботливым этим утром, что злиться становилось всё труднее. Он ударил бывшего лучшего друга из-за меня. Я не оправдывала насилие, но понимала: это выражение силы его чувств — к нам, к тому, что между нами есть. И я чувствовала то же самое.

Я осторожно взяла кофе, отпила глоток. Потом открыла пакет — желудок заурчал, стоило увидеть орехово-кленовую булочку. Я была слишком расстроена утром, чтобы поесть, а теперь вдруг проголодалась.

Шей бросил на меня короткий взгляд, лёгкая улыбка тронула уголок его губ, когда он увидел, что я приняла его подношения.

— Это ещё не значит, что я тебя простила, — тихо сказала я, откусывая кусочек. — Я всё ещё злюсь.

Он кивнул, лицо стало серьёзным. Движение машин замедлило поездку, но мне было всё равно — в машине было тепло и спокойно, и не нужно было слушать, как кто-то громко разговаривает или включает музыку в автобусе.

Шей остановился у моего офиса, заглушил двигатель. Его руки сжались на руле, когда он повернулся ко мне.

— Ты хорошо водишь, — сказала я, нарушая тишину. — Почему всегда ездишь на автобусе?

Он посмотрел на меня — взгляд стал невероятно интенсивным. От него у меня запылала шея.

Он начал показывать жестами — медленно, чтобы я успела понять:

Потому что… это значит… что я могу… проводить время с тобой.

Правильно ли я поняла? Щёки вспыхнули, сердце забилось быстрее. Он внимательно смотрел на меня, будто пытался понять, разобрала ли я смысл. Не желая сталкиваться с нахлынувшими чувствами, я поспешно потянулась за сумкой.

— Думаю, мне нужно ещё немного практики, — прошептала я, прочистив горло и отвернувшись. — Спасибо за кофе и булочку. Мне пора, а то опоздаю.

Я выскользнула из машины. Щёки обожгло холодным воздухом, а затем меня окутало приятное тепло, когда я вошла в здание. В офисе включила компьютер и прослушала голосовое сообщение от Терезы — она перечисляла, что нужно сделать за день. Это было так заботливо: кто-то другой оставил бы письменный список, а это было бы куда хуже.

Минут за пять до обеденного перерыва в дверь постучали. Я решила, что это Тереза, и крикнула, чтобы входила. Дверь открылась — и на пороге стоял Шей. Я сразу вскочила, растерянная его внезапным появлением.

— Шей, что ты… — начала я.

Он быстро набрал что-то на телефоне:

— Хотел пригласить тебя на обед, если ты свободна?

Моё раздражение немного растаяло. Ну почему он должен быть таким милым? Желание простить его подтачивало мою решимость.

Я сжала губы, глядя на него с извиняющимся выражением. — Не могу, только потому, что уже договорилась пообедать с Джонатаном. Мы наконец собираемся поговорить.

Шей понимающе кивнул, хотя в его глазах мелькнуло лёгкое разочарование.

— Понял. Может, тогда завтра я смогу отвезти тебя на обед?

— Конечно, — ответила я, и он сразу оживился, его взгляд стал внимательным, почти жадным. Он едва смотрел на телефон, пальцы печатали автоматически.

— Значит, это свидание, — набрал он, а потом добавил, всё ещё глядя прямо на меня: — Ты такая красивая. Хотел бы я тебя поцеловать.

Меня охватил вихрь противоречивых эмоций. Я подошла ближе и коснулась его щеки ладонью. — Я пока не готова, — тихо сказала я, и он закрыл глаза, словно таял под моим прикосновением. — Но скоро. Наверное.

Он снова кивнул. Прошло несколько секунд, прежде чем я наконец отступила.

— Увидимся позже, ладно? — сказала я как раз в тот момент, когда в дверях появился Джонатан.

— Мэгги, ты готова к обеду? — спросил он, переводя взгляд с меня на Шея.

Я прочистила горло:

— Да, конечно. Это мой парень, Шей, — представила я их и внезапно поняла, что впервые назвала Шея своим парнем при другом человеке. По его взгляду я поняла, что ему понравилось это новое звание — он шагнул вперёд, чтобы пожать Джонатану руку.

— А, рад знакомству, Шей, — сказал Джонатан, и Шей кивнул, хотя выражение его лица оставалось настороженным. Я чувствовала, что он ещё не решил, как относиться к Джонатану, и это