Шепот о тебе - Кэтрин Коулc

Холт вздохнул:

— Ладно. Дом сейчас, секс потом.

У меня сжался живот от скрытого в этих словах обещания:

— Спасибо.

Он не отпустил меня с колен, но потянулся за тубусом с чертежами. Осторожно развернул листы перед нами. Их было много, но первый план захватил дыхание.

На глаза навернулись слезы.

— Это идеально.

Холт крепче прижал меня к себе:

— Эй, что это за слезы?

— Просто… я люблю его. — Это было все, о чем мы мечтали: смесь горного шале и фермерского дома с огромной верандой по периметру. — Они даже качели нарисовали.

Его губы скользнули по моей шее:

— Я сказал им, что без качелей будет не то.

— Я тебя люблю. Я уже говорила тебе это сегодня?

— Всего десять раз. У тебя еще минимум столько же в запасе.

Я рассмеялась и перевернула страницу. Архитекторы превзошли себя. Первый этаж — светлый, просторный, с огромными окнами. Кухня переходила в семейную зону с одной стороны и в столовую — с другой. Большой камин из камня разделял столовую и еще одну зону отдыха.

В подвале — игровая с огромным телевизором с одной стороны и спортзал, который Холт считал жизненно необходимым, — с другой. На втором этаже — пять спален, включая нашу с ванной мечты.

Я провела пальцами по одной из дополнительных спален, и сердце у меня забилось чаще:

— Здесь может быть детская. Она ближе всего к нашей и с красивым видом на лес.

Холт улыбнулся, его губы скользнули по моим волосам:

— Отличный план.

Я вцепилась в его предплечья и глубоко вдохнула:

— А как ты отнесешься к тому, чтобы заполнить эту комнату немного раньше, чем мы планировали?

Холт напрягся подо мной:

— Сверчок?

Я развернулась к нему, чтобы видеть его лицо. В этих глубоких синих глазах отразилось все.

Он сглотнул:

— Ты…?

— Помнишь, как я в прошлом месяце пила антибиотики? Я забыла, что они влияют на эффективность противозачаточных. Месячные задержались, и я сегодня пошла к врачу. Не хотела брать тест в аптеке — в таком городке об этом узнают за пять минут. Я знаю, мы не планировали…

Холт не дал мне договорить — накрыл мои губы поцелуем и положил ладонь мне на живот:

— Я никогда в жизни не хотел ничего больше, чем семью с тобой.

Глаза снова наполнились слезами:

— Перестань заставлять меня плакать.

— Прости, Сверчок. — Он отстранился, хмурясь. — Ты себя хорошо чувствуешь? Ты вчера говорила, что тебя тошнило.

— Это и натолкнуло меня на мысль. Но пока все довольно легко.

— Тебе нужно отдыхать. Нам нужно купить витамины, составить список полезных продуктов, найти врача и…

Я заткнула его поцелуем:

— Со мной все будет в порядке.

Холт провел большим пальцем по моему животу:

— У нас будет ребенок, — прошептал он с таким благоговением, что у меня снова перехватило горло.

— Никогда не думала, что можно быть настолько счастливой.

— И все же ты украла у меня эффект.

Я подняла глаза:

— Что ты имеешь в виду?

— Я подготовил тебе подарок в честь нашего будущего дома. Для библиотеки.

Я выпрямилась у него на коленях:

— Я люблю подарки.

Холт рассмеялся и достал из корзины сверток:

— С новосельем.

Я с нетерпением сорвала бледно-розовую бумагу. Книга была старая, но тканевый переплет — в идеальном состоянии.

— Холт…

Золотыми буквами на обложке красовалось Маленькие женщины. Я провела пальцами по тисненному узору и открыла книгу:

— Это… — Я резко подняла голову. — Первое издание?

— Для нашей библиотеки нужно что-то особенное, согласись.

— Это потрясающе. Она такая красивая.

— Там еще есть закладка.

Я перелистнула несколько страниц, пока пальцы не нащупали ленту, и потянула ее. На свету заиграл блестящий камень, и сердце у меня застучало.

Холт поймал кольцо:

— Никогда не думал, что смогу быть так счастлив. Так полон радости. — Он надел кольцо мне на палец — овальный бриллиант сиял в закатных лучах. — Но ты все продолжаешь и продолжаешь дарить мне больше. Выйдешь за меня?

Я запрокинула голову, чтобы увидеть этого невероятного мужчину:

— Ты уже подарил мне все. И все равно продолжаешь.

— Значит… это да?

— Да, — выдохнула я, целуя его.

И когда небо окрасилось в сумерки, я знала: все наши мечты, придуманные когда-то давно, наконец начали сбываться. И теперь, после всего, что мы пережили, мы ценили их в тысячу раз больше.

ПРИЯТНОГО ЧТЕНИЯ РАСШИРЕННОГО ОТРЫВКА ИЗ РОМАНА «ОТГОЛОСКИ ТЕБЯ»

Пролог

Мэдди

ПРОШЛОЕ

Цифры и буквы на странице учебника плавали перед глазами. Я моргнула, пытаясь выровнять перекошенные строчки. Алгебра и без того была достаточно запутанной — расплывчатое зрение только усугубляло ситуацию.

Я потянулась за бутылкой колы и взглянула на часы. Час тридцать три. Неоновое свечение каждой цифры словно насмехалось надо мной. Я же обещала себе ложиться спать пораньше на этой неделе. Хоть раз за долгое время поспать не меньше шести часов.

Смешок вырвался сам собой, но он был из тех, что граничат с истерикой. Шесть часов сна — это мечта. Между подработкой после школы, волонтерством в приюте для животных, домашкой и кошмарами мне повезет, если удастся наскрести хотя бы четыре.

Я откинулась на спинку стула, пытаясь расслабить мышцы, затекшие за последние несколько часов. Но легче не стало.

Где-то в коридоре раздались тяжелые шаги. По инерции мое тело напряглось. Я закрыла глаза, глубоко вдохнула. Это не он. Его больше нет. Он не сможет больше навредить тебе.

Дверь в мою комнату распахнулась с такой силой, что ударилась о стену. Если бы она была сделана не из самого дешевого материала, в гипсокартоне наверняка бы осталась дыра.

На пороге появилась мама, опершись на косяк, чтобы не потерять равновесие. Лицо у нее было пугающе красным — сама природа подсказывала мне: лучше приготовиться. На ее обтягивающем топе с глубоким вырезом виднелось пятно — пиво или, скорее всего, что-то покрепче.

Запах застарелого алкоголя потянулся в комнату, и у меня зачесались пальцы — так хотелось зажечь свечу на столе. Или побрызгать спреем с тумбочки. Хоть как-то перебить вонь.

Я подавила дрожь, подняла взгляд и встретилась с маминым. Говорить не стала. Просто ждала. Единственная надежда — понять, в каком из своих пьяных настроений она сегодня.

Мама наклонилась вперед, скривив губы в усмешке.

— Че делаешь?

Слова слиплись в одно невнятное бормотание, пока она откидывала обесцвеченные волосы с лица.

Я сглотнула, оставаясь совершенно неподвижной, будто это могло