Я растопчу ваш светский рай - Натали Карамель

Геля кивнула, не открывая глаз.

— У меня в левой руке… будто узел. Тёмный. Он не пускает.

— Это старая травма? — спросила Илания.

— Было. Давно. Рука болит, когда погода меняется.

— Вот оно. Боль блокирует ток. Надо распутать.

— Как?

— Своим светом. Направь тепло из груди в этот узел. Медленно. Не дави — грей.

Геля сосредоточилась. На лбу выступила испарина. Латия, сидевшая напротив, смотрела во все глаза, затаив дыхание.

— Идёт, — выдохнула Геля. — Медленно, но идёт. Узел… он тает.

— Хорошо. Очень хорошо. Продолжай распутывать.

Геля замерла.

— Получилось! — Геля открыла глаза, сияя. — Получилось, боги!

Альдор, ехавший рядом, обернулся на крик. Увидел сияющее лицо сестры, понимающую улыбку Илании — и чуть заметно кивнул. Одобрял.

— Теперь ты не просто двигаешь предметы, — сказала Илания. — Теперь ты чувствуешь магию. Это первый шаг.

— А второй?

— Второй — научиться вкладывать её в то, что держишь. Не двигать со стороны, а наполнять.

Геля кивнула, но глаза уже были где-то далеко — она снова провалилась в себя, изучая новое зрение.

Илания улыбнулась.

В ней, среди сотен голосов, женщина с седой косой засмеялась тихо и довольно.

На четвёртый день тракт свернул от моря вглубь материка.

Здесь начинались леса — старые, густые, с тёмными елями и замшелыми валунами. Дорога стала хуже, колея глубже, и повозка ползла медленно, то и дело подпрыгивая на корнях.

Альдор ехал впереди, внимательно всматриваясь в лес. Алесий держался рядом с повозкой, рука на топоре.

— Здесь неспокойно, — сказал он негромко. — Место глухое. Мало кто ездит.

— Потому и выбрали этот путь, — отозвался Альдор. — Чем меньше свидетелей, тем лучше.

К вечеру пятого дня они остановились на ночлег у развалин.

Когда-то здесь была деревня. Небольшая, судя по остаткам домов, каменная кладка, заросшая мхом. Сейчас — только остовы стен да чёрные провалы окон, в которых гулял ветер.

— Ночуем здесь, — решил Альдор. — Стены защитят от ветра.

Алесий быстро развёл костёр в углу уцелевшей постройки. Латия достала припасы. Геля вертелась рядом, помогая, но то и дело замирала, глядя в темноту за стенами.

— Чувствуешь? — тихо спросила Илания, подойдя.

— Да. — Геля поёжилась. — Там что-то есть. Не люди. Другое. Оно пульсирует.

— Ты права. — Илания смотрела туда же, в лес, откуда доносился едва уловимый гул. — Там скопление магии. Неправильное. Застывшее.

— Это опасно?

— Не знаю.

Она действительно не знала. В памяти, полученной от камня, не было ничего о таких местах. Те, кто отдал ей знание, жили задолго до того, как магия начала застаиваться и рождать что-то.

— Но мы туда не пойдём, — добавила Илания. — Не сегодня. Сначала — отдых.

Илания проснулась от крика — резкого, нечеловеческого, полоснувшего по нервам. Вскочила, хватаясь за меч.

Рядом уже гремел оружием Алесий. Альдор стоял у входа, заслоняя выход, и в сером предрассветном свете Илания увидела их.

Их было трое. Они походили на собак. Полупрозрачные, с горящими красным глазами, они двигались бесшумно, скользя над землёй, не касаясь её лапами.

— Что это?! — закричала Геля.

— Не знаю! — Илания шагнула вперёд, закрывая собой Латию. — Альдор, не подпускай!

Первый прыгнул. Альдор встретил его мечом — лезвие прошло сквозь туман, не встретив сопротивления, и существо, даже не заметив, вцепилось ему в плечо.

Альдор зарычал от боли, отбрасывая её рукой — рука прошла насквозь, но существо не отпускало.

Она шагнула к существу, вкладывая силу в клинок. Лезвие засветилось — тускло, но достаточно. Удар — и существо взвизгнуло, рассыпаясь клочьями тумана.

— Геля! — рявкнула Илания. — Твой меч!

Геля, замершая с клинком в руках, смотрела на приближающееся существо расширенными глазами.

— Я не…

— Можешь! Вложи силу! Как учились! Тепло из груди в руку, из руки в клинок!

Геля зажмурилась, но меч оставался тёмным. Существо прыгнуло — Илания едва успела отбить его, отшвырнув в сторону.

— Ещё раз! — крикнула она. — Не думай — делай!

Геля выдохнула, представила уголёк — и клинок засветился. Второе существо налетело, и на этот раз удар пришёлся в цель.

Геля рубанула наотмашь — неуклюже, но со всей силы, что была в ней.

Лезвие вошло в туманную плоть — и существо заверещало, разлетаясь брызгами тьмы.

Геля открыла глаза. Смотрела на меч, на существо, исчезавшее в воздухе, на свои руки.

— Я… — выдохнула она. — Я сделала это?

— Ты сделала, — подтвердила Илания, добивая третье существо.

Вокруг стало тихо. Только ветер шумел в развалинах да где-то далеко каркала ворона.

Альдор стоял, прижимая руку к плечу — сквозь пальцы текла кровь, но не чёрная, не гнилая, обычная.

— Царапина, — коротко сказал он. — Жить буду.

Латия уже бежала к нему с тряпками.

Геля всё ещё смотрела на меч. Потом перевела взгляд на Иланию.

— Что это было?

— Темные существа. — Илания подошла к месту, где развеялась последняя тварь. На земле осталось тёмное пятно — будто пролили чернила. — Но в моих знаниях нет таких.

— То есть… — Геля сглотнула. — То, что ты получила от камня, — это древнее знание. Если там нет таких…

— Значит, они появились позже. — Илания подняла голову, всматриваясь в лес. Там, откуда пришли твари, всё ещё пульсировал гул. Скопление магии. Застывшее. Больное. — Я должна проверить.

Лес расступался неохотно, цеплялся ветками, шептал что-то недоброе. Но через полчаса вышли к поляне.

В центре её, будто рана на теле земли, пульсировал сгусток.

Илания видела его теперь ясно — клубок магии, спутанный, больной, застывший в неестественном узле. Вокруг него трава не росла, земля была чёрной, а воздух дрожал, как над костром.

— Это он родил существ, — тихо сказала Илания. — Магия не течёт, она застряла здесь и гниёт.

— Можно уничтожить? — спросил Альдор.

— Не уничтожить. Распутать.

Она шагнула вперёд, протянула руку к сгустку. Внутри, в груди, загудело сильнее — её сила откликалась на эту рану, тянулась к ней, требовала исцеления.

— Осторожно, — предупредил Альдор.

Илания коснулась сгустка.

Боль обожгла пальцы — чужая, застарелая, гнилая. Это была боль земли, которая не могла дышать. Боль магии, которую заперли, исказили, заставили гнить.

— Тише, — прошептала Илания. — Тише, я помогу.

Она не рвала, не давила — она распутывала. Как нитки в клубке, как волосы в колтуне. Медленно, осторожно, нить за нитью.

Сгусток сопротивлялся. Дёргался, пульсировал, пытался укусить её магией — но Илания была сильнее. В ней текла память тысяч магов, их опыт, их воля.

Нить. Ещё нить. Ещё.

Сгусток дрогнул, начал таять.

— В мире таких узлов много. — Илания выпрямилась. — Надо будет распутывать все, чтобы таких существ больше не рождалось. Значит, надо искать ответы.

— Где?

— Не знаю. — Она посмотрела на восток, туда, где за лесами,