Жестокий наследник - Сиенна Кросс

Он прижимает палец к моим губам, заставляя меня замолчать. — Пожалуйста, позволь мне начать первым. — Его голос слегка срывается, но взгляд тверд, как будто он наконец перестал убегать от того, что у него внутри. Он берет мою свободную руку, переплетает наши пальцы вместе, затем прижимает наши соединенные ладони к своему сердцу.

— Я имел в виду каждое слово, сказанное мной в том переулке, — бормочет он, проводя большим пальцем по костяшкам моих пальцев. — Каждое. Я люблю тебя, Рори Делани. Я сказал это не потому, что думал, что умру. Я сказал это, потому что это правда. Потому что я носил это с собой несколько недель, боясь, что, если произнесу это вслух, ты исчезнешь.

Слезы щиплют глаза, но я не отвожу взгляд. Я не смогла бы, даже если бы попыталась.

— Я просто... — он медленно выдыхает, как будто эти слова чего-то ему стоили. — Жаль, что я не сказал тебе в первый раз так, чтобы не было пуль и крови, а ты вторглась в мой долбанутый мир силой. Ты заслуживаешь лучшего. Ты заслуживаешь крыши над головой и шампанского. Струнный квартет или, о чем там еще, черт возьми, мечтают женщины, когда кто-то говорит им, что они любимы.

Я подношу наши соединенные руки к губам и целую тыльную сторону его ладони.

— Алессандро... — Мой голос дрожит, но я продолжаю. — Не тебе решать, чего я заслуживаю. И тебе не нужно желать лучшего момента, потому что это, ты, именно то, чего я хочу.

Он смотрит на меня, в его глазах что-то грубое и разбитое, как будто он не может до конца в это поверить.

— Я люблю тебя, — говорю я снова, теперь тверже. — Не потому, что ты спас меня или чуть не погиб. А потому что, когда я с тобой, я вспоминаю, кто я на самом деле. И, что более важно, кем я хочу быть.

Его горло сжимается, когда он сглатывает, а затем он притягивает меня к себе, обнимая так крепко, что я едва могу дышать. Мне все равно. Я зарываюсь в его тепло, как будто это единственное убежище от бури.

— Я никогда никому не говорил этих слов и действительно имел их в виду. — Его теплое дыхание пробегает по моим волосам. — Не так. Не тогда, когда это действительно имело значение.

— Я тоже, — шепчу я. Я была молодой идиоткой, когда впервые встретила Коналла, и я думала, что знаю, что такое любовь.

Мы остаемся так долгое время, сердца все еще бьются после пережитого. Но теперь они бьются синхронно.

Вместе.

Глава 41

Алессандро

— Я хочу, чтобы каждый ублюдок из Ла Спада Нера был схвачен, — кричу я в трубку. Новые швы на моем плече натягиваются, когда я меряю шагами свой кабинет, ярость пульсирует в моих венах. — Убей пехотинцев и приведи ко мне лидеров. Я сам разберусь с Джейсом Морелло.

Как смеет этот кусок дерьма стрелять в моего маленького лепрекона? В меня? На Рождество, ни больше ни меньше! Никто не прикасается к тому, что принадлежит мне, и остается в живых. И если Рори раньше не была моей, эти три коротких слова, слетевшие с ее губ, скрепили это.

— Но Алессандро, твой отец...

— Мне похуй, Джимми. — Человек на другом конце провода работал на Джемини задолго до моего рождения. В то время как мой отец и дядя занимаются законным бизнесом, Джимми занимается всем темным дерьмом. То, с чем моя семья больше не хочет иметь дело.

Он работает на моего отца, его верность принадлежит ему. Это первый раз, когда я сам обращаюсь к нему.

— Послушай, малыш, ты переходишь черту, к которой никогда даже близко не подходил. Я бы не выполнял свою работу, если бы не предупредил тебя. Этот шаг может снова ввергнуть Джемини в войну. Ты знаешь, что в последние несколько лет все было довольно мирно, и твой отец хочет, чтобы так и оставалось. Это изменит все...

— Если ты не готов к этой задаче, Джимми, я позову людей Mā. Я уверен, что у Четырех морей не возникнет проблем с тем, чтобы позаботиться о Ла Спаде Нера.

— Я не об этом. Я просто хочу, чтобы ты подумал над этим минутку. Ты призываешь к смерти десятки мужчин, некоторые мальчики даже моложе тебя.

Я делаю глубокий вдох, пытаясь унять бешеный пульс. — Это то, что мой отец хотел в течение многих лет, Джимми. — Я рычу. — Чтобы я занял свое место наследника Джемини. Итак, я занимаю его.

— Если ты уверен...

— Я уверен. Теперь сделай звонок и уничтожь этих подонков Спада. И пока ты этим занимаешься, приведи мне Сиенну Круз. Мне нужно допросить ее самому.

— Будет сделано, capo. Увидимся в Velvet Vault через час.

Я нажимаю пальцем на кнопку завершения вызова и тяжело выдыхаю, напряжение разливается по каждому кровеносному сосуду. Всю свою жизнь я боролся с идеей завладеть бизнесом папы, и теперь пути назад нет. Но ради нее я бы сделал все. Абсолютно все, чтобы обеспечить ее безопасность. Вся эта чертова история — моя вина. Я позволил проблеме с кражей в Velvet Vault продолжаться слишком долго. Ла Спада Нера думала, что они могут воспользоваться моей травмой, моим отсутствием, и теперь я покажу им, что происходит, когда они играют с Алессандро Росси.

Тихий звук шагов по мрамору раздается за мгновение до того, как в мой кабинет просачивается голос. — Вот ты где... — Рори стоит в дверях, ее ночная рубашка соскальзывает с плеч, а волосы рассыпались каштановыми завитками. От одного ее вида напряжение спадает, и под моими спортивными штанами набухает что-то другое. — Тебе следует отдохнуть. — Она машет пальцем, сокращая расстояние между нами. — Возвращайся в постель.

— В постель или в кровать? — Я кокетливо приподнимаю бровь, все мысли о мести отодвигаются на задний план при виде нее.

Она хлопает меня по груди, по неповрежденной стороне. — Ты сумасшедший, МакФекер. В тебя только вчера стреляли.

— Я чувствую себя просто прекрасно. — Я обвиваю руками ее талию и прижимаю ее горячее маленькое тело к своему, чтобы она почувствовала мое растущее возбуждение. — Должно быть, это та невероятно талантливая медсестра, которая накладывала мне швы.

— Ну, тут ты не ошибаешься. — Она улыбается мне. — Но любая физическая активность может привести к разрыву одного из твоих новых швов.