Сойер - Джессика Питерсон

впереди ещё куча вопросов. Дети, бывшие супруги. Согласится ли она переехать ко мне? Это увеличит её дорогу на работу...

Я ещё даже не знаком с её семьёй.

И я не хочу, чтобы фаза наших свиданий закончилась. Я хочу встречаться с ней вечно, если она позволит.

Дарю ей последний короткий поцелуй и отстраняюсь.

— Ну что, раз уж всё уладили...

Она смеётся.

— Всё это произошло слишком быстро.

— Да.

— Мы ведём себя безрассудно.

Я ухмыляюсь.

— Может быть.

— Но мы всё равно идём вперёд.

— Однозначно. Потому что, возможно, это лучшее решение в нашей жизни.

Она улыбается — той самой улыбкой, которая добирается до самых уголков её зелёных глаз. Большим пальцем проводит по тыльной стороне моей руки.

— Я в деле.

— Я тоже.

Мы смотрим друг на друга.

— Спасибо. За то, что превратил ужасный день в лучший.

Теперь моя очередь сжать её руку.

— Это ведь моя работа — быть твоим парнем.

— Значит, я теперь твоя девушка?

— Я никем делиться не собираюсь, если ты об этом.

В её глазах вспыхивает яркий, тёплый огонёк.

— Я тоже не хочу тебя ни с кем делить, родной.

— Как ты думаешь, что было самым неприятным в разговоре с Дэном?

Она задумывается, глубоко вздыхая.

— Самое большое, что меня всегда бесило в браке с Дэном — это то, что ему, по сути, было наплевать. На меня. На мои мечты, желания. Он просто хотел, чтобы я была идеальной маленькой женой, которая заботится о нём и упрощает ему жизнь.

Я кладу свободную руку на руль, слушая, как ровно урчит двигатель в тишине между нами.

— Тяжело, когда чувствуешь, что стараешься только ты один.

— А иногда — что вообще никто не старается, кроме тебя.

— Я тоже это понимаю.

— Дэну было плевать годами. А теперь вдруг он хочет копаться в моём телефоне и читать наши переписки.

— Бред какой-то.

— Ну, яйца у него, конечно, железные, — горько усмехается она. — Но больше всего меня задело даже не это, а то, что он намекнул — будто я подвергаю Джуни опасности. Будто бы привожу к ней кого попало. Это было оскорбительно. И ужасно меня взбесило. А когда я злюсь по-настоящему... я плачу, — она кивает на своё лицо. — Так что да, я сегодня наплакалась.

— Как Джун отреагировала?

— К счастью, она была слишком занята своим Киндл, чтобы заметить.

Я крепче сжимаю руль.

— Я не хочу ненавидеть твоего бывшего…

— Я тоже этого не хочу. Обычно он не такой, честно. Но... в общем, причин для развода у нас хватало.

— Он ведь завтра привезёт Джуни домой?

Ава кивает.

— Хочешь с ним познакомиться?

— Хочу.

— Оставь оружие дома.

— Ава, я не собираюсь его стрелять, — смеюсь я. — Может, разве что подбить глаз…

— Не надо, — усмехается она.

— Шучу. Я не люблю начинать драки.

— Нет, — её глаза вспыхивают. — Ты лучше умеешь зажигать огонь.

У меня в штанах всё вздрагивает.

— Может, свалим отсюда?

— Ну, я бы не против, — она бросает взгляд вниз, на мою промежность. — Но знаешь что... Я решила ещё давно: Дэн больше не будет портить мне жизнь. Так что зачем портить сегодняшний вечер? Пойдём лучше танцевать.

Мы обмениваемся долгим взглядом.

Я не спрашиваю её, уверена ли она.

Не спрашиваю, можно ли сначала быстро порадовать её прямо здесь — потому что если начнём, то уже не остановимся.

Я просто целую её в губы и выключаю зажигание.

Выбравшись из машины, я обхожу её и открываю ей дверь.

Потом беру свою девушку за руку и веду её обратно в бар, где Frisky Whiskey исполняет кавер на Джонни Кэша.

Горит, горит, горит...

Глава 30

Сойер

Джентльмен

Тяжело отдавать Аву домой той ночью, после того как мы несколько часов протанцевали в Рэттлере. Мы пили пиво, подпевали группе и смеялись до упаду. Но мы решили, что сначала должны по отдельности поговорить с нашими дочерьми о наших отношениях, прежде чем устраивать совместные ночёвки. Поэтому я еду домой один, в темноте, с привкусом Авы на губах и с идиотской счастливой улыбкой на лице.

Когда я возвращаюсь, Каролина, сидевшая с Эллой, говорит, что я выгляжу «очень счастливым».

В воскресенье утром я позволяю себе поспать подольше — ну, насколько Элла мне это позволяет, конечно. Теперь я так живу: позволяю себе отдыхать, когда это нужно. Ава влияет на меня самыми лучшими способами.

Потом я ставлю вариться чили — я пообещал Аве принести ужин, чтобы заодно познакомиться с Дэном, когда он привезёт Джуни.

После этого мы с Эллой идём в конюшню и седлаем моего коня по кличке Джей-Джей. Я купил его в прошлом году, когда Элла была без ума от Cocomelon, и она настояла назвать его в честь любимого персонажа.

Вместе мы выезжаем на южное пастбище, где Уайатт и ковбои работают с коровами. День выдался холодный и пасмурный, но Эллу это ничуть не смущает — она визжит от восторга, когда мы едем рядом со стадом, её розовый шлем подпрыгивает в такт движениям Джей-Джея.

— Элли Белли Бу, ты выглядишь просто замечательно в седле, — говорит Салли. — Я тобой горжусь, солнышко.

Элла поворачивает голову и улыбается своей будущей тёте.

— Мне нравится кататься с папой.

— Я это вижу. Вы оба такие счастливые, — Салли бросает на меня короткий взгляд. — Очень счастливые.

Я подвожу Джей-Джея поближе к телёнку, который немного отстал от матери.

— Вчера вечером вы были великолепны.

— Спасибо. Я уже проверила этого малыша. Он просто один из самых маленьких. Будем за ним следить, но думаю, он быстро научится держаться рядом.

— Отлично.

— На танцполе вы выглядели так, будто вам было очень весело, — говорит Салли, бросая взгляд на Эллу, чтобы не сказать лишнего. — Я рада, что вы остались.

— Я тоже.

Салли улыбается.

— Думаю, мама покраснела, глядя на вас... эээ... танцующих.

— Папа, ты танцевал? — удивлённо спрашивает Элла, оборачиваясь ко мне.

— Танцевал. С мисс Авой.

— Мисс Авой? А можно мне сегодня увидеть Джуни? Я так по ней соскучилась!

Мы с Салли смеёмся.

— Я, может, по Аве скучаю даже сильнее, — признаюсь я.

Элла морщит носик.

— Почему ты скучаешь по ней?

— Ладно, оставлю вас, — улыбается Салли. — Я очень за тебя рада, Сойер.

— Спасибо, Сал. Скажи моему брату, чтобы не гнал так, — киваю на Уайатта, который едет в ста метрах впереди. — Сегодня воскресенье, не хочется спешить.

Салли всё ещё улыбается, качая головой.

— Что? — спрашиваю я.

— Просто мне нравится эта новая версия тебя.

— И какая же это версия? — улыбаюсь, как идиот,