Кулинарная фея в замке герцога - Полина Краншевская

Глаза Мориса пожелтели, зрачки вытянулись, но он больше не пытался это исправить.

– Я понял, что встретил ту, кто могла бы стать матерью моих детей, – выдавил он, стискивая пальцы. – Такое случилось впервые, и я долго не понимал, в чем дело. Но когда догадался, то испугался еще сильнее. К тому времени я уже бредил тобой во сне и наяву, не мог здраво рассуждать в твоем присутствии, терял самообладание при малейшем намеке на угрозу в твой адрес. Но я обманывал тебя с самого начала и тем самым лишился права претендовать на взаимность.

Морис опустил голову и отвел взгляд.

– Я предал тебя, Олия, точно так же, как когда-то предали меня. Я использовал тебя в своих целях и ничего не дал взамен. Когда ты все узнала, я испытал и облегчение от того, что больше не нужно лгать, и дикий ужас от того, что потерял тебя навсегда. Ты убежала от меня, и я бросился вдогонку, но опоздал. Натан схватил тебя и забрал в Зачарованный лес. Мне пришлось попросить помощи у… Стаблиса. Герцог поставил условие. Он обещал помочь вытащить тебя из лап эльфов, но взамен я должен был исполнить волю духов. Я согласился. Благодаря твоей силе, мы смогли одолеть владыку фей и эльфов, но я дал Стаблису слово и сдержал его.

Фамилию Итьена он цедил сквозь зубы так, словно она жгла ему язык, и он стремился поскорее от нее избавиться.

– Когда я убедился, что с тобой все в порядке, то отправился в горы к руинам древнего храма Богини. Там духи велели мне собрать потомков перевертышей и организовать отряд карателей. Нашей задачей стала поимка тех, кто отравлял общество своей гнилью. Стаблис помог мне возглавить бывших членов карающего легиона, и мы заменили собой турниры.

– Что ты имеешь в виду? – уточнила я.

– Герцог лишился туманной магии. Теперь ему не под силу разбираться с теми, кто творит беззаконие. Отряд карателей ловит преступников, кем бы они ни были, и доставляет в древний храм Богини. Там духи сами вершат правосудие. Дарованная ими сила тлена помогает мне справляться с обязанностями командира отряда.

Я не могла поверить в услышанное. Морис, которого я знала, отличался своеволием, беззаботностью и жаждой приключений. Казалось, он никогда не задумывался о завтрашнем дне и действовал исключительно по наитию. Но сидящий передо мной мужчина не был виртуозным мошенником и бесшабашным авантюристом, он отличался зрелостью, силой духа и готовностью принять ответственность за себя и других.

– Морис, – выдохнула я, ошарашенная его рассказом.

– Только исполнив данное духам обещание, я смог вырваться из круга навалившихся обязанностей и найти тебя. Прости, что так долго, Олия. Я сожалею о том, что лгал тебе, и прошу прощения за свое малодушие. Ты навсегда останешься для меня единственной. Я люблю тебя всем сердцем, но понимаю, что перевертыш недостоин даже говорить с верховной феей. Прошу только об одном. Не держи на меня зла. Если тебе понадобится помощь, я все для тебя сделаю. Искренне желаю тебе счастья. Прощай.

Не глядя на меня, он поднялся из-за стола и чеканной походкой скованного мышечной судорогой солдата направился к выходу из пекарни. Я вскочила на ноги и прорычала:

– Морис Руже! Только попробуй сейчас уйти, и я за себя не ручаюсь!

Он замер на полпути, тяжело дыша и не решаясь обернуться. Я направилась в его сторону, выплескивая все, что скопилось на душе за время нашей разлуки.

– Ты! Ты! Ты самый трусливый кот, каких я только видела в жизни! – негодовала я. – Ты каждый раз сбегал от меня и делал вид, что ничего не было. Ты отталкивал меня всякий раз, когда я делала шаг тебе навстречу. Наконец, ты бессовестно мне врал. Ты! Ты! Ты!

Я задыхалась от нашедшего наконец выход гнева и в то же время не могла справиться с охватившим меня облегчением. Морис признался мне в любви, он осознал свою неправоту и постарался измениться. Меня переполняла злость на него и одновременно душила нерастраченная нежность. Магия бурлила внутри и рвалась наружу, ощущая близость силы любимого мужчины.

Морис стоял, понурив голову, и молчал. Я обогнула его высокую, мускулистую фигуру, коснулась колючего от отросшей щетины подбородка и вынудила смотреть мне в глаза.

– Ты невыносимый болван, – сквозь слезы пробормотала я. – Но я так сильно тебя люблю, что не в силах отпустить. Каждый день этого года я ждала, что ты вернешься ко мне. Каждую ночь во сне я была с тобой. И вот наконец ты здесь и заявляешь, что опять уходишь. Ну разве можно быть таким идиотом?

– Олииия…

– Мне плевать на то, в кого ты можешь превращаться, – не могла успокоиться я. – Я люблю твои звериные глаза, твою животную гибкость и силу, твои вечные подтрунивания и провокации, твою готовность всегда прийти на помощь, твои нежные прикосновения, твой особенный, ни с чем не сравнимый запах. Я не хочу и дальше жить без тебя. Если ты хочешь быть со мной, то оставайся и больше не смей исчезать.

Его взгляд засиял надеждой и радостью. Морис шагнул ко мне, стиснул в объятиях и выдохнул:

– Олия! Любимая! Я больше никогда не уйду! Поверь.

Слезы заволокли глаза, и я всхлипнула. Он подхватил меня на руки и закружил по залу пекарни. Я цеплялась за его широкие плечи и вдыхала чудесный родной запах.

Морис остановился, заглянул мне в глаза и прошептал:

– Люблю тебя.

Он поцеловал меня с такой жадностью, что я мгновенно вспыхнула. Таящаяся внутри энергия выплеснулась наружу и затопила все вокруг. Сила Мориса откликнулась и присоединилась к моей. Мы оказались в эпицентре магического урагана, но нам было все равно. Мы с упоением целовались, наслаждаясь близостью друг друга и мечтая стать еще ближе. Одежда начала мешать, и я потянулась к воротнику куртки Мориса.

– Так, голубки! – раздался насмешливый голос Итьена. – Как я посмотрю, примирение прошло успешно. Предлагаю не тянуть и сыграть свадьбу сегодня же.

У меня закружилась голова, и я уткнулась в грудь Мориса. Свадьба? Сегодня? С другой стороны, разве мне нужно время, чтобы разобраться в своих чувствах? Я давно все для себя решила.

– Любимая, ты согласна? – с поразительной робостью спросил Морис.

Он смотрел на меня с такой затаенной надеждой, что я тут же ответила:

– Да! Конечно!

Морис заурчал и