Оружие Ада - Элль Рид

Дом предупредил, что Майло должен прийти в себя сразу после наступления темноты, так что мы заправились кофе, прихватили еду навынос из столовой и зашагали обратно к лазарету, переплетя пальцы и размахивая руками на ходу. В груди было легко — чувство, которого я не знала уже много дней. Несмотря на то что Майло едва не погиб, я не могла подавить бурлящее в теле счастье.

Мы поймали убийцу. Кэмерон заперт в камере и ждет отправки в Тартар. Остальных членов его банды уже переправили туда.

Уайатт знает мой главный секрет, а Майло на полпути к этому — я всё расскажу ему, как только его сознание прояснится. Гаррик и Уайатт, кажется, ладят, и я уже начинаю видеть наше общее будущее после того, как парни пройдут последнее испытание в этих играх.

Я, технически, тоже его пройду — раз уж решила доиграть роль до конца, оставаясь под прикрытием. Хотя бы для того, чтобы немного помочь моим людям, если понадобится.

Войдя в палату к Майло, я не смогла сдержать улыбку: на краю кровати, свернувшись клубком, лежал гигантский самец пантеры.

Но не успела я вымолвить и слова, как Уайатт так сильно дернул меня назад, что я врезалась в его широкую грудь, а пакет с едой выскочил у него из рук и шлепнулся на пол.

— Какого хера, Уайатт? — пробормотала я, пытаясь развернуться в его стальной хватке.

— Ты же видишь этого огромного хищника на кровати Майло, да? — прошипел он с неприкрытым страхом в голосе.

— Расслабься. Это Гаррик.

Черный кот вскинул голову, услышав свое имя (или из-за шума, который мы подняли), и его желтые глаза встретились с моими. Я и так была почти уверена, что это Гаррик развалился на кровати, но взгляд подтвердил догадку.

— Это Гаррик? — Уайатт едва не поперхнулся.

Точно… До этого момента Гаррик скрывал свою сверхъестественную сторону от участников.

Усмехнувшись, я высвободилась из объятий Уайатта, подошла к кровати и почесала Гаррика за ухом. Он прижался к руке в знак приветствия.

Оборотни-пантеры могут быть смертоносными, невероятно ловкими и сильными, но на самом деле они — огромные неженки, завернутые в острые когти и летальные челюсти.

Я сказала ему об этом вслух, и он шутливо замахнулся на меня лапой, заставив хихикнуть, прежде чем спрыгнуть на пол.

Уайатт всё еще нерешительно топтался у двери, явно разрываясь между желанием подойти к Майло и желанием сбежать из комнаты.

Гаррик направился к нему, слегка припав к полу, словно собирался прыгнуть. Но не дойдя до Уайатта, он начал меняться. В мгновение ока черный кот исчез, и перед нами предстал Гаррик в человеческом обличье.

— Спасибо за еду, — сказал он, поднимая пакет, который выронил Уайатт.

— Твою мать, как же это круто! — Уайатт мгновенно ожил и засыпал Гаррика вопросами, пока мы разбирали бургеры и картошку фри.

Надеюсь, Майло не обидится, что мы используем его кровать вместо стола. Он всё еще мирно спал. Время от времени я проводила пальцами по его руке или убирала непослушную прядь с лица, но он не открывал глаз.

— А зачем ты вообще оборачивался? — спросил Уайатт.

— Так легче учуять незваных гостей.

— Думаешь, опасность еще не миновала? — спросила я, полностью включившись в разговор.

— Не знаю. Аид весь день допрашивал Кэмерона. Тот признался, что сливал информацию Ангелам.

Аппетит мгновенно пропал.

— Как он с ними связывался?

— Похоже, они нашли способ общаться с ним телепатически.

— Дерьмо! Значит, всё, что он видел, слышал или узнал, тут же передавалось им?

— Нет. Судя по тому, что Аид выудил из его головы, связь не была постоянной. Но мы не знаем, когда состоялся последний сеанс.

— Чего Ангелы хотят от Ада? — спросил Уайатт.

— Мы не знаем наверняка, — ответила я. — Мы никогда не были друзьями, но обычно не лезем в дела друг друга. У них своя система круговорота душ, у нас — своя. Между мирами есть баланс. Но десять лет назад они сорвали эти отборочные игры. Погибли все.

Уайатт нахмурился, переваривая информацию. Он съел еще немного картошки, прежде чем спросить:

— Они подослали Кэмерона, чтобы он повторил это сейчас?

— Мы предполагаем именно это, — ответил на этот раз Гаррик. — Аид не может вытянуть из него эту часть плана. Возможно, он и сам не знает подробностей.

— А нельзя его просто убить? Каким бы ни был план, он больше не сможет передавать информацию, и Ангелы потеряют связь. — Уайатт выпятил грудь, полагая, что его простое решение спасет мир.

— Технически, он и так мертв, — Гаррик осадил его энтузиазм. — Аид реанимировал его труп после того, как Тацита прикончила его в лесу. И вообще, вы в Аду. Его душа не умрет еще очень-очень долго.

— Тартар?

— Именно. — Блеск в глазах Гаррика выдавал, как сильно он предвкушает расправу над Кэмероном, когда Аид закончит с ним. Надо будет попросить разрешения посмотреть на пытки.

Шорох одеял прервал наш разговор. Майло зашевелился: сначала потянулись ноги, затем пальцы дернулись, ощупывая ткань простыни.

Мы замерли. Его веки дрогнули, великолепные ресницы затрепетали на бледных щеках, и наконец открылись пронзительные малахитовые глаза.

— С возвращением, сладкий, — мягкий ирландский акцент Уайатта нарушил тишину.

Майло перевел взгляд с одного на другого, пока не остановился на мне. Он изучал меня внимательно, словно пытался заглянуть глубже того, что видел сейчас.

— Ты помнишь, что случилось? — мягко спросила я.

Его взгляд на мгновение затуманился — должно быть, он продирался сквозь пелену седативных и обезболивающих. Но затем он замер, и глаза вмиг стали ясными.

Я почувствовала рывок: он выдернул свою руку из моей. Холод кольнул где-то в животе, пока я не увидела, что он сделал то же самое с Уайаттом. Ему просто нужны были руки, чтобы говорить на языке жестов.

«У тебя были крылья».

Я уже собиралась ответить, но Уайатт опередил меня. Он наклонился к Майло с лукавой улыбкой:

— Да, у нашей девочки был припрятан последний секрет. — Он выпрямился и кивнул мне: — Покажи ему.

Отступив на шаг, я молча стянула топ. Гаррик прислонился к столешнице и подмигнул мне, когда я расправила крылья. Для полноты картины я выпустила и рога, но когда глаза Майло расширились и он перестал моргать, я решила придержать хвост. Его легкие сейчас были слишком слабы, и я не хотела причинять ему лишнего волнения.

Уайатт встал у изголовья кровати, не сводя с меня глаз. Несомненно, он вспоминал, как сжимал основания моих крыльев, беря меня сзади, и