Лаванда и ментол - Александра Дмитриевна Рябкина

Но Юн Хо был вожаком стаи и не собирался делать то, что ему говорили. Никакого подчинения и тенью не легло на его лицо. О том же говорил и тихий рык, вибрацией зародившийся в груди Юн Хо. Тут Су Ен уже не пыталась скрыть того, как закатила глаза: с такой силой, будто хотела увидеть собственный мозг.

– Самодовольный волколак, – рыкнула она и повернулась к У Хеку. Он стоял в сторонке и, кажется, совершенно не понимал, что за безобразие разворачивается перед ним.

– Видимо, стоило предупредить о своем визите. – У Хек давненько не выглядел таким потерянным, словно вокруг начиналась игра, правила которой забыли ему сообщить.

– Вообще-то ты мог объявиться и раньше. – Сначала Су Ен хотела наехать на него за то, каким негодником он иногда бывал, но потом решила, что слишком скучала по его дурацким шуткам.

– Я думал, что ты все еще злишься на меня, – отозвался У Хек, пряча руки в карманы джинсов.

Нелепое оправдание заставило Су Ен улыбнуться, и она подошла к другу, чтобы пихнуть того в бок.

– Эй, ты что творишь?! – У Хек так резко отскочил в сторону, что даже со стороны Юн Хо послышался сдавленный смешок. – Я бы хотел пригласить тебя на выставку, которая пройдет через пару дней, но… твой телохранитель, кажется, убьет меня, если я это скажу.

– А ты быстро учишься, ругару. – Юн Хо был не сильно-то разговорчив, но тон его голоса оказался куда более красноречивым, чем слова.

– Он тоже, да? Ну… это… без пары? – Игнорируя недовольный рык Юн Хо, У Хек наклонился к самому уху Су Ен. Шепот казался неловким и напоминал бормотание нашкодившего школьника.

– С чего ты решил? – Сначала Су Ен даже не поняла, к чему вел У Хек, но потом… ее щеки запылали от смущения.

Он видел их с Юн Хо поцелуй. Конечно, какой же еще вывод мог сделать У Хек? Уж точно не представить, что Су Ен смирилась с тем, что ее пара – волколак.

– Это не совсем так…

И именно в этот момент Юн Хо прошел мимо, почесывая место ее укуса. Выставлял его во всей красе и чуть ли не в свете софитов. Даже слепой заметил бы красноречивую метку. Су Ен устало вздохнула. Да, Юн Хо все-таки зашел в дом, нагруженный парой-тройкой сумок, но сделал это так, как хотел сам, – демонстрируя их с Су Ен связь.

Повисла тишина, в которой не хватало разве что сверчков на заднем плане. Вместо них Юн Хо показательно гремел чем-то на кухне, словно гребаный хозяин дома.

– Вы с ним?..

– Он – мой нареченный, – выпалила Су Ен на одном дыхании и уставилась на У Хека в ожидании его реакции. – Оказывается, благодаря ему имена затихают, и я могу почти нормально жить. Даже прикасаясь к перевертышу, я почти не слышу имени. Но если мы долго находимся с Юн Хо врозь, то все возвращается. Так что у этого есть и обратная сторона. А еще, кажется, я слишком много говорю, потому что чертовски переживаю. Не молчи, У Хек, боже мой, иначе я сойду с ума. – Су Ен схватила друга за руку.

И впервые осознала, насколько его тишина равнодушная и безликая. Словно отражение в глыбе льда. Завораживающе, но морозно.

Запах тоскливого гиацинта стал сильнее.

Но У Хек улыбнулся. Настолько искренне, что в глубине глаз можно было увидеть искры.

– Я рад за тебя, заноза.

Су Ен и пискнуть не успела, как У Хек притянул ее к себе, чуть не задушив в сильных объятиях. И когда первый шок прошел, она ответила, обхватывая его плечи руками.

– От тебя пахнет им, – с усмешкой прошептал У Хек и показательно зажал нос пальцами, когда отстранился. – А он знает?

– Об именах? Да. – Су Ен энергично закивала. – Они стали тише, представляешь? Я даже могу ходить без перчаток! – Детский восторг впервые за последние дни всколыхнулся в душе Су Ен. Она была настолько счастлива этим утром, что могла улететь, словно шарик.

– Я правда счастлив за тебя, но знай, что я всегда…

– Знаю. – Су Ен не хотела слышать этих слов. Или не желала признавать, что своим ответом могла разбить чье-то сердце. – И я тебя тоже.

– Но недостаточно. – Грустная улыбка сделала прекрасное лицо У Хека еще более симпатичным.

– Прости. – Неловкость ощущалась особенно остро, так что Су Ен приняла нелепое решение. Приподнялась на носочки и чмокнула друга в щеку. Когда они были детьми, это заставляло У Хека смешно краснеть.

– Теперь твой волколак разорвет меня на лоскутки. – Кончики ушей У Хека очаровательно заалели, и он тяжело вздохнул. – Нужно было все-таки написать завещание перед приходом к тебе.

– Да все нормально, он не такой уж и злобный. – Но потом Су Ен посмотрела на кухонное окно, за которым стоял Юн Хо, и даже с расстояния разглядела плотно сомкнутые губы своего нареченного. Он злился, и Су Ен не оставалось ничего другого, как послать ему воздушный поцелуй.

Их парная связь пошла волнами, вытесняя звериную ревность. Хотелось бы, чтобы Юн Хо перестал беспричинно ревновать и просто смирился, что у Су Ен есть лучший друг. Но с другой стороны… ее забавляло поведение Юн Хо. Иногда было полезно потрепать ему нервы.

– Как у участника выставки у меня есть несколько приглашений.

– Сколько?

– А сколько нужно?

– Микаэла и Рейна сейчас в Корее. Так что было бы неплохо иметь на руках лишних четыре билета для них. И два для меня. – Не хотелось показаться наглой, но раз уж У Хек приглашал, то Су Ен хотелось провести вечер в окружении близких людей.

– Я пришлю тебе их по электронной почте.

Су Ен не успела ничего больше сказать. У Хек, потрепав ее по голове и помахав на прощание, направился вниз по улице. Он выглядел одновременно расслабленным и задумчивым. Су Ен понимала искренность его чувств к ней, но никогда не давала ему надежд. И он знал, что из-за имен Су Ен никогда бы не смогла быть с ним.

Идя в сторону дома, Су Ен написала всего одно небольшое сообщение в чат с подругами:

Су Ен, [12:45]

Глава 20

Су Ен слышала, как на втором этаже ее дома спал нареченный. По улице изредка проезжали машины или кто-то из соседей возвращался с вечерних посиделок. Шум успокаивал: гробовая тишина заставила бы Кан Су Ен чувствовать себя заложницей вакуумной клетки. И это ощущение оглушало бы.

Су Ен неспешно достала из