Племянница из провинции - Дина Зарубина

Позади семенили, глядя в пол, служанки, а справа и слева шли придворные, стремящиеся вызвать улыбку на устах красавицы.

«Королева со свитой», – подумала я и испытала укол зависти. Бывают же настолько красивые люди!

– Неужели это принцесса Эухения? Доброе утро! – лизоблюды начали наперебой кланяться.

– Вам нравятся медузы? – Спросила я робким голосочком, глядя снизу вверх. Принцесса оказалась выше меня на целую голову.

– Предпочитаю мурен, – ответила Эллибет, испепеляя меня глазами.

– Они красивые? – Я поковыряла колонну пальцем.

– Изумительные!

– Такие же красивые, как вы? Знаете, муж говорил мне, что красота часто ослепляет людей, не давая разглядеть безобразное нутро, – доверчивая улыбка и полный восхищения взгляд. Что это на придворных напал приступ кашля? – Я никогда не видела женщин красивее вас!

– Вы хотите меня оскорбить? – Эллибет резко сложила веер.

– Я?! Ой, простите, я что-то не то сказала? Знаете, когда вчера замазываешь на туфлях царапину гуталином, а сегодня попадаешь во дворец, немного сложно привыкнуть. Я так надеялась, что мы сможем подружиться! Вы научите меня? – я захлопала глазами.

– Чему?

– Соблазнять мужчин?

На губах Эллибет заиграла ехидная улыбка.

– Боюсь, вам эта наука впрок не пойдет, дорогая Эухения.

– Вы так говорите потому, что мой Даэнир отверг вас?

Это стало последней каплей. Эллибет и так еле держалась. Насмешки и превосходство от той, кого она считала недостойной ей ноги целовать, помутили разум солнцеликой принцессы. Никто и никогда не осмеливался с ней говорить так! Завизжав, принцесса растопырила пальцы и кинулась на меня.

Придворные ахнули, меня каким-то немыслимым образом развернула Тереза так, что я оказалась за ее спиной.

– Госпожа! – одна из служанок кинулась в ноги принцессе, повиснув на коленях и не давая сделать шаг.

– Прочь пошла, дура! – сильный пинок отправил служанку в угол зала, где она скорчилась.

– Ваше высочество! – заверещали лизоблюды. Самый смелый или отчаянный попытался заступить ей дорогу. – Придите в себя!

– Прочь! – закричала принцесса, сильно толкнув его в грудь.

– Что здесь происходит? Леди, лорды? – прозвучал вопрос рослого гвардейца.

– Ее высочество Эллибет напала на ее высочество Эухению, – пролепетал придворный. – Ударила служанку, толкнула дона Стевио.

– Она оскорбила меня! – принцесса отбросила от себя руки второй служанки.

Крики в зале нарастали, придворные набивались в залу, узнать, что произошло мимо их глаз. Замелькали мундиры гвардейцев.

Я прижалась лбом к стеклу. Гадкие ощущения. И мерзко, и противно. Наверное, как та же медуза на вкус. Я ведь не виновата, что Даэнир ее на любит! Добивалась бы его. Зачем было ко мне лезть? Я ей не соперница. Ни по каким параметрам. Ни внешне, ни богатством, ни по образованию, ни по воспитанию, ни по родовистости.

– Я отведу вас к целителю, вы слишком взволнованны, – Тереза взяла меня под руку.

– Нет, к дону Мееру и домой.

Дон Меер налил мне кофе. Руки слегка тряслись, но дон Меер деликатно этого не заметил. Не каждый день ведешь себя, как последняя сука. От самой себя было противно.

– Поговорим о вашей работе на почте?

О почте? Не о склоке в Морском зале? Инстинкт вопил «Опасность!» и мигал всеми кристаллами. Я скромно сидела на краешке стула кабинета дона Меера. Слова Марка Холли о том, что менталиста может определить другой менталист, прочно сидели в голове. Мне повезло, что дон Меер уже составил обо мне мнение, как о наивной дворяночке, волей случая попавшей во дворец, и больше в голову не лез.

Успех десятого почтового отделения в вычислении преступников я полностью приписала донне Розе. Она опытный сотрудник, она такая проницательная! Да, мы даже шутили, что ей нужно частным сыщиком работать. А какая она душевная, отзывчивая! Ну, что бы я там могла понять, без году неделя, без ее неоценимой помощи! Знаете, пожилых дам недооценивают. А они очень внимательные, много повидавшие, в людях разбираются, вот донна Роза и обратила внимание на те адреса. Донна Роза предположила, что это брачный аферист, а оно вон как оказалось.

Дон Меер улыбался, как кот, попавший в кладовую колбасника.

– Страна вас не забудет!

– Это само собой. А что получу лично я?

Дон Меер слегка растерялся. Решил, что мне достаточно морального удовольствия? Нет уж, я девушка прагматичная.

– Украшения? – предположил глава Тайной стражи. – А хотите орден? Вы вполне заслужили! Я с удовольствием напишу представление.

– Я хочу развод. Мне вот это, – я сделала широкий жест. – Абсолютно не нужно!

– Но, насколько я знаю, вы пришли с принцем к соглашению.

– Пришла. И вышла. Передумала. Эллибет ведь не одна и не единственная, кто с радостью меня зароет. Не хочу вести всю жизнь военные действия.

– Принц вас защитит!

Я презрительно фыркнула. Меня четыре раза чуть не убили, не его заслуга, что я жива.

– Орден, кстати, мне действительно не помешает. К нему же идет денежная выплата? Хватит на пять акров земли?

Дон Меер прошелся по кабинету, заложив руки за спину и рассуждая вслух.

– Учитывая, что брак заключен тайно... Совет магов не был уведомлен, Совет министров тоже не в курсе, а разрешение на брак в храме его высочество не испрашивал… Да и не ровня вы принцу, уж извините! Да, брак можно аннулировать.

– Извиняю, – махнула рукой. Что уж там, сама знаю, что не ровня, осталось принца в этом убедить. И очень хорошо, что я до сих пор невинна, лишнее доказательство для храма фиктивности брака. Но это уже, как крайняя мера. – Дон Меер, расскажите про академию? Вы же разобрались там?

Развод не за горами, разрешение посещать лекции вольнослушателем легко выбью из профессора Ямбира.

Ротозеи у них там сидят, маразматики старые. Ведь все заявки и темы работ шли через Ученый совет академии! И ни одна седая задница не связала тварей с разработками Мар Абеши!

Его вообще всерьез ни один академик не принимал! А он проявил невиданное упорство, воображение и талант, между прочим! Это не его вина, что ушлые доценты приторговывали разработками и поставили дело на поток.

Сотрудники дона Меера без труда раскопали истоки этой истории. За давностью лет, привыкнув к полной безнаказанности, никто из участников не скрывался. Внезапный арест стал неприятной неожиданностью. Они даже возражали, что на территории академии их нельзя арестовывать!

Началось все