Инкуб на сессию - Аника Ледес

— Лея, — он посмотрел на меня с укоризной. — Ты специально?

— Немного, — улыбнулась я. — Чтобы ты отвлёкся.

— Отвлёкся? — переспросил он. — Странные у тебя методы.

— Извини, — я чмокнула его в щёку.

В этот момент дверь открылась.

Мы оба подскочили как ужаленные. Риэль чуть не слетел с дивана, я вцепилась в подушку. Хвост его взметнулся в воздух и обмотался вокруг моей ноги с такой скоростью, что я ойкнула.

На пороге стоял Маркус.

В своём идеальном костюме, с идеальной укладкой, с идеальным выражением лица — только вот челюсть у него была уже здорова, и смотрел он на нас с непередаваемой смесью превосходства, любопытства и, кажется, лёгкой неуверенности.

— Маркус? — выдохнул Риэль.

— Привет, — сказал Маркус, входя в приёмную без приглашения. — Миленько у вас.

Он огляделся, задержал взгляд на плюшевом драконе в углу, потом на нас, потом снова на драконе.

— Это что? — спросил он, указывая на дракона.

— Магнит для клиентов, — сказала я, потому что Риэль всё ещё не мог говорить.

— Магнит для клиентов, — повторил Маркус. — В виде плюшевого дракона.

— И он работает, — сказала я. — Ты же пришёл.

Маркус открыл рот, закрыл, потом фыркнул.

— Остроумно, — сказал он без особого энтузиазма. — Ладно, я не за этим.

— А за чем? — Риэль наконец обрёл дар речи.

Маркус помолчал. Прошёлся по приёмной, разглядывая книги на стеллаже, столик для чаепитий, наши парные кружки, которые стояли на видном месте. Потом остановился у окна и уставился на улицу.

— Я хочу поговорить, — сказал он, не оборачиваясь.

— О чём? — Риэль напрягся. Я чувствовала это по его руке, которая сжимала мою ладонь.

— О многом, — Маркус повернулся. — О школе. О тебе. О том, что было. И о том, что... не знаю. Может, я действительно... ну...

Он замялся. Я смотрела на этого идеального инкуба, который сейчас мялся, как подросток на первом свидании, и не верила своим глазам.

— Маркус, — сказала я осторожно. — Ты пришёл сюда как клиент?

— Что? — он дёрнулся. — Нет! То есть... я просто хотел поговорить. Не как клиент. Как... ну, как старый знакомый.

Риэль смотрел на него. Долго. Я чувствовала, как его рука дрожит.

— Ты серьёзно? — спросил он наконец.

— Абсолютно, — сказал Маркус.

Я переводила взгляд с одного на другого. Риэль — напряжённый, бледный, но с тем самым огоньком в глазах, который появлялся у него в критические моменты. Маркус — собранный, но с какой-то странной уязвимостью, которую я раньше не замечала.

— Ладно, — сказала я, вставая. — Я пойду наверх. Побуду там.

— Лея, — Риэль схватил меня за руку. — Останься.

— Ты уверен?

— Да. — Он посмотрел на меня. — Пожалуйста.

Я села обратно. Маркус скривился, но промолчал.

— Ну, — сказал он, усаживаясь в кресло напротив нас. — Начинай.

— Я? — удивился Риэль. — Это ты пришёл. Ты и говори.

Маркус вздохнул. Откинулся на спинку кресла, закинул ногу на ногу. Красивый, собранный, но глаза... глаза у него были уставшие.

— Ладно, — сказал он. — Помнишь, как всё началось? В магической академии. Мы учились в одной группе.

— Помню, — тихо сказал Риэль.

— Ты был... другим. Не таким, как сейчас, — продолжил Маркус. — Уверенным. Популярным. У тебя были друзья, ты всегда был в центре внимания. А я... я был новеньким. Перевёлся из другой школы. Никого не знал. Пытался вписаться.

Риэль молчал, сжимая мою руку.

— И ваша компания решила, что я — отличная мишень, — голос Маркуса стал жёстче. — Прятали мои вещи. Обзывали. Один раз заперли в шкафу на целый урок. Я сидел там в темноте и думал, что никогда вам этого не прощу.

— Маркус... — начал Риэль.

— Дай договорить. — Маркус поднял руку. — Я потом ушёл из академии. Перевёлся в другую. Долго восстанавливался, работал над собой, стал тем, кто я есть. А когда вернулся в Гильдию — увидел тебя. И ты был... другим. Не тем уверенным мальчишкой, который надо мной издевался. А каким-то... тенью. И я подумал: отлично, сейчас я ему покажу.

— И показывал, — сказала я тихо.

— Да, — Маркус посмотрел на меня. — Показывал. Годами. Каждый раз, когда видел тебя, вспоминал тот шкаф. И мне казалось, что если я унижу тебя, сделаю больно — мне станет легче.

— Стало?

Он помолчал. Потом покачал головой.

— Нет, — сказал он. — Не стало. Стало только хуже. Потому что я превратился в того, кого ненавидел. В того, кто издевается над слабым.

Риэль смотрел на него. В его глазах было столько всего, что я не могла разобрать.

— Маркус, — сказал он. — Я... мне правда жаль. За то, что я делал в школе. За то, что мы тебя травили. Это было... подло.

— Было, — согласился Маркус.

— Но то, что делал ты потом — это не справедливость. Это была месть. И она длилась слишком долго.

— Я знаю, — тихо сказал Маркус.

— И я... я простил тебя, — продолжил Риэль. — Давно. Потому что я понимал, что заслужил. Не всё, что ты делал, но... ту боль, с которой ты жил. Я был частью этого.

Маркус поднял голову. В его глазах мелькнуло что-то — удивление? Надежда?

— Ты простил? — переспросил он.

— Да, — сказал Риэль. — Но это не значит, что я хочу стать твоим другом. Я решил все отпустить. Отпусти и ты.

Я смотрела на него и чувствовала гордость. Мой робкий, неуклюжий, вечно испуганный Риэль — и такая речь. Он вырос. Правда вырос.

Маркус молчал. Секунду. Две. Потом вдруг вскочил.

— Значит, отпустить? — Голос его изменился — стал жёстче, злее. — Легко тебе говорить! Ты не сидел в том шкафу! Ты не задыхался там от страха! Ты не думал, что умрёшь, а никому до этого нет дела!

— Маркус... — начал Риэль.

— Нет, ты послушай! — Маркус заметался по комнате. — Я таскал эту обиду шестьдесят лет! Шестьдесят лет, понимаешь? Она стала частью меня! А теперь ты говоришь — отпусти? Как? Как мне это сделать, если каждый раз, когда я тебя вижу, у меня всё внутри переворачивается?!

— Поэтому ты и пришёл, — тихо сказала я. — Чтобы попытаться.

Он замер. Посмотрел на меня. В его глазах плескалась ярость, смешанная с чем-то ещё — отчаянием, кажется.

— Не лезь, — сказал он. — Это не твоё дело.

— Моё, — сказала я, вставая. — Потому что это моё бюро. Мой парень. И мой клиент, если ты всё-таки решишь им стать.

— Я не клиент! — заорал он.

— А кто?

— Я... — он запнулся. — Я просто хотел поговорить!

— Вот и поговорили, — я подошла к нему. — А теперь иди. И не возвращайся, пока не решишь, что ты готов менять свою жизнь.

Маркус смотрел на меня. Долго. Потом перевёл взгляд на Риэля, который сидел на диване, сжимая подушку.

— Вы