Ни толку, ни проку, не в лад, невпопад... - Тамара Шатохина

- О-о-о… Здравствуйте, Ваше Величество! – прозвучало вдруг из ее уст громко и торжественно.

Адер и хотел бы, но не мог обернуться, даже пальцем шевельнуть не получалось. Только смотрел, не отрываясь, как зачарованный… и видел в ее глазах отражение туманной фигуры огромного размера и в рыцарских латах. А потом и острый отблеск опускающегося вниз гигантского клинка.

- Пощады! – отчаянно вскрикнула Ольга, - прощения! Помощи дай, Господи…

А дальше на его голову обрушился мощный удар...

Очнулся от того, что на лоб ему лилась вода. Освин, увидев, что он открыл глаза, с облегчением перекрестился.

- Слава Всевышнему! Я не понимаю, что случилось, потому что ран на вас нет.

- Миледи…? – прохрипел Адер.

- Миледи тоже лишилась чувств. Мы не смели коснуться женщины, но и на ней ран не было. Это испуг, я уверен.

- Вы тоже видели это, – понял Бигли. Он смотрел и видел, что вокруг все отчетливо и ясно – уже настал день. И стал оглядываться: - Где она?!

- Мы искали воду, потом ждали, чтобы вы очнулись… прошло время и стало светать. Послышались голоса – они двигались в нашу сторону. Подхватив вас, мы ушли оттуда. Брат Кевин остался наблюдать – миледи нашли и унесли… очень бережно, если вы тревожитесь об этом.

- Она сопротивлялась? – хрипел Бигли сквозь стиснутое нервным спазмом горло.

- Нет. Нет! - склонился к нему брат Кевин, - я сам видел и могу поклясться – она плакала от счастья и обнимала за шею того самого Ризли. Он унес ее и был очень добр к ней – не сомневайтесь, милорд, такое видно всегда.

- Что это было – с мечом? Расскажите мне, - потребовал Бигли.

- Мы никогда не говорим о них, милорд, иначе можно накликать опять. Все это время мы молились. Пора идти?

- Хорошо… да. Только мне нужно увидеть ее, нужно убедиться.

- В чем именно? Ран на ней не было – я клянусь вам в этом, - перекрестился Освин, - я ведь тоже немного лекарь – травник. Люди лишаются чувств по разным причинам.

- Именно, - потихоньку встал Бигли, держась за голову. Огляделся, узнавая этот ручей – до монастыря было не так далеко, сюда даже доносился слабый запах гари.

Но он не мог уйти просто так, подозревая что-то такое… от чего душу тянуло странной тоской, будто разом исчезло из его жизни что-то настолько важное, что жизнь эту разом обесценило.

Оставив монахов у ручья, он целый день высматривал на той стороне реки Ольгу. Ждал в нетерпении, когда появится, жадно всматривался, когда появилась – на руках у Ризли, потом с ним же на коне. Он и правда был бережен и осторожен с ней – брат Кевин не лгал. И она льнула, обнимая за шею…

- Собирайтесь, пора, - отстраненно скомандовал Адер монахам, найдя их в положенном месте.

- Возьмите, милорд, целый день вы морите себя голодом, - сунул ему в руки кусок хлеба с сыром брат Освин.

- Забыл, - отстраненно признался Адер, - как там…? Сантэс Креус (святой крест)?

- ПослеSanta Maria de Poblet,это самый большой монастырь от цистерцианского ордена в Испании, - подтвердил один из монахов.

- Пускай будет Сантэс Креус, - понуро выдохнул Бигли.

С Джейн все в порядке. Пора было что-то решать со своей жизнью.

Глава 24

Перед глазами бело… Как и всегда со сна, необходимо время, чтобы сконцентрировать зрение и память. Я и пыталась, но взгляд плыл, в голове – каша.

- Сейчас-сейчас, - что-то чуть влажное и ароматное аккуратно прошлось по моему лбу, потом спустилось к векам, заставляя прикрыть их. И стерло слезы. Теперь я чувствовала их влажное тепло на щеках и сырость за ушами. Ароматная штука прошлась и там.

- С добрым вас утром, Ольга Валерьевна, - донесся сбоку довольный женский голос. Повернув голову, я увидела женщину в белом халате, скорее всего – свою ровесницу. И свою комнату – крашеные в светло серый цвет стены, на которые сама наносила с помощью трафарета ритмичный рисунок темнее на три тона. И дерево фикуса в свете светодиодного спота… почти под потолок. И…

- Не плачьте, уже все в порядке, – чуть приподняла меня женщина, давая сесть и подпирая спину подушкой: - Так лучше будет обзор, быстрее адаптируется зрение. Смотрите, ориентируйтесь.

А я не могла остановиться. Слезы хлынули рекой, затрясло от рыданий, заколотило нервной дрожью. Во мне орала каждая нервная клетка, протестовал каждый нейрон - не хочу! Господи, а чего я хочу? Жить. Не хочу-у!!

- Сейчас-сейчас, - сильный хлопок по щеке заставил заткнуться, осмысливая это действие… следом - еще один.

- Ну вот же, а то устроили тут… Поставить снотворное не рискну, извините, Ольга Валерьевна, - уверенно вещал женский голос.

- Ставьте, хрен с ним, - прохрипела я, - и давай на «ты». Вколи что-нибудь - нервы не вывезу.

- Хорошо… ложись тогда, колоть будем в ягодицу, успокоительное.

- Главное - чтобы до мозга дошло, - расцепив зубы, попросила я. Горло саднило, как при ангине, помнила я такое счастье.

Ширнув мне в задницу укол, женщина прибрала все лишнее и села на стул рядом с кроватью, внимательно изучая мое лицо.

- Ангина? Я бредила? Долго в отключке? – прохрипела я, пытаясь прокашляться. Ждала ответа с надеждой – дурной, отчаянной надеждой.

- Наверное, глотательное горло немного травмировано зондом. Моя вина - ты зашевелилась, я и убрала его – процедура не айс, когда совсем в сознании, - виновато улыбалась женщина, - спешила. Но это пройдет – спрей… и теплое нужно пить. Кормить внутривенно, это угробить ЖКТ – тебе и не назначали. У вас… тебя была не ангина – летаргия. И не тяжелая форма. Это когда мозг вывозит организм… дыхание и сердцебиение в норме, только добудиться невозможно.

- Господи… - надолго умолкла я. Доходило медленно: - А причина?

- Нерациональна, похоже – стресса, истерии, травм головы или шизофрении у вас… тебя не наблюдалось. Предположили сильное физическое и эмоциональное истощение.

- Настолько редкий случай? – скривилась я в ухмылке.

- Сама болезнь в наше время – редкость, - не поняла медик иронии, - слишком мало она изучена. Предполагают даже вирусную этиологию заболевания, а виноваты будто бактерии, возбудители ангины. Некоторые уснувшие перенесли перед этим как