Повелитель Лжи - Даниэль Зеа Рэй

Кардахар загадочно улыбнулся, явно осознав все раньше других.

– Главный вопрос для безымянных существ – это не где на нас напасть, а когда! — продолжал Гронидел. – Когда нас найти! Когда мы будем существовать и появимся на картах в их бесконечной круговерти жизни и смерти. Существа, лишенные времени, не могут без посторонних ориентиров ориентироваться в нем. Взрывы месторождений маны в нашем мире и прорыв пространства в измерение Изнанки – это всего лишь временная метка для них, знак того, что пора начинать вершить историю в нашем мире и мире богов. Эндоран – мир фейцев – был уничтожен более миллиона лет назад, но для самого Фейрана сколько прошло лет? – Гронидел повернулся к Сапфир. – Сколько лет назад погиб мир Фейрана?

– Три года, – сказала Сапфир, начав понимать ход мыслей Гронидела.

– Три года, – повторил он. – Совпадение ли? Не думаю. Это для Фейрана и Роя прошло три года. А для Улья и всех остальных минул миллион лет.

– То есть уничтожив мир фейцев, они прыгнули вперед на миллион лет и явились сюда, готовиться к нападению гайнбрадов? – сделала вывод Сапфир.

– Верно, – закивал Гронидел и начал расхаживать по помещению взад и вперед, пытаясь унять мысли и бурча себе под нос новые открытия. – Они всегда знали, где мы находимся, но не знали, в каком моменте времени мы будем здесь находиться. Открытие порталов в Изнанку после взрывов месторождений маны стало для них всего лишь боем часов, ориентиром во времени, что пора нападать. Фейран как никто другой должен понимать, что победить существ, которые предвидят будущее, невозможно. Но также он понял, что хоть они и видят будущее, течение времени является для них чем-то сложным и непонятным, чем-то, что они неспособны постоянно контролировать. Парадокс Фейрана рассчитан на маловероятные события, происходящие с течением времени. Маленькие шажки в разных отрезках, которые трудно уловить тем, для кого все это бесконечный цикл рождения и смерти. Гайнбрады и Рой, Рой и гайнбрады – это мы смотрим на них по-разному и делим по тому, кто из какого времени прибыл. Но для них самих разве существует разница? – Гронидел остановился и посмотрел на крутящийся шар мира маны со схемой возможного расположения фейских кораблей. – Это не война Роя против гайнбрадов, — наконец сказал он. – Это способ Улья уничтожить самих себя в бесконечном потоке времени.

Отойдя от вращающейся иллюзии мира маны на несколько шагов, Гронидел прижал ладонь к губам и начал истерично хохотать.

– Он сходит с ума, – подметила Обринь.

Сапфир неодобрительно покачала головой, не соглашаясь с зальтийкой.

– Мы – жертвы самоубийства вида? – озадаченно спросила принцесса. – Существа без имен устали жить и с нашей помощью решили покончить со своим существованием?

– Не совсем так. – Гронидел обернулся и прищурился. – Гайнбрады хотят жить, иначе не сражались бы за последний питательный ресурс из маны. Полагаю, уничтожить их хочет Улей. С твоих слов, именно Улей направил Рой их уничтожить. Тот самый Улей, который для гайнбрадов и того времени, из которого они пришли, возможно, уже давно мертв.

– Но если ты прав, – взял слово Галлахер, что все это время внимательно слушал принца, – тогда почему Рой пытается избавиться от тебя? Ты же помогаешь уничтожить гайнбрадов, а значит, вроде как на их стороне?

– Но Рой я тоже хочу уничтожить, – пожал плечами Гронидел. – И Улей, если он существует. Я хочу уничтожить Сферу. Хочу, чтобы мир маны и мир богов оставили в покое. У меня так много желаний и целей, что вписать их в стройные планы Улья может быть очень даже сложно. А вот Фейран и его появление… – Гронидел снова рассмеялся. – Как умно и в то же время глупо, ведь уничтожая его мир и спасая его самого, они своими руками создали фейца, который в конечном счете способен погубить их вид.

– Так, может, в этом и есть замысел? — хмыкнул Кардахар и сложил руки на груди.

– Послушать вас, так мы сражаемся со смертниками. – Галлахер вскинул руки, взывая не то к богам, не то к разуму собравшихся. – Причем теми, которые добровольно пошли на этот шаг.

– О нет. – Гронидел покачал головой. – Мы сражаемся с теми, кто считает себя вправе вершить судьбы Вселенных и уничтожать целые миры в угоду своим интересам. Мы против тех, кто всегда хладнокровен и не испытывает эмоций. С теми, кто не боится умереть и кому уже нечего терять. Такие, как они – самые опасные враги. По-настоящему жестокие и беспощадные. Гайнбрады, Рой и Улей – так их зовут. И каждому их них мы должны нанести поражение. Фейран уже овладел или еще только овладеет, – Гронидел поморщился, – технологией перемещения во времени. Это определенно точно, ведь в настоящем времени существуют два Фейрана: один помогает нам, а другой служит Рою. И я не знаю, как их отличить.

– А так уж важно их различать? – уточнила Сапфир.

– Фейран из настоящего способен нас предать, – пожал плечами Гронидел.

– Ты тоже способен нас предать, – сказала она, в упор глядя на него. – Тебе ничего не стоит создать портал и сбежать отсюда без оглядки.

– Вот только бежать некуда, – хмыкнул Гронидел. – Да и сил на пространственный прорыв не хватит, ведь я практически все отдал, чтобы спасти тебя от толпы. – Он показал ей ладони, испещренные мерками силы.

– А лекарства из мира богов для восстановления у тебя разве нет? – вскользь поинтересовалась Сапфир.

– Считаешь, не будь у меня лекарства в запасе, я бы и спасать тебя не стал? – разозлился Гронидел.

Надвигающуюся перебранку остановил Кардахар. Он подошел к принцу и похлопал его по плечу.

– Нам необходимо продумать план дальнейших шагов. А потом помыться и поесть.

– Согласен, – поддержал идею Галлахер.

Гронидел отвернулся, не то считая собственные вдохи, не то изучая корешки книг на книжных стеллажах в кабинете.

– Нам нельзя нападать на Рой во время третьей атаки гайнбрадов, – внезапно сообщил принц, чем снова привел всех в замешательство. – Это значимое временное событие, и они к нему готовятся. Нападем в день атаки – погибнем.

– Нападем до атаки – тоже погибнем, – развела руками Сапфир. – Только уже на поле сражения с врагом, которого нам в одиночку не одолеть.

– Во время атаки гайнбрадов Рой использует порталы для переброса части нечисти в мир богов, – объяснил Гронидел, поворачиваясь к ней. – Через эти разрывы пространства в их мир хлынет мана, которая убьет всех людей.

– Так им и надо, – озвучила Обринь.

Сапфир зло покосилась на нее и промолчала. Она видела, что мана сделала с Одинеллой всего