Повелитель Лжи - Даниэль Зеа Рэй

– Мне жаль, – сказала она.

– Да, конечно. – Он механически кивнул.

– Мне действительно жаль, – с нажимом повторила принцесса.

– Дело прошлое. – Он пожал плечами. – Я давно переболел и, кажется, живу с этим дальше.

– Вот почему Марк тебя так ненавидит, – подытожила Сапфир.

– Им двигали эмоции. Он ничего не смог сделать моей матери. Зато с удовольствием отыгрывался на мне. Впрочем, как и все остальные, – поспешно добавил Гронидел.

– Относись они к тебе по-другому, стал бы ты тем, кто ты есть? – справедливо заметила Сапфир.

– И кем же я стал? – Он поджал губы.

– Сам ответь, – улыбнулась принцесса.

– Неудачником. – Он хмыкнул, а потом рассмеялся. – Так мне и надо, правда? Надеюсь, причиняя мне боль, ты получаешь настоящее удовольствие. Я ведь заслужил, не так ли?

– Вне сомнений, – спокойно констатировала она. – Заслужил. Но удовольствия я не получаю. Мне больно, Гронидел. – Принцесса щелкнула пальцами, активируя ленту из маны, протянутую к мечу.

– Мне тоже больно, – внезапно сказал он, и Сапфир замерла.

Прежде он никогда не признавал собственной слабости. Не обнажал перед ней секретов. И не казался таким же раздавленным, каким выглядел в тот момент.

– Если ты любишь его… – Голос Гронидела треснул. – Будь с ним. Я отпущу тебя и не стану чинить препоны. Может, и не скажешь с первого взгляда, но я понятливый, и навязывать тебе свое общество и уж тем более неудавшийся брак не стану. Да, я планировал сбежать из мира маны и никогда в него не возвращаться. Но это было до того, как я в тебя влюбился.

Он взглянул на Сапфир с такой болью, что у нее сердце замерло в груди.

– Смерть развела нас. И пусть, возможно, ты не считала наш брак настоящим, да и я, – он пожал плечами, – в наши клятвы не сразу поверил, тем не менее мы с тобой узнали друг друга и стали близки.

Гронидел сделал шаг ей навстречу и остановился.

– Ты стала моей женой в моих мыслях, и даже когда мы ругались, внутри меня ничего не менялось. Да, у меня были определенные планы. Но я старался о них не думать. Знал, что рано или поздно придется, но проблемы вокруг множились, а времени сесть и обо всем поразмыслить у меня не было. Жизнь с ломаной искрой в голове должна была закончиться смертью. А выбор между бегством туда, где я смогу обрести свободу от обязанностей и обязательств, и полной потерей личности после операции казался очевидным. Но появилась ты, мои чувства к тебе и нерациональное желание рискнуть всем, чтобы остаться рядом с тобой. Я бы пошел на операцию, Сапфир. – Он с грустью улыбнулся. – Отринул бы все возможности освободиться от любой ответственности и рискнул головой в прямом смысле, лишь бы только остаться рядом с тобой. Это казалось глупым, неуместным, особенно когда мы только-только начали строить наши супружеские отношения. Но милая, я же всегда бросаюсь в омут с головой! Сейчас я вернулся сюда. Не стану врать, что сломя голову бежал спасать этот мир. Мир – это так, дополнение к тому, что я хотел спасти тебя и вернуть себе жену, где бы она ни оказалась. Я пришел сюда за тобой, Сапфир. Но… Ты научилась жить без меня.

Он закивал и откашлялся, будто избавлялся от кома, застрявшего поперек горла и мешавшего говорить.

– Я не представляю, через какие мучения ты прошла, чтобы так уверенно стоять здесь и управлять юни-привязи по щелчку пальцев. – Он повторил ее движение и с нежностью улыбнулся. – Я рад твоим успехам. Рад, что ты сильна не только телом, но и духом, благодаря чему все еще жива. И сделаю все возможное, чтобы сохранить тебе жизнь. Чего у меня не отнять, так это умения отпускать. – Он вновь рассмеялся и повернулся к двери. – Если вдруг… – он запнулся, – захочешь вернуться ко мне… Возвращайся. – Гронидел повернулся к ней. – Я никогда, ни словом ни мыслью не вспомню, что ты от меня уходила. Жизнь – слишком сложная штука, и повторять собственные ошибки я не собираюсь. Прости меня, – сказал он и опять отвернулся к двери. – За все прости. И в особенности прости за то, что год назад я все-таки привез тебя в Солнечный замок и оставил в нем одну… умирать, – сказал он и быстрым шагом направился к двери.

Мгновения из прошлой жизни понеслись перед глазами Сапфир. Ужасные обстоятельства первой встречи в разрушаемом врагом Звездном замке; оценивающий прищур на пепелище перед телом Ордериона; безразличие в усталом взгляде на церемонии открытия замка Света; перекошенное ненавистью лицо после ее первой выходки; сожаление в зале перед Рубин и Ордерионом, вынесшим приговор навязанной брачной сделки; удивление и вызов в их очередной словесной перепалке; интерес и ожидание подвоха при каждой встрече; злость при рисовании юни-изменений на лбу; настойчивость в схватке перед заключением новой сделки; вожделение в алом взгляде, отражающем блики пламени костра; беспокойство в выражении перепачканного копотью лица на лестнице; нежность в прикосновении сухих губ, утративших контроль разума; забота в словах и действиях; ревность во взгляде в трактире Драмара; страсть в прикосновениях, поджигающих тело; обладание в горячем дыхании, обжигающем плоть; недосказанность и… мучения; метания и безысходность падения от ее руки; смирение в умирающем взгляде; принятие финала и встреча год спустя…

Он жив. Он здесь. И сердце, растоптанное в пыль, будто снова собралось воедино и опять разлетелось на осколки.

Она любила его. Любила его! И так хотелось об этом прокричать… Но Сапфир приросла к полу, не в силах пошевелиться.

Проблема в том, что если сейчас она сдвинется с места, уже не сможет уйти. А уйти необходимо, потому что где-то там, в неизвестности, ее сестра мучается ужасающими видениями, и вытащить ее оттуда не сможет никто, кроме Сапфир. Уйти придется, потому что там же, в неизвестности, застряла Хейди. И пока она не рядом со своим правителем, Рой этим пользуется. Она дала слово Галлахеру и должна, обязана его сдержать. Сапфир обязана вернуться в Сферу и выполнить задание, возложенное Фейраном на ее плечи.

Ладонь Гронидела коснулась ручки двери, и слезы, стоявшие в глазах Сапфир, покатились по щекам, испещренным светящимися молниями.

Дверь захлопнулась, оставляя принцессу в мире взрослых поступков и решений. Завтра она покинет этот дом. Оставит за спиной Сантияр, чтобы умереть и вернуться в Сферу. И велик шанс, что Гронидела Зальтийского она больше никогда не встретит.

Фейран предсказал, что ее муж возглавит сопротивление? Что ж, быть посему. Ничто не влечет к победе сильнее, чем желание поквитаться с теми, кто разрушил