Неистовые. Меж трёх огней - Алиса Перова

Не ливень, конечно, но хорошего тоже мало. И Соньку укрыть нечем… а снимать с себя рубашку — это ж мы и до «Колокольчика» не дойдём, меня менты раньше примут. Возвращаться в обнимку не слишком удобно, ещё и ногу жжёт нещадно и не хромать не получается. Сюда-то я, похоже, вообще без ног летел, а теперь… хочется прилечь. Как-то далековато мы уплясали.

— Нога сильно болит? — Сонечка с беспокойством заглядывает мне в глаза.

— Пощипывает немного, — стараюсь владеть лицом и не отставать от моей партнёрши.

Танцор, сука! Позорище!

Когда я вижу вожделенный «Колокольчик» и припаркованного «Мурзика», мне хочется целовать землю… и оторвать себе ногу. Вот что бы мне, мудаку озабоченному, не доехать до парка в машине?..

А в кафе нас, оказывается, заждались.

— А что это у вас так тоскливо? Прям как в борделе в понедельник. Где музыка? — наезжаю с порога, пытаясь отвлечь общее внимание от моей негнущейся конечности (это я про ногу сейчас).

— Уж тебе-то, Геночка, конечно, виднее, как оно там, в борделе, — язвительно выступила Натаха, уничтожив меня лютым взглядом.

Я усмехаюсь — вот же коза мелкая, всё никак не успокоится.

— Где этот чёртов инвалид? — рычит Макс, спеша ко мне с костылём.

— Спасибо, Малыш, — я с благодарностью принимаю посох и с облегчением переношу на него вес тела.

— Геныч, у вас обоих тут телефоны надорвались… хоть бы один из вас взял.

Ага, как же на такое дело и без телефона?!

Но Малыш и сам уже понял, что хрень сморозил, и понимающе лыбится.

— Сонь, вы где были? Мы уж не знали, что думать, — навстречу выскакивает взволнованная Марта. — Ой, а вы чего такие мокрые?.. Я думала…

— А это в них с балкона плеснули, чтоб под окнами не орали, — заржал Жека, нисколько не впечатлённый моей свирепой мимикой, и громко скомандовал: — Маэстро, музыку в студию! Только не танго, а то наш талантливый тангерос снова потеряется.

Я покосился на Сонечку, но моя умница отреагировала на все комментарии с королевским достоинством, молча одарив народ вызывающей улыбкой. А я с умилением взглянул на растерянную и слегка порозовевшую Марту и, согнувшись, поцеловал ей ручку. Вряд ли этому наивному ангелочку придёт в голову, что два хороших человека решили потрахаться под осенним дождём. Надеюсь, Соньке хватит ума не рассказывать об этом подруге, а то я себя чувствую каким-то старым извращенцем.

— Пойду немного пёрышки почищу, — шепнула мне Сонечка и игриво прикусила за мочку уха.

Отдалось сразу и в паху, и в ноге. Хулиганка!

Я проводил её задницу влюблённым взглядом, а Макс со вздохом озвучил:

— Всё, брат, застолбила она тебя. Ты с ней только…

— Да задрал ты уже учить, Малыш! Может, тебя надо третьим с собой брать? Контролировать будешь, а то вдруг синяк неучтённый, — отвернувшись от друга, я поковылял к столу, где в обнимку расположились Жека с Кирюхой.

Похоже, прощаются. Я вспомнил, что уже послезавтра Жека с Эллочкой улетят в Париж, да ещё и Даньку с собой заберут. На душе похреновело.

— Геныч, ну извини! — нагнал меня Макс и, обхватив за шею, боднул меня в лоб.

— Всё, проехали. Это ты меня прости, Малыш. И с днём рождения! Смотри вон, как наши гулюшки славно танцуют в твою честь. А я к столу, жрать хочу больше, чем… всё остальное.

— Надо думать… — серьёзно кивает Малыш, и кричит пацанам: — Э, вы куда без нас?

Кирюха покладисто наполняет тару Макса, доливает мне сок и радостно салютует стопкой.

— Согрешившего Геныча сразу видно по его довольной физиономии.

— Да какая там физиономия! — горланит уже изрядно поддатый Жека. — От него же за версту несёт… сбывшимися надеждами.

— Заглохни, придурок! — рявкаю на друга и оглядываюсь на танцующих девчонок…

Ух ты ж, задраться рот в рот!

Посреди зала совершенно неприлично сплелись Натаха с Саньком (братишкой Марты) и самозабвенно сосутся. Нет, ну как так-то, а?! Айка с Эллой, надо отдать им должное, слипшуюся парочку в упор не замечают.

— Ни хера себе! — взревел Жека, тоже обнаружив назревающий адюльтер. — Ты посмотри, что эта сучка творит!

— Как вариант, делает ему искусственное дыхание, — предполагаю я. — Ты глянь на Санька, он же никакой.

— Да я убью этого мудака! Совсем страх потерял! — Жека пытается встать из-за стола, но Кирюха толкает его обратно.

— Сиди, не дёргайся. Не сейчас же.

— Спокойно, пацаны, я сам всё порешаю, — подорвался Макс, явно в попытке спасти заплутавшего родственничка и душевное равновесие Марты.

— Ну что… ноги этой козе повыдёргивать? Геныч, это ж она тебе мстит… Дура! — зло прорычал Жека и опрокинул в себя стопку. Но тут же поперхнулся и заржал. — Ай, Малыш, молодца! Вы видели?

Чем отличился Макс я заметить не успел, зато с немалой тревогой уставился на свой взвывший мобильник. Звонок от Риммочки в такое время точно не предвещает ничего доброго. Жека, вытянув шею, тоже взглянул на экран и ехидно пояснил:

— Она, кстати, раза три уже звонила, пока ты там… заряжался природной силой.

Поднося к уху мобильник, я ловлю себя на том, что мои губы непроизвольно растягиваются в широкой улыбке, и это никакая не искренняя радость — это выработанный рефлекс, как у собаки Павлова. С помощницей Дианы он срабатывает даже на расстоянии телефонной связи.

Неделю назад она мне всю кровь выпила за то, что я исчез без предупреждения, а ей вдруг понадобился мой паспорт — вот прям вынь да положь. А смысл было предупреждать, если я всё равно улетел бы с паспортом? А куда бы я без него? Так я Риммочке и пояснил… но лучше бы вовсе молчал. Зато узнал, насколько я безответственный, ненадёжный и почему-то даже аморальный тип (вот это было особенно обидно), и что теперь она, Римма Михална, задрать её меж полужопий, непременно постарается донести о моей ненадёжности Её Огнедышеству — Диане Александровне.

Может, я, конечно и неправ… но как в столь нежном возрасте возможно достичь такой степени стервозности? А ведь мне казалось, что мы немного дружили…

— Риммочка, какой чудесный сюрприз! — нежно порыкиваю в трубку и даже сам слышу, насколько далёк я от чудес.

— Я звоню тебе третий раз, — ледяным тоном реагирует Римма, как обычно, минуя приветствие.

— Прости, но некоторое время я был вне зоны…

— Не ври, ты игнорировал мои звонки, — жестко припечатывает эта фурия, не давая мне возможности объяснить, что мой мобильник находился в зоне без меня.

— Клянусь, я бы не посмел! Просто…

— Ты забыл, что от тебя требовалось? — резко перебила она.

— Да, помню я