Волчий цветик-Семицветик - Ксан Крылатая

Ведь действительно, я сейчас сижу в общественном месте в своеобразной компании подростков оборотней, и чувствую себя как дома. Мне не нужно держать извечный контроль над спокойной в присутствии Тамика волчицей. Не нужно напрягаться, чтобы не уронить статус дочери альфы. Меня здесь уже приняли такой, какая есть. А ведь сейчас понимаю, что была-то я тем ещё отстоем — даже стыдно…

— Я тут решил, что когда вернёшься, мы сделаем…

— Я не вернусь, — перебила папу я, не желая слушать об очередном претенденте на место моего спутника жизни, и уж тем более, чтобы об этом слушал Тамирлан.

Место занято.

— Не расслышал. Что?

— Не смею позорить вас своим присутствием, альфа. Простите, но домой, я не вернусь.

— Хватит злиться, дочь! Ты не понимаешь… — выпалил он, и замолчал, а потом, словно приняв для себя решение, начал рассказывать. — Шаманка вызвала меня к себе ещё год назад. Она сказала, что я тебя потеряю из-за своей гордости. Твоей силы, которой я слепо гордился, не скрывая. Она сказала, что твой зверь возьмёт верх, если его не усмирить в ближайшее время. А усмирить его сможет только более сильный зверь. Я думал… В нашей стае не было никого равного для тебя, вот я и сговорился о браке с Подлунными. Думал, что будущий альфа сможет…

Я только фыркнула, вспомнив, как легко добралась до глотки того будущего альфы. Папа вздохнул.

— Только тогда я понял слова Умайны. Когда увидел тебя. В глазах твоего зверя была вся ярость севера, через которую даже я — альфа, с трудом смог пробиться к тебе. Я испугался. По-настоящему. Умайна кричала, что я упустил время, велела запереть твоего зверя. Надеть ошейник. И мы с мамой решили отправить тебя на время подальше.

— На мне сейчас ошейник? — удивлённо переспросила я, в напряжении прислушиваясь к ощущениям. Но ничего такого не было. Зато уловила не менее яркую волну интереса от Мальвы и Игната.

— Нет, что ты?! Мы не смогли…

А вот после этих слов, повеяло удивлением всех остальных. Да что там, у меня самой — кровь застыла в жилах.

— То есть, вы решили отпустить мою ярость на свободу? Вы… рискнули оборотнями, которых мама считала друзьями? — от возмущения и стыда перед ребятами, мой голос осип, а по коже рассыпались противные колючие льдинки. Показалось, что изморозь покрыла каждый волосок на теле. — Это… низко, пап.

— Я не мог иначе, милая. Мы ведь просили тебя держать зверя в узде, не выпускать его. Я всегда знал, что ты у меня сильная и послушная, принцесса…

— А я оказалась слабой. Зверь вырвался, пап, — отрезала я холодно.

Звенящая тишина повисла в динамике телефона, в которой послышался всхлип мамы. Значит, она там, рядом с папой. Ну и хорошо. Пусть знает. Подробности рассказывать не стала, как и то, что ярость севера превратилась в маленького неуверенного в себе волчонка, млеющего от ласки всего лишь сына беты. Решила оставить этот сюрприз на потом, когда родители все же приедут за мной. Вот папочка удивится, узнав, что сын беты Каменных оказался сильнее будущего альфы Подлунных.

— Никто не пострадал. Мой зверь вполне разумен, хотя и имеет свой нрав, — закончила я мягче, чем хотела.

Вспомнилось, как Тамир уговорил меня побегать, и как Снежа с ним заигрывала, наплевав на предрассудки человеческой половины. Да, имена, которые нам с Тамиком дал Марк (за что и его можно назвать немного шаманом) так и смерзлись с нашими шкурками. Мальчишка даже на расстоянии вызывал тепло в душе и улыбку на губах.

— То есть, ты смогла его усмирить? Сама?

— Нет, папа, не сама. Но, — перехватив все такой же заинтересованно-голодный взгляд Мальвы, я одними губами шепнула “ошейник?”, и получив утвердительный жадный кивок, уточнила у родителя: — Объясни, пожалуйста, о каком ошейнике ты говорил?

— Умайна дала кожаный шнурок с несколькими бусинами. Сказала, что он запрет зверя, и усыпит. Ты должна понять нас с мамой — мы не хотели для тебя такой…

— А сейчас он у тебя? Можешь скинуть фото?

— Зачем? — напряжённо уточнил папа.

— Нужно. Пожалуйста.

— Хорошо. Принцесса, если хочешь, мы заберём тебя прямо сейчас!

— Нет. Пап, я правда не вернусь, — уже с каким-то смиренным облегчением и спокойствием произнесла я. Словно приняла, наконец, то решение, которое боялась принять раньше. — У меня теперь новая стая. Друзья, которые не отправят меня подальше ни при каких обстоятельствах. И тот единственный, за которого встанет “вся ярость севера”. А вот мелких повидать не откажусь, как-нибудь привезите их в гости.

С той стороны связи молчали, явно не успев переварить услышанное. Поэтому не стала мучить объяснениями, и коротко попрощавшись, отключилась.

Тамир

Слова о единственном оказались для меня неожиданными. Да, мы договорились, что попробуем себя в отношениях, посмотрим, насколько сможем доверять друг другу. Мои родители только улыбнулись, молча поддержав, и не смущая вопросами. Но вот так вот… Она так категорично заявила обо мне отцу, что у меня уши загорелись. Кажется. А может это из-за того, с какой силой зверь попытался взвыть, предупреждая всех о своей паре? А вот ладонь удерживать не стал — накрыл прохладную ладошку своей… пары, и получил в ответ совсем даже не ледяной взгляд.

Кир

— Тамирлан, ты в порядке? — шепотом спросил я, зная, что слышит вся компания. — А то твой зверь так ликует, что вот-вот клыки прорежутся.

— А ты завидуй молча, — поддела меня ниндзя, искренне радуясь за ребят.

— Я, и молча? — усмехнувшись, я шутливо сдался. — Непостижимо!

Хотел продолжить, но почему-то замолчал. В глазах Ниндзи вспыхнули понимающие огоньки — эта девчонка с детства рядом, и знает, что молчать я не умею. Это типа особенность моя. Ещё одна.

Я никогда не парился из-за окраса своего зверя. Мама всегда называла меня особенным, и говорила, что не встречала более красивого волчонка. Но я рос, и понимал со временем, что красив я — лишь для нее. Главное, что в человеческой ипостаси, я был нормальным. Глаза почти не отличались, левый был едва темнее, но такой же зелёный. А вот зверь мой… Он был нелепым. Да, именно так и назвал меня альфа, когда увидел впервые. Конечно, вслух не сказал, тогда он просто кивнул головой, и прошел мимо. А вот его сын, важно проходя следом… озвучил. Мы сцепились и подрались, несмотря на присутствие альфы и старейшин. А они ведь даже не пресекли. Наверное знали, что так начинается дружба. А когда появилась Ия, я неосознанно фыркал на нее,