Магия уюта - Дина Зарубина

И ведь кто навел ребят? Девка эта навела неприятная! Ни кожи, ни рожи, одно слово, что маг. Он на такую бы и в голодный год не залез, а остальные петушатся, цветочки таскают, конфеты и мармелад. Слипнется у нее! В рот смотрят, хороводы водят. Донья Ирма, да донья Ирма. Тьфу!

Что она, при нем не могла объявить про ведьму? Или три дня подождать? Он бы операцию и продумал, и провел бы с блеском, он отличный полицейский! И он, а не Тарбад получил бы благодарность короны. И этим мальчишкам вовсе несуразно отломилось, где это видано, чтоб премию давали такую, чтоб на домик хватило с садиком? В Лундази-то! Где в сезон сараюшки по цене дворца сдаются?

Один счастлив по уши, жениться собрался, есть теперь, куда жену привести. Двое других приобрели паи крупного торгового дома, чтоб денежки работали. Это что же, они богатеть будут, а он на одно жалованье жить?

Нет, конечно, на жалованье он не жил. Свою выгоду блюсти умел. Можно ведь человечка закрыть, а можно и отпустить, или искать не слишком старательно. Ситуации разные случаются. А кошелечки ему несут и из порта, и из санатория, и с ремесленной слободки, и с рыбацкой. Каждый торговец, каждая шлюха на улице – это его личный кошелек на ножках!

Говард сидел в таверне, смотрел в кружку с черным элем и видел ненавистное лицо пришлой магички. Крыса архивная!

И такое неуважение стерпеть… от девчонки! И на магов есть управа! К его рукам немало артефактов прилипло, знает он, почем нынче магия. И как ее можно лишить начисто.

– Эй! Мир! – сына Октава Дэбрэ Говард почти презирал.

Про таких говорят, ни украсть, ни покараулить. Неудачник, слабак. Но приятельские отношения поддерживал. Неизвестно, кто, когда и по какому делу понадобится. Черные маги зверюшки полезные. Призрака допросить, а то и самого покойника, кто его убил да отчего. У них раскрываемость стопроцентная! Сам Октав его раскусил бы влет, но Миристен радовался вниманию и другу помогал охотно.

Честолюбивые планы Миристена тайной для Говарда не остались и изрядно смешили, но приятеля он раззадоривал и подзуживал. Говори, что люди хотят слышать, и будешь лучшим другом. Миристен гордился, что Говард его отличает, вот, целый заместитель начальника полицейского отделения, а понимает, кто такие Дэбрэ! И какая ему суждена великая судьба!

– Садись, Мир, рассказывай! – Говард кивнул подавальщице, и на столе появился запотевший кувшин с вином.

– Ох, и сволочная работенка досталась! Представляешь, весь город просмотреть и проклятия снимать! Устал, как собака! И главное – никакой оплаты! Король призвал! Обязан служить стране! Я не отказываюсь, но почему бесплатно?

То, что король сам сутки провел в порту и трущобах, просмотрев народу раз в десять больше, Миристен не заметил. Его вообще мало что интересовало кроме его особы. И то, что учили его пять лет на факультете Смерти совершенно бесплатно (как раз на такой случай), благополучно забыл. Ясно же, он никому ничего не должен. Это его несправедливо затирают, угнетают и не ценят. Король, отец, начальство на службе…

Говард поделился мнением о магичке. Тьфу, пакость, архивистка! Без слез не взглянешь, а такую свинью ему подложила!

– Так это из-за нее меня гоняют третий день по городу с патрулем? – задохнулся от возмущения Миристен.

– Запомни. Ирма Эль Тиман, – повторил Говард. – Дрянь. Пигалица. Сопля зеленая.

– Хови, хочешь, я ее прокляну? – Глаза Миристена осоловели, и он начал запинаться. Но руку протянул резко и решительно.

– Тихо! Ты что? – Говард прихлопнул руку приятеля к столешнице и оглянулся. – Подсудное же дело!

Миристен подергался немного, но дал себя уговорить.

– Доны, простите, вы не будет против, если я присяду? – на столик упала тень.

Говард поднял глаза. Мужчина в добротном костюме, с заметным брюшком, с полными щеками, с приятной улыбкой. Бабушкин Пирожок. Обручальное кольцо на пальце, гильдейская печатка с циркулем и шестеренкой. Маг. Артефактор.

– Пожалуйста, дон, – вежливо ответил Говард. Он не дурак, с магом спорить.

– Если я не ослышался, донья Эль Тиман и вам наступила на любимую мозоль? – осведомился пирожок самым сердечным тоном старого приятеля. И Говард вдруг разглядел в полумраке таверны, что глаза у него холодные и злые. А пирожок-то с гвоздями!

– П-позвольте п-предствиться, М-миристен Дэбрэ, б-будущий король, – протянул руку Миристен.

Пирожок пожал ее весьма охотно.

– А его величество вас уже назначил своим наследником? – Спросил он дружелюбно.

– Нет, я сам, – Миристен уронил голову на руки и всхрапнул.

– Поговорим? – спросил пирожок, взглянув остро и безжалостно. Как хозяйка осматривает на рынке кусок мяса. Этот годится на суп, а этот только на холодец.

– Поговорим, – согласился Говард. И чутье ему подсказывало, что предложение будет интересным.

37

Поверенный дона Малакаля был человеком авантюрного склада. Поэтому, получив распоряжение отправляться в Гедареф, снял свой щегольский костюм, разлохматил волосы, и бросил бриться. В лавке подержанных вещей купил простую куртку, холщовую блузу, самые непритязательные штаны на три размера больше и парусиновые ботинки.

Приехав в Гедареф, снял койку в трактире, пообщался с местными и нанялся на ферму «Рог изобилия». Сезон сбора урожая, рабочие руки везде требовались. Три недели он исправно косил и сушил сено, работал на молотилке и в хлеву, загорел и оброс знакомствами. На четвертую неделю попросил расчет, получил его и вернулся в Берсебу, где прямиком направился в баню, превращаться из крестьянина в дворянина.

– Тиман завещал все некоему Ноллису Хиераму, лишив жену и детей наследства, – доложил он Габриэлю, явившись в поместье.

– Для этого достаточно было сделать запрос нотариусу, – недовольно взглянул Габриэль. – Что ты делал там так долго?

– Кристиан Тиман не мог иметь детей, – выложил поверенный вторую новость. – Вообще. Никак. Мужчиной он был видным, женский пол любил страстно, но никаких детишек ни от кого в округе не прижил. И с женой у него детей долго не получалось.

– Так, – Габриэль откинулся на спинку стула. – Дальше?

– А дальше у него родилась дочь, к которой он отнесся совершенно равнодушно. К долгожданному ребенку так не относятся. Хотя внешне девочка была в