Охота на жену - Юлия Гетта

нажимом интересуюсь я, начиная закипать. Попытки друга оправдать щегла просто вымораживают. — Он мою любимую женщину сам лично отвёз к этим тварям. Прекрасно понимая, что они могут с ней сделать. А потом строил из себя целку, прикидываясь, будто ничего не знает.

— И что ты с ним сделаешь, когда найдёшь?

— А ты бы на моём месте что сделал?

— Я не знаю, — глухо произносит Карим.

С минуту молчим. Наблюдая, как смеются над чем-то наши девочки, играя с малявкой. Моя Мышка выглядит такой безмятежной и счастливой. А ведь стараниями Ромы её уже могло и не быть.

— Пристрелю, — сквозь зубы цежу я, отвечая на Санин вопрос.

73. На меньшее я не согласна

— Вы с Сергеем очень красивая пара, — с тёплой улыбкой произносит Настя, бросив взгляд на наших мужчин, которые сидят за столом в нескольких метрах от нас и о чём-то негромко беседуют.

Мне безумно приятен её комплимент. Потому что ещё никто раньше нам этого не говорил. А сама я именно так и считаю, что мы с Сергеем очень красивая пара. Хоть и совершенно разные, как огонь и вода.

— Вы с Сашей тоже, — искренне признаю я.

Это чистая правда. Я предполагала, что жена и дочка Саши Каримова должны быть очень милыми, но эти девочки превзошли все мои ожидания. В них просто невозможно не влюбиться.

Настя — настоящая красавица. С утончёнными чертами лица и длинными светлыми волосами. Ухоженная, стройная, только аккуратный животик из-под платья выдаётся. Она похожа на прекрасного ангела. И дочка её — маленький ангелочек. Звонкий колокольчик.

— Знаешь, я очень рада, что Сергей нашёл себе такую хорошую девушку, как ты, — заявляет Настя, обнимая дочку, которая пытается забраться на колени к своей маме. — Ты береги его, ладно? Он иногда бывает довольно резким и жёстким, но сердце у него доброе. Справедливое.

— Да. Я знаю, — тихо соглашаюсь я.

— Так, кажется, наша принцесса наигралась, вот и глазки посоловели, — переводит она взгляд на дочь и умилённо улыбается ей. — Пойдём-ка на диванчик, моя сладкая, может, ты у меня немного поспишь?

— А тебе не удобнее будет её в спальне уложить? — предлагаю я. — Давай я вас провожу?

— Да, можно, я прихватила с собой радио-няню на всякий случай, — кивает Настя.

К тому моменту, как мы доходим до гостевой спальни, Сашенька уже вовсю спит у своей мамы на руках. Настя аккуратно перекладывает дочку на центр огромной двуспальной кровати. Со всех сторон вокруг малышки сооружает бордюр из подушек, чтобы она не скатилась во сне. Оставляет рядом радио-няню, и мы возвращаемся обратно в гостиную к нашим мужчинам.

— Дорогие дамы, наконец, вы изволили к нам присоединиться, — с очаровательной улыбкой на губах произносит Сергей, поднимаясь из-за стола и выдвигая для меня стул. — Мы уже истосковались.

— Татьяна Петровна, что вы сделали с Сычом? — смеётся Саша. — Он же как профессор кафедры литературы теперь общается!

Я тоже не могу удержаться от смешка:

— Так он собрался жениться на учителе русского языка и литературы, как же ещё ему общаться?

— И стул отодвинул для своей дамы, посмотрите на него, Сергей — сама галантность, — весело подтрунивает Настя.

Но кажется, Сергея смутить нереально.

— Да я вообще золото, сам от себя тащусь, — вздёрнув брови, нагло заявляет он, глядя на Настю. А потом по-хозяйски укладывает руку на спинку моего стула и другой рукой рывком придвигает тот вплотную к своему.

— Ох, и как же я буду жить с таким нарциссом? — улыбаюсь я во весь рот, плавясь в объятиях любимого.

— Не переживай, тебе повезло, — поворачивает ко мне голову Сергей. — Ты единственный человек в мире, которого я люблю больше, чем себя. Поэтому, считай, будешь жить, как у Христа за пазухой.

— М-м-м, как это мило! — тянет Настя, прильнув к своему мужу, который по примеру друга тоже подтянул стул жены поближе к себе.

— Бог ты мой, мог ли я подумать, что когда-нибудь стану свидетелем такой трогательной сцены с участием Сыча, — усмехается Саша.

— Ну всё, заткнитесь уже, — беззлобно бросает им Серёжа. Неужели всё-таки смутился?

Я, как и Настя, бессовестно льну к своему мужчине, не стесняясь наших гостей. Испытывая какое-то совершенно нереальное ощущение от этого. Будто люди, которые искренне рады нашему счастью, делают его ещё более сильным.

В компании Серёжиных друзей время пролетает незаметно. Удивительно, как просто мы нашли общий язык. Никакой неловкости. Никаких неудобных пауз в разговоре. Легко и непринуждённо болтаем два часа напролёт, пока Сашенька сладко спит в гостевой спальне. Из динамика второго приёмника радио-няни периодически слышно её мерное посапывание.

Когда малышка просыпается, наши гости начинают собираться домой. Мне бы наверняка не захотелось так быстро их отпускать, если бы ещё сильнее этого я не желала остаться с любимым наедине.

Наверное, мы с Серёжей ещё нескоро насытимся нашей близостью. О которой я грезила столько лет. Быть может, и вовсе никогда не насытимся.

Тепло попрощавшись с семьёй Каримовых, едва за ними закрывается дверь, Сергей впечатывает меня в стену и начинает жадно целовать в губы. Ласкает руками тело, чувственно сжимает грудь, нетерпеливо задирает подол платья.

Я умираю в руках Сергея, как в первый раз. Это ни с чем несравнимое удовольствие — принадлежать ему.

На мгновение мне кажется, что он возьмёт меня прямо здесь, у порога. И я совсем не возражаю против этого. Рядом с ним я всегда теряю голову, становлюсь сумасшедшей. Но в последний момент Серёжа подхватывает меня на руки и несёт обратно в гостиную на диван.

Мой любимый мужчина такой горячий, страстный, нетерпеливый. И я горю вместе с ним, как яркий факел в темноте. Даже немного страшно — а вдруг совсем сгорю? Дотла? И правда умру от счастья? От любви… Размером с вселенную. Ведь кажется невероятным, что она вообще помещается во мне.

Но нежные поцелуи любимого воскрешают. Трепетная ласка снова вдыхает в меня жизнь. И я хочу, жажду этой жизни, как никогда прежде. Хочу ещё миллион раз так же умереть и возродиться в его руках. На меньшее я не согласна.

Засыпаю на Серёжиной груди, слушая, как бьётся его сердце. Совершенно лишённая сил. Но даже во сне чувствую себя абсолютно счастливой.

Меня будит какое-то движение. Разлепив глаза, понимаю, что Серёжа куда-то меня несёт. Крепче обнимаю его за шею и снова смыкаю тяжёлые веки. Просыпаться совсем не хочется.

Любимый укладывает меня на мягкую постель, стягивает мою одежду, бережно укрывает одеялом. В которое я тут же с наслаждением закутываюсь, как гусеница. Но вскоре с тревогой