Служанка в доме на Краю - Наталья Варварова

— Я вот все думаю, куда делся владыка Сатаниил, — протянул Марбас. — Из всей этой истории не вылезла ни одна его конечность. Разве не подозрительно?

— Как я понял, у него с Бездной такой раздор, что он гоняет ее воплощения по разным мирам. Или, наоборот, это она изводит его — и ни конца ни края, хотя его физические личины уже на исходе. Впрочем, это же Сат…

Вот тут мне уже стало скучно. Я не представляла, о ком это они, а вникать во всю политику Бездны одним махом… Нет, вместо этого я начала клевать носом. Положила руку на живот, согревая червячка, который еще даже не дорос до горошины. Ракххи и Дэвид подвинули мое кресло поближе к камину.

— Для него это будет аргумент, — бубнил где-то далеко принц. — Только он оставил нас без внимания, как тут же поднялась великая Пустыня. Все потому что первый круг — сборище тупых…

Деус нежно, двумя пальцами, поглаживал меня по плечу, а я нежилась даже не здесь, а на белоснежном нагретом песке. Его волны заметали мое тело, обходя стороной треугольник головы.

****************

Примерно в те же дни.

Через стеклянную дверь я вышла на утрамбованную земляную дорожку. Тяжёлый и сладковатый воздух давил сверху, как перегретый пар. Здесь все напиталось соками листвы и влагой. Над головой сплеталась густая зелёная крона, и солнечные лучи падали мне под ноги узкими золотыми лентами. Недалеко журчала вода.

Тропинка упиралась в скамью, а инвалидное кресло придвинули вплотную к перилам. Узкая, укутанная в покрывало фигура даже не сразу бросалась в глаза. Сейчас женщина полулежала в кресле Ее лицо напоминало темный щербатый пергамент, а удлиненные и горящие бесовским светом глаза были наполовину прикрыты.

Марбас откликнулся и забрал королеву Эрхайри к себе в лечебницу. Но я бы ни за что не догадалась, что мать выберет восстанавливаться в этих заросших джунглях, где все — от папоротника и мхов до алых и лимонных соцветий — дышало сырым теплом. Это болото получилось настолько уютным, что и я бы не отказалась провести здесь пару дней.

— Ты заключила с ней мир. С Бездной, Арахай. Она коварна, но имеет душу и помешана на своих детях. Мы могли бы ударить сейчас. Ответить за своих мертвецов.

Я присела на скамью. Веки змеи трепетали. Руки и ноги безвольно повисли после схватки с Палачом. Она передвигала собственное тело только теплящимися в ней остатками магии. Своей безразмерной волей к жизни и таким же упрямством.

Если бы Деус тогда не вмешался, то гадюке все же пришел бы конец. Он задушил Палача, не прибегая к огню, одной рукой (их силы, действительно, были слишком не равны). Повезло, что он узнал в нем Ашкрофта и заметил, что бес тянул из меня силы…

Демон не стал трогать змею, с фоном похожим на мой — он поместил ее в стазис до появления лекаря.

— А ты не хочешь просто пожить, Эрхайри? Не сдохнуть в огненном вихре, а понянчить своих внуков.

Она тут же и жадно меня перебила.

— Ты ждешь двойню?

— Нет. У нас родится мальчик. И следом за ним — скорее всего тоже. Мы с Деусом решили, что Лиззи нужна компания. Она слишком активный ребенок. Даже для одного братика.

Мать открыла бездонные золотые глаза с темными бликами.

— Если предположить, что их старуха согласилась на мир… Ну, кто мы такие, давно раздавленный ею народ… то всегда найдутся те, кто не станет его соблюдать. Ты устанешь бороться с ними и одновременно доказывать демонам честность своих намерений.

— Просто не мешай, — возразила я. — Не говорю, что будет легко… Чего ты хочешь, вернуть бесам Пустыню или пролить кровь? Если я увижу, что ты подстрекаешь остальных, мама, то теперь уже я закрою тебя.

Желтые глаза, не мигая, наблюдали за мной.

— Я отдала власть тебе, не чтобы забрать ее обратно, Арахай. Скоро мои руки вновь почувствуют силу. Тогда приводи Нахару. Хочу посмотреть на нее живыми глазами. Я же зачерпну пустынных чар и отправлюсь по мирам, чтобы нести весть, что наша земля проснулась, а вместе с ней и гремучая королева.

Этого мне не избежать. Пустыня снова дышала, и все, кто желал, имели право вернуться на ее грудь. Хотя бы приникнуть к ней.

Сама Эрхайри оставалась все той же гордячкой. Подозреваю, что она не показывалась мне в детстве, чтобы я не запомнила ее такой, — жалкой и плененной. Как будто для ребенка это могло иметь значение.

— Позови своего демона. Все равно я его чую.

Деуса не требовалось просить дважды. Он отозвался на мысленное прикосновение и через минуту прятал мою ладонь в своей.

Он наклонил голову, приветствуя гремучницу. Та моргнула в ответ. Тогда Дэвид вышел из человеческого тела и обернулся в создание из огня и пепла. Как будто из пространства вырезали очертания мускулистого тела, наполнив освободившуюся зону антиматерией. В ней сквозь трещины зияла раскаленная лава.

Глаза гадюки расширились. Зрачки настолько вытянулись, что почти исчезли.

— Примите благодарность от всего рода, милорд. Вы остановили того, кто угнетал нашу магию и предал свой народ.

Деус отступил на шаг. Его жар пополз в ее сторону. Мне пришлось вмешаться и потушить тлеющую траву.

— Значит ли это, что вы не станете мстить моему народу? Демоны более не занимаются захватами. Мы готовы признать, что бесы пострадали от агрессивных действий Бездны. Вас пустят обратно, выделят привилегии по сравнению с остальными расами. Я постараюсь обеспечить финансирование для переселенцев.

Голова Эрхайри двинулась вбок, а шея будто удлинилась. Показался раздвоенный язык. Однако она не гремела. Какой смысл запугивать огненный мрак…

— Тысячи загубленных соплеменников, обращенных в прах…

Тень продолжала нагреваться. Мне стало тяжело держать рядом с супругом спину. Захотелось спрятаться. Скользнула вниз, и он легко подхватил уже змеиное тело. Так что я удобно обмоталась вокруг его руки. Все-таки она имела подходящую плотность.

Гадюка вздохнула, глядя на нас.

— Ради змеят моей дочери я оставлю прошлое в прошлом, демон. Однако вместо меня придут другие. Те, кто выжил только потому, что мечтал выложить дорогу к чреву Бездны косточками ее порождений.

— Нестрашно, — хмыкнул муж. — У них будет два пути — следовать за своими королевами или отправиться глубже. На очень горячую встречу.

Что же. Его и моя мамы вряд ли поладят. Главное, что обе достаточно благоразумны, чтобы не злить Деуса.

Эпилог II

Еще месяц спустя

Бальная зала сверкала тысячами раскаленных огней. Должно быть, демоны находили это привлекательным, а, скорее,