Невеста-попаданка для двух драконов - Мила Дуглас

другому. Любовь — это когда ты готов отпустить. Когда доверяешь настолько, что не боишься потерять. И когда принимаешь человека целиком — со всей его тьмой, со всей болью, со всеми тарелками, которые летят в голову.

— Ужас! Это же так страшно, — тихо сказал Ксев. — Доверять той, кто когда-то… убила моего друга и мать. Я до сих пор боюсь проснуться и….

— Ты же знаешь, что это была не она, — вмешалась Лия. — Та, злодейка поймана и казнена. А эта — другая. И она каждый день доказывает тебе, что достойна доверия. А ты опять пытаешься ее заставить уже вот с таким животом плясать перед тобой. Какие же вы все-таки с братом похожие!

Ксев усмехнулся.

— Лия, у неё талант меня бесить до нервных колик. И да, обратного пути нет. Осталось 3 месяца и….Ох! Драконы, мне помогите!

— Женись на ней, — вдруг сказал Дэриан. — Просто женись. И перестань мучить себя и её. Метка есть, связь есть, любовь — есть, даже если вы оба боитесь это признать. Остальное — дело времени. Тем более в ваших обстоятельствах.

Ксев посмотрел на брата долгим, внимательным взглядом.

— Ты серьёзно? Ты, который когда-то готов был меня убить за то, что я посмотрел на Лию?

— Я был дураком, — просто ответил Дэриан. — Мы оба были дураками. Но мы выросли. И ты вырос. А она… она твоя судьба. Не беги от неё. Да и поздно тебе уже бежать, дуралей.

В тишине, повисшей после этих слов, было слышно, как в саду поёт ночная птица. Лия смотрела на двух братьев, таких разных и таких похожих, и думала о том, как же всё изменилось. Когда-то они стояли по разные стороны баррикад, готовые разорвать друг друга за неё. А теперь сидят рядом, советуются о любви, и в их голосах — только усталая, взрослая мудрость.

— Я подумаю, — сказал Ксев наконец. — Впервые в жизни — действительно подумаю, а не сделаю по-своему, чтобы потом локти кусать.

— О, Боги, ты никак повзрослел, братец? — хмыкнул Дэриан.

— Дэриан, заткнись! — Ксев перевёл взгляд на Лию,

— Лия, а ты как справляешься с этими тремя? — он кивнул на дверь, за которой спали дети. — Аэлин — это же ураган в юбке. И мальчишка просто вылитый Дэриан.

— Это лучшее, что могло со мной случится, Ксев. Бабочки Аэлин —такое чудо, никогда бы не подумала, что такое возможно, — улыбнулась Лия. — Все придворные теперь ходят счастливые, разноцветные и все облеплены мотыльками. Но когда дочка злится, у неё получаются осы. Так что мы стараемся не злить.

— Осы? — Ксев восхищенно покачал головой. — Боги, какая девочка растёт. Дракон, который производит бабочек и ос. Тяжело придется ее избранному.

— Сначала он познакомится с ее отцом! Ксев поперхнулся вином.

— Мне его уже жалко.

Все трое рассмеялись и призывно чокнулись бокалами.

— А Эрик пока только льдом плюётся, — добавил Дэриан. — Вчера заморозил няньке нос. Та теперь ходит и гордится — сам наследник её отметил.

Они рассмеялись снова. Легко, как умеют смеяться только люди, которые прошли через ад и вышли из него живыми.

— Знаешь, — сказал Ксев, глядя на звёздное небо, — я ведь ехал сюда с мыслью, что вы, наверное, изменились, стали важными, скучными, такими королевскими драконами. А вы… вы всё те же. Только счастливее. Это… это даёт надежду.

— Надежду на что? — спросила Лия.

— На то, что и у нас с Белиндой получится. Не сразу, не гладко, но получится. Что однажды мы тоже будем сидеть где-нибудь на острове, смотреть на закат и не хотеть убить друг друга. Ну, хотя бы час в день.

— Ха, вполне, — кивнул Дэриан. — Мы с Лией до сих пор не всегда хотим убить друг друга. Только иногда.

— Врун, — шепнула Лия, пихая его локтем.

Ксев смотрел на них, и в его глазах было столько тепла и счастья видеть их такими.

— Спасибо, — сказал он просто. — За то, что вы есть. За то, что ждали. За то, что не отвернулись, когда я был тем ещё… идиотом.

— Ты и сейчас идиот, — заметил Дэриан. — Но теперь наш идиот. И это меняет дело.

— Семья, — подытожила Лия. — Это когда можно быть идиотом, и тебя за это не убивают. Сразу.

— А потом? — уточнил Ксев.

— А потом — убивают, но медленно и с любовью, — рассмеялась она.

Внизу, в замке, всё ещё играла музыка. Где-то далеко, на дальнем острове, рыжая ведьма, наверное, ворочалась без него и злилась, что он уехал. А здесь, на террасе, под серебряной луной, сидели трое — те, кто когда-то начал эту историю. И она заканчивалась не точкой, а многоточием. Потому что настоящее счастье никогда не заканчивается. Оно просто продолжается. День за днем. Год за годом. В бабочках, в детском смехе, в старых шутках, которые звучат по-новому — тепло, без боли.

— Я останусь на пару недель, — сказал Ксев, поднимаясь. — Если вы не против. Надо надышаться этим… покоем. Чтобы было что вспоминать, когда она снова орать на меня.

— Оставайся, — кивнул Дэриан. — Комната с видом на сад всё ещё твоя.

— И не вздумай учить Аэлин новым фокусам, — добавила Лия. — А то она уже требует все и сразу.

— Я? — Ксев приложил руку к сердцу. — Я само благородство. Ни за что не научу племянницу стрелять из лука по придворным дамам.

— Вот этого я и боюсь, — вздохнула Лия.

Они ещё немного постояли, глядя на ночное небо. А потом разошлись — спать, чтобы завтра начать новый день, полный детского смеха, подарков, старых шуток и новой, тихой радости. Потому что это и есть счастье. Не в подвигах, не в битвах, не в великих свершениях. А в этом. В простом, теплом, бесконечно родном мире, который им удалось отстоять.

Глава 51. Танец, который всегда с тобой

Бал в честь возвращения Ксева обещал стать событием года. Ещё бы — легендарный инквизитор, усмиритель Западных земель, герой, о котором слагали баллады, собственной персоной почтил столицу своим присутствием. Придворные дамы надели лучшие украшения, кавалеры начистили медали, а