11 дней изменят всё - Юлия Андреевна Архарова

– Кто? – выдохнула я.

– Марат. Ты, наверное, не зна…

– Знаю, – снова перебила я. – Мальчик на побегушках и на испытательном сроке. Ну что ж, пойдем.

И я направилась мимо Сатии по коридору.

– Максимилиан Эдуардович сказал, что сам разберется…

– Дядя здесь? – удивленно обернулась я. – Хорошо. Но это мое дело, а значит, и разбираться мне.

Да, ситуацию могли решить и без меня, существовали подробные инструкции на данный случай – работникам замка строжайшим образом запрещалось фотографировать жильцов и гостей, не говоря уже о том, чтобы выкладывать снимки в сеть. В доме проживало немало людей, которые крайне ценили конфиденциальность, так что из-за случившегося не только Демьян понес репутационные потери, но и моя компания. После публикации тех фотографий и атаки журналистов на замок нам пришлось разбираться с десятками разгневанных и встревоженных жильцов.

Уверена, если бы произошедшее не касалось меня лично, то и Макс бы вмешиваться не стал. Провинившегося работника должен был наказать управляющий директор согласно тяжести проступка – в данном случае уволить, без возможности устроиться на аналогичную или иную должность в корпорацию. Также Марата могли обязать уплатить штраф, принести извинения, подписать бумаги о неразглашении… Не исключено, что у мальчишки имелись и другие снимки или после увольнения он начнет распускать слухи, порочащие репутацию управляющей компании или в целом корпорации, меня, Демьяна, или других жильцов… В общем, имелись нюансы. И лучше мне вникнуть в детали этого дела. Опять-таки неправильно все время прятаться у Макса за спиной и перекладывать на него решение сложных вопросов.

В общем, я мертвой хваткой вцепилась в нарисовавшуюся проблему. Ибо понимала, что если не погружусь с головой в работу, то за оставшиеся часы сойду с ума.

Уже в прихожей, Сатия нерешительно окликнула меня:

– Лина! Кхм… ты собираешься выйти в таком виде?

Я бросила взгляд на свое отражение в зеркале и чуть в ужасе не отшатнулась.

Глаза покраснели и распухли от слез. Прическа в духе «я упала с сеновала, тормозила головой». Одежда за ночь измялась, а на белой футболке, аккурат в районе груди, нарисовалось розовое пятно – кажется, я все-таки расплескала тот клюквенный сок.

Ну да, Максу точно в подобном образе меня видеть не стоит и работникам замка тоже.

* * *

Полчаса у меня ушло, чтобы привести себя, как бы сказала бабушка, в «относительно божеский вид». Я умылась ледяной водой, почистила зубы и причесалась, сменила одежду. А затем, по настоятельному совету Сатии, прилепила какие-то волшебные патчи под глаза. Уж не знаю, где она их раздобыла, пока я была в ванной. В общем, надо потом помощнице особую премию выписать.

И вот я лежала на диване, смежив веки, и слушала, как Сатия зачитывает отчет службы безопасности о проведенном расследовании.

– …Марат добровольно предоставил доступ к своим устройствам и аккаунтам. Других материалов, затрагивающих личную жизнь собственников, квартиросъемщиков, посетителей, а также сотрудников ЖК «Замок Каролины» не обнаружено… Еще бы не предоставил, – хмыкнула помощница. – Маратик надеется отделаться только увольнением. А так могут еще и зарплату за последний месяц выплатить… – конечно, Сатия не была бы Сатией, если бы в характерной манере не комментировала выводы следователя и не делилась собственным мнением по любому поводу.

Я всеми силами старалась сосредоточиться на голосе помощницы и не думать о том, что сегодня неотвратимо должно случиться. Но чем дальше, тем больше отчет отходил на второй план, а меня вновь начинали одолевать тревожные думы и воспоминания.

Может, стоило Демьяну все рассказать? Что, если я не права, и судьбу можно изменить? Да, он не поверил бы и вообще счел бы меня сумасшедшей… Хотя, как будто меня и так можно назвать нормальной?

Когда-то давным-давно я запретила себе вмешиваться. Больше всего я боялась оказаться катализатором событий, приведших к смерти, как в случае с бабушкой и той женщиной, которую из-за меня сбила машина. Но что, если сейчас все иначе?

Вдруг если Демьян прислушается к моему предупреждению, не абстрактному «будь осторожен», а весьма конкретному – я ведь знаю время его смерти до минуты – и трагедия не случится? Или, наоборот, из-за меня Демьян в ключевой момент поведет себя иначе и это как раз его погубит?

Как бы цинично ни звучало, но легко запретить себе вмешиваться, когда предвидишь скорую смерть случайного прохожего. А когда дорогому тебе человеку осталось жить считанные часы, сложно остаться безучастной.

Я чувствовала, что какое бы решение ни приняла, Демьян сегодня ночью умрет. Если предупрежу его, то потом буду винить себя, если промолчу, то буду винить не меньше.

– Черт! – рывком села на диване и содрала патчи с глаз. Бросила взгляд на часы, время на принятие решения у меня еще оставалось, пока же надо заняться более насущной проблемой. В противном случае я рисковала еще до заката окончательно поехать крышей.

* * *

Пока спускалась на лифте и шла по коридору к отделу кадров, раздумывала над тем, что делать с Маратом. Уволить – это понятно, тут, как говорится, без вариантов, хотя и сколько-то жаль мальчишку. Но если закрыть глаза на его проступок, то какой пример это подаст остальным, не говоря уже о пошатнувшейся репутации компании? К тому же, Марат мало того, что сделал снимки, он продал их желтому изданию и при этом постарался максимально запутать следы. То есть понимал, что поступает неправильно, но хотел заработать и проучить «девчонку с двадцать пятого». Да, последняя фраза была цитатой, я уточнила у Сатии.

Произошедший инцидент вскрыл еще одну проблему. Большинство работников замка не были со мной знакомы, многие даже в глаза не видели, а, учитывая мои странности, неудивительно, что авторитет оказался на нуле. Отношения с Демьяном лишь добавили моему образу отнюдь не радужных красок.

Сатия не призналась, но я подозревала, что «девчонка с двадцать пятого» – самый мягкий эпитет, которым меня награждали.

В общем, я правильно сделала, что решила разобраться с ситуацией лично. Если опять отойду в сторону и взвалю все на дядю, то народ окончательно уверится, что я ничего из себя не представляю и просто сумасшедшая богатая бездельница. Не то чтобы мнение окружающих меня сильно заботило, особенно в данный момент. Но проблема виделась мне достаточно важной, чтобы хотя бы попытаться сосредоточиться на ней и не думать о…

Просто не думать.

Мое появление в офисе управляющей компании шокировало всех. Оно и понятно, я крайне редко спускалась с двадцать