Путь убийцы - Дж. М. Керл

момента, и пока что оказалась права. Он не сказал ни единого чертова слова ни мне, ни Тэйвину. Дред вообще не смотрел в мою сторону. Я надеялась, это потому, что ему стыдно за то, до какой степени зашла его мелочная вражда с Вандером многолетней давности. Не было никаких глупых подколок и уж тем более никто не распускал руки. Интересно, вся ли спина Биста в шрамах? Он больше не снимал рубашку на тренировках, но, полагаю, с приходом холодов этого никто не делал.

Тэйвин толкнул меня локтем:

— Ну, выкладывай.

— После драки между Дредом и Вайпером и той порки он сказал, что Вайпер не всегда будет рядом, чтобы защищать меня. Но что бы он ни задумал, вряд ли он решится на это открыто — только не после того, что произошло. Не думаю, что он полезет ко мне во время игры.

Тэйвин поджал губы:

— Но это единственный момент, когда Вайпера нет рядом. Может, он только этого и ждал.

— Я не говорю, что он не попытается навредить мне в рамках правил игры, но я уже не та девушка, с которой он дрался несколько месяцев назад. — Я ухмыльнулась ему, хотя мое лицо и было закрыто маской.

— Это уж точно. Ты меня иногда пугаешь.

— Ой, да хорош тебе. — Я слегка толкнула его, и он рассмеялся.

Наша группа остановилась за старым кирпичным зданием перед тем, как перейти на территорию другой команды. Карту на этот раз держала Селин, а рядом с ней стоял Шэдоухоук — высокий, молчаливый ученик, который стал садиться с нами за ужином. Вандер часто задерживал меня на тренировках, так что я пропускала совместные трапезы, но, когда мне удавалось выбраться, Шэдоухоук казался вполне дружелюбным. Селин часто болтала о нем, когда его не было рядом.

Шэдоухоук ткнул пальцем в карту, которую она держала перед нами:

— На этот раз мы идем одной командой, — сказал он. — На миссиях всегда используют разведчиков, так что Смоук, Косторез и я пойдем вперед и вернемся за остальными, когда найдем их. Согласны?

Мой взгляд метнулся к Селин. Для меня это было новостью. Она быстро улыбнулась мне и кивнула. Раздалось несколько протестующих возгласов, но в итоге все согласились.

Найти другую команду у моста через реку Калико, пересекающую Найтхейвен, оказалось удивительно легко. Они не прятались — а значит, хотели, чтобы мы их нашли.

Им хотелось драки. Отлично.

Бист прислонился к левой стороне каменного моста, а трое других прикрывали его с флангов. Ассасины высших уровней, игравшие роль заложников, сгрудились в центре. Они находились здесь, чтобы оценивать каждого из нас во время игры в той же мере, в какой были ее частью.

Мы втроем присели за густым кустом можжевельника, припудренным снегом.

— Почему именно мост? — задумалась я. — он же как на ладони.

Шэдоухоук прищурился:

— Вода.

Они хотели использовать ее как естественное оружие.

— Сбросить членов нашей команды в такую холодную воду означает немедленную капитуляцию, — размышляла я вслух.

Cелин качнула головой:

— Нет, это может означать смерть. Потеплело настолько, что лед на реке больше не прочен. Кто-то может провалиться и оказаться запертым подо льдом. А если каким-то чудом и выберется, то замерзнет насмерть до того, как доберется до Дракхара.

— Такое не должно быть разрешено, — добавила я.

Шэдоухоук буркнул в знак согласия:

— Руководство не вмешивается. Вампиры не стали бы сюсюкаться с нами только потому, что мы ученики, вот и они не должны. Нам придется прогнать Команду Вампиров через мост, подальше от реки, и принять бой на той стороне.

Я наблюдала за тем, как Бист и его приятели хохочут.

— Они уже окружили заложников в центре. Они удержат мост. Но что, если мы заставим их самих пойти к нам?

— Как? — спросила Селин. — Они не настолько глупы, чтобы бросить позицию, даже если мы будем их провоцировать.

Я оглянулась назад, в сторону города, где факелы горели оранжевым светом, и у меня вспыхнула идея. Это было опасно, и я могла влипнуть в неприятности, но их план сбросить нас в ледяную реку был куда хуже. Мое настроение сегодня напоминало темную бездонную яму. Смерти в моей семье заставляли меня чувствовать себя неуправляемой, словно во мне зрела буря. Мне хотелось пойти в лес и устроить бойню, выместить свой гнев на вампирах, но придется довольствоваться вражеской командой.

— Мы подожжем половину моста, — сказала я.

Оба резко повернули головы в мою сторону. Даже сквозь маски в их глазах четко читалось изумление.

— Если они хотят играть грязно, мы тоже можем. Я сделаю это и беру всю вину на себя, если у нас будут неприятности. Ниже по течению есть другой переход. Я подожгу восточную часть, и им придется бежать в нашу сторону.

Шэдоухоук переступил с ноги на ногу; они с Селин обменялись взглядами.

— Тебе понадобится жидкость для розжига — алкоголь или смола, — чтобы он вообще загорелся, — сказал он.

Селин постучала пальцами по ножнам кинжала на бедре и тихо хмыкнула:

— Ты не перестаешь меня удивлять, Косторез. Погнали. Если сможешь выгнать их с моста, мы будем ждать в засаде.

— Предоставьте это мне.

Я летела по пустым переулкам города. Холодный ветер щипал открытую кожу вокруг глаз. Проведя несколько месяцев вслед за Вандером, я уяснила Найтхейвен достаточно хорошо, чтобы отыскать таверну и разжиться чем-нибудь легковоспламеняющимся. Я резко свернула в переулок, где не было нависающих балконов, с которых меня могли бы заметить. Я шла на звук музыки и буйного веселья, но именно запах алкоголя привел меня к нужному окну с задней стороны таверны, и я скользнула в кладовую.

Было темно. Лишь тонкая полоска света пробивалась из-под двери, ведущей в зал бара. Полки были уставлены бутылками, и я сомневалась, что они заметят пропажу одной, хотя прежде мне никогда не приходилось красть.

Я бесшумно перешагнула через швабру и ведро. Из кучи в углу я выхватила старую тряпку. Быстро переместившись к полкам, я принялась изучать этикетки в поисках чего-то с высоким содержанием алкоголя.

Шепот, отозвавшийся в моих костях, заставил меня повернуться к той самой двери. Затем последовал скрип, а за ним — шаги. Я растворилась в тенях угла, прижавшись к стене за последним стеллажом.

Я была ассасином.

Тишиной.

Тенью.

Грузный мужчина с густыми усами перевалился через порог. Вместе с ним в помещение ворвался теплый свет, и я вжалась еще сильнее, затаив дыхание. Большинство людей не отличались особой наблюдательностью, и, если я не буду двигаться или издавать звуков, он меня