Хозяйка проклятой таверны - Ольга Кобзева

— Марго, дочка, да на тебе ж лица нет! — шагнул к нам Оутор, прерывая глупый разговор, буквально спасая меня от него. — Садись, садись за стол. Поешь, хоть немного восстанови силы.

Глава 63

— Какое место вы представили, Салаван? — спросила ингилерского наследника, как только он очнулся. — Даже боюсь думать, что было у вас в голове, после чего мы оказались в подземной пещере без выхода, зато населенной давно вымершим плотоядным растением! Неужели вам так плохо жилось во дворце, что ассоциации с домом могли сыграть такую злую шутку со всеми нами? — не смогла удержаться от иронического тона.

— Простите, Амаргария, — с трудом выдохнул Салаван, только недавно пришедший в себя. — Я старался все сделать, как вы сказали. Сам не знаю, почему так вышло.

Ингилерский наследник выглядел бледным, но помощь ему уже оказали. Сам главный лекарь Орегора.

Даррейн с командой прибыли в Лайхашир в рекордные сроки. Собственно, главный лекарь к тому же оказался самым осведомленным о плотоядном растении, с которым нам довелось столкнуться. Главный лекарь прибыл вчера. Страж, которого отправили в столицу путь до Райвенрога преодолел в рекордные сроки. Переход не отнял много времени. Даррейн собрался молниеносно. Так и вышло, что уже спустя сутки команда лекарей прибыла в Лайхашир.

Еще одна счастливая случайность — то, что Даррейн, оказывается, увлекался изучением растений, в том числе вымерших. У него в поместье даже есть закрытый сад, микроклимат в котором поддерживает айшалис, взаимодействующий с растениями. Так и вышло, что Даррейн оказался едва ли не единственным, кто вообще хоть что-то читал о рейтрашском плюще и, пусть и немного, но знал о его воздействии на одаренных. Это и помогло найти верный подход в лечении.

— Рейтрашский плющ обвивает жертву своими лозами, впивается в переставшую сопротивляться добычу и потихоньку тянет сначала силу, после жизненную энергию, а в конце кровь, — рассказывал лекарь, деловито измеряя показатели одного из пострадавших. — Смерть наступает примерно на третий-пятый день. Обычно жертва не приходит в себя или, если и приходит, то ненадолго и сделать ничего не может, — буднично повествовал он.

Меня от представившейся картины натурально передернуло. Брр, что было бы, не найди мы, как с ним справиться!

— Почему это растение так боится воды? — спросила, глядя, с какой ловкостью Даррейн обрабатывает крохотные ранки на теле одного из пострадавших, через которые плющ выпивал жизненные силы.

— Вот это мне неизвестно, эйра Айранир, — с сожалением пожал плечами лекарь, заканчивая с одним и переходя ко второму.

Постояла немного, размышляя.

— Эйр Даррейн, раз это растение не вымерло, как считалось ранее, мы не должны замалчивать эту информацию. Просто не имеем права! Думаю, даже стоит подготовить брошюру об этом плюще. Самую подробную, содержащую максимум сведений. Обобщить в ней все, что известно, дабы другие, возможно наши потомки, кому доведется столкнуться с этой напастью знали, как действовать. Этой темы стоит коснуться и на занятиях. Насколько я знаю, сейчас только стражи проходят поверхностный курс защиты от диких животных. Это нужно исправлять. О плотоядных растениях, угрожающих жизни, о способах спастись нужно рассказывать всем учащимся высших академий. Но это я еще обсужу с Советом. В образовательную программу нужно будет внести изменения.

Задумалась над всем этим. Я преступно мало времени уделила именно программам, по которым учат молодых айшалис. Школ по всему Орегору уже много, а вот как и чему там учат мне почти неизвестно. Программы нужно систематизировать, обобщить. Да, с этим медлить нельзя.

Оставила Даррейна, возвращаясь к Салавану, по пути размышляя о жутком растении.

Я знаю, почему рейтрашский плющ считается давно вымершим — упоминаний о нем не было десятки, если не сотни лет. Со слов Даррейна, местом своего обитания растение всегда избирало темные сухие пещеры, чаще всего подземные. Неизвестно, сколько еще пещер облюбовано страшным растением.

Салаван не спал. При виде меня приподнялся на локтях. Мужчина выглядел довольно бледным, но все же восстанавливался не по дням, а по часам.

— То место, пещера, это ведь не был храм, так? — вернулась к прерванному разговору. — Вы узнали ту пещеру, можете представить ее местонахождение?

— Думаю, да. Мне кажется, что я не так уж сбился в своих представлениях о месте выхода. Не уверен, но… возможно, эта пещера находится под дворцом, — с сомнением отозвался ингилерский наследник. — Когда был маленьким, в своих исследованиях окрестностей я натыкался на что-то странное. Стражи отца меня увели тогда, после я несколько раз пытался вызнать, что там находится, но ответ был один — нечего мне там делать. Отец говорил, что не стоит пытаться попасть в то место. Пещера… возможно, это была она. Да, думаю, так и есть.

— Из нее не было выхода, — вспомнила ужасное чувство безвыходности, когда находилась там. — Стражи обыскали ее всю.

— Видимо, это и позволило плющу сохраниться, — пожал плечами Салаван. — Не знаю, что о том месте известно отцу и известно ли. Вход в пещеру — что-то вроде глубокого грота, заваленного камнями. Возможно, ее специально запечатали, потому что не знали, как справиться с плющом иначе.

— Вода. Просто вода. Если бы вход не был запечатан, растение погибло бы от повышенной влажности.

— Или приспособилось, — возразил Салаван. — И тогда справиться с ним было бы еще сложнее.

— Вы правы, — вынуждена была признать я.

— Вы молодец, Амаргария, — похвалил эйр. — Не растеряться в той ситуации, сохранять присутствие духа и здравомыслие…

— Это не я... — торопливо перебила ингилерского наследника. — Я как раз паниковала и не могла даже открыть портал. Всех спас эйр Шараеш. Это он взял на себя командование, он помог мне не поддаться панике. Сама я не справилась бы. Совершенно точно.

— Брюссир, — понимающе кивнул Салаван. — Мы знакомы, общались несколько раз в Ингилерии. В основном, все вопросы с послами решает отец лично, я занимаюсь другими задачами. А вот Алдира общалась с Брюссиром намного чаще. С обоими эйрами Шараеш.

— Отдыхайте, — поднялась, сжав ладонь мужчины. Слушать про общение Алдиры и Брюссира мне точно не хотелось! — Поездку в Ингилерию я все же отложу, Салаван. Считаю случившееся знаком, что мое место в Орегоре, со своими подданными.

— Не могу вас винить, — хмуро произнес эйр, всем своим видом показывая, что расстроен.

— Салаван, также я прошу вас вернуться в Ингилерию, как только станете чувствовать себя лучше, — все же сказала то, что считала правильным. — Ваш визит слишком затянулся и порождает ненужные слухи.

Выпалила и ушла, оставляя «родственника» одного. Самое время навестить и других пострадавших.

Орегорцы находились в лучшем состоянии, нежели ингилерцы, так как