Под защитой ректора - Мира Аллен

Слова звучали слишком привычно. Будто речь шла не о человеке, а о собственности, которую нужно закрепить за домом. Дарвен почувствовал, как внутри поднимается холодное раздражение.

— Ты говоришь так, будто она перестанет быть собой.

Мать посмотрела на него почти с удивлением.

— Именно в этом смысл.

Несколько секунд он молчал. Потом медленно произнёс:

— Что происходило с женщинами вашего рода после печати?

В комнате стало тихо. Огонь в камине дрогнул. Мать отвела взгляд первой — совсем ненадолго, но Дарвен заметил, и этого хватило. Правда ударила раньше ответа. Женщины этого рода не жили свободно. Никогда. Печать не просто связывала магию. Она ломала волю, подчиняла, привязывала к семье так глубоко, что со временем человек переставал принадлежать себе.

Перед глазами неожиданно вспыхнула Айя — злая, упрямая, живая, полная ненависти к этому дому. И внезапно стало почти невозможно представить её сломанной. Тихой. Покорной. Нет. Это уже была бы не Айя.

— Чем быстрее закончится свадьба, тем лучше, — спокойно продолжила мать. — Сейчас она ещё сопротивляется. Потом станет легче.

Контроль ощущался во всём. В коридорах стало больше слуг, некоторые двери больше не открывались без разрешения, на окнах появились новые защитные символы, а воздух в доме стал тяжелее, словно сам замок медленно сжимал вокруг Айи невидимую клетку. Именно тогда она перестала играть.

Раньше её пакости были способом выжить. Способом не сойти с ума в этом доме. Но после слов о свадьбе внутри поселилось ощущение, от которого становилось трудно дышать. Времени оставалось слишком мало. Айя чувствовала это каждой клеткой тела, и вместе со страхом росло отчаянное желание разрушить здесь всё, что только можно.

Она начала с подготовки к свадьбе. Весь замок уже жил этим. Слуги бегали по этажам с тканями и украшениями, в западном крыле готовили зал для церемонии, а мать Дарвена лично контролировала каждую деталь так, будто речь шла не о браке, а о политическом союзе.

Айю от этого тошнило. Особенно от того, как спокойно все говорили о её будущем, даже не спрашивая её саму. Будто она уже перестала быть человеком. Просто частью сделки. Поэтому первым сгорел список гостей.

Это произошло утром. Айя сидела в библиотеке, делая вид, что читает старую книгу, когда мимо прошёл один из слуг с кипой документов для матери Дарвена. Раздражение пришло раньше, чем она осознала собственную магию. Пальцы чуть дрогнули. Воздух рядом с бумагами нагрелся мгновенно, и через секунду свитки вспыхнули прямо в руках слуги.

Крик разнёсся по всему этажу. Слуга выронил документы, пламя резко поднялось вверх, пожирая бумаги за считанные секунды. Айя медленно подняла взгляд от книги и совершенно спокойно произнесла:

— Осторожнее. Так и замок спалить можно.

Слуга побледнел так сильно, что едва не уронил остатки бумаг снова, а Айя впервые за несколько дней почувствовала короткое мрачное удовлетворение. Хаос наконец начал выходить из-под контроля.

К вечеру стало хуже. В главном зале готовили украшения для будущей церемонии. Слуги развешивали тяжёлые чёрно-золотые ткани, вдоль стен зажигали свечи, а над длинным столом медленно парила огромная хрустальная люстра. Айя остановилась в дверях, и внутри всё резко сжалось. Они действительно готовились. Действительно собирались провести свадьбу. Будто у неё больше нет права даже на собственную жизнь.

Она вошла внутрь. Слуги тут же напряглись. Один из мужчин быстро отвёл взгляд, женщина у стены поспешила уйти в соседний коридор. Айя заметила это, и почему-то от этого стало только хуже. Даже страх здесь ощущался неправильным. Все в этом доме жили так, будто боялись дышать лишний раз.

Айя медленно подняла взгляд на люстру — тяжёлую, огромную, подвешенную прямо над центром зала. В груди снова поднялось жгучее чувство. Перед глазами внезапно вспыхнул Кай. Как бы он сейчас разозлился. Как смотрел бы своим тяжёлым взглядом, если бы увидел её здесь. Как подошёл бы слишком близко и холодно сказал что-нибудь о её безрассудстве.

От воспоминания внутри болезненно дрогнуло. Айя разозлилась на себя ещё сильнее. Даже здесь она продолжала думать о нём.

Магия сорвалась раньше, чем она успела остановиться. Цепь над люстрой резко задрожала. Один из слуг испуганно вскрикнул. Айя подняла голову, и в следующую секунду крепление с оглушительным треском оборвалось. Люстра рухнула вниз. Стекло разлетелось по залу, свечи погасли мгновенно, крики эхом ударили под потолок.

Слуги бросились в стороны, кто-то упал, кто-то закрыл голову руками, а Айя осталась стоять среди этого хаоса неподвижно, тяжело дыша. Внутри всё горело. Потому что дело было уже не в злости и не в желании развлечься. Это был крик отчаяния, вырвавшийся через магию.

— Что здесь происходит?

Голос Дарвена ударил резко. Айя даже не вздрогнула. Он появился в дверях слишком быстро, явно услышав шум из другого крыла. Высокий, опасный, с яростью в глазах, которую больше не пытался скрывать. Слуги мгновенно замолчали, некоторые поспешили уйти, потому что воздух между Дарвеном и Айей стал почти невыносимым.

Он медленно перевёл взгляд с разбитой люстры на неё и сразу всё понял. Айя стояла среди стекла и обломков совершенно спокойно. Только дыхание оставалось слишком рваным.

Дарвен подошёл ближе.

— Ты совсем сошла с ума?

Голос звучал тихо, и именно это пугало сильнее крика.

Айя устало усмехнулась.

— Только сейчас заметил?

Дарвен резко схватил её за локоть и потащил к ближайшей стене. Слишком быстро, слишком жёстко. Айя ударилась спиной о камень и зло подняла на него взгляд, но Дарвен уже был на грани. Тьма под его кожей двигалась почти открыто, челюсть была напряжена так сильно, что проступили желваки, а взгляд стал по-настоящему опасным.

— Хватит.

Айя попыталась вырваться. Безуспешно. Дарвен только сильнее прижал её к стене.

— Ты продолжаешь вести себя так, будто всё ещё можешь сбежать.

Она резко вскинула подбородок.

— А ты продолжаешь вести себя так, будто можешь меня удержать.

Его пальцы болезненно сжались на её запястье.

— После свадьбы смогу.

Тишина ударила резко. Внутри Айи всё похолодело, но вместо страха наружу снова вырвалась злость. Потому что именно этого он и ждал. Покорности. Слома.

Она посмотрела ему прямо в глаза. С ненавистью, настоящей и неприкрытой. Дарвен увидел это, увидел слишком ясно, и именно это окончательно вывело его из себя.

— Почему ты продолжаешь смотреть на меня так? — произнёс он ниже, почти хрипло. — Будто ненавидишь каждым взглядом.

Айя почувствовала, как сердце