Брошенная невеста морского дракона.Хозяйка Штормового приюта - Юлий Люцифер

Следующая запись касалась «Серебряного ветра».

Риан увидел название раньше меня.

Он наклонился над столом.

Запись занимала почти страницу.

«Серебряный ветер» подал запрос на вход в бухту в третьем часу ночи. Башня ответила белым огнем. Через четыре минуты Олвар приказал погасить сигнал и записать, что судно не приближалось.

— Почему вы подчинились? — спросил Риан.

Эрден закрыл глаза.

— Потому что он был начальником. Сказал, что корабль связан с контрабандой и мы проводим операцию.

— Вы поверили?

— Сначала.

— Дальше.

Эрден продолжил читать вслух:

— «С северной стороны появился корабль без огней. По корпусу темный, две мачты. Он прошел между башней и “Серебряным ветром”. После первого удара почтовое судно потеряло кормовой свет. После второго его снесло к внешней дуге».

Риан уперся ладонью в край стола.

Костяшки побелели.

— Вы видели столкновение.

— Видел силуэты и слышал удар.

— И двенадцать лет говорили, что корабль погиб в шторме.

— На официальном допросе сказал, что туман закрыл обзор.

— Почему?

— Утром пропал смотритель Сейл. Он хотел рассказать следователям о ложном сигнале. Через неделю его нашли мертвым.

— Тот свидетель, которого я пытался вывезти, — произнес Риан.

Эрден посмотрел на него.

— Да.

— Вы знали, что он говорил со мной?

— Он сказал, что нашел молодого офицера, который не боится задавать вопросы.

— А потом попросил ночь.

— Хотел взять семью и журнал смены.

— Почему вы не предупредили меня?

— Я не знал, кому можно верить. Олвар утверждал, что в береговой страже тоже есть люди союза.

— И вы решили не верить никому.

— Да.

Риан резко оттолкнулся от стола.

Стул упал.

Он прошел к окну и остановился спиной к нам.

Я не пыталась удержать его или заставить продолжать разговор.

Эрден стоял неподвижно.

— Что произошло после второго удара? — спросила я.

Старик перевел взгляд на меня.

— С ложного маяка дали зеленый сигнал. Темный корабль отошел. «Серебряный ветер» исчез за рифом. Через несколько минут был третий удар. Потом тишина.

— Спасательные лодки?

— Олвар запретил выход до рассвета. Сказал, что в темноте опасно.

— Людей можно было спасти, — произнес Риан от окна.

— Возможно.

— Не возможно. Можно было попытаться.

Эрден опустил голову.

— Да.

Риан повернулся.

Я никогда не видела его таким.

Не громким.

Не потерявшим контроль.

Наоборот — слишком спокойным.

— Сколько времени прошло от удара до рассвета?

— Чуть больше двух часов.

— Мой брат мог быть жив эти два часа.

— Мог.

— А вы сидели в башне.

— Да.

— Потому что Олвар приказал.

— Потому что я испугался.

Последние слова прозвучали честнее всех прежних объяснений.

Эрден не прятался за службой, законом или отсутствием доказательств.

Он испугался.

И позволил страху решить за себя.

Риан сделал шаг к нему.

Я не вставала между ними.

Если бы старый смотритель попытался оправдаться, возможно, пришлось бы.

Но Эрден не двигался.

— Я не прошу прощения, — сказал он. — Не имею права. Только отдаю то, что должен был отдать двенадцать лет назад.

— Вы отдаете книгу после того, как почти все участники умерли или исчезли.

— Да.

— После того как мы сами нашли корабль, ложный маяк и пластину.

— Да.

— Очень удобно.

— Да.

Риан поднял руку.

На мгновение я подумала, что он ударит.

Но он только провел ладонью по лицу и отступил.

— Выйдите.

Эрден посмотрел на меня.

— Журнал остается здесь, — сказала я. — Под описью. Вы не покидаете гостиницу и не подходите к башне без сопровождения.

— Понимаю.

— Сегодня вечером дадите полные показания при свидетелях.

— Дам.

Он ушел.

Дверь закрылась.

Риан продолжал стоять у окна.

Я подняла упавший стул и поставила на место. Потом закрыла журнал, не позволяя себе читать дальше без акта и свидетелей.

— Вы можете ненавидеть его, — сказала я.

Риан не обернулся.

— Это должно помочь?

— Нет.

— Тогда зачем говорите?

— Потому что люди часто требуют немедленного прощения от того, кто узнал правду. Будто признание виновного сразу должно облегчить боль пострадавшего.

— Я не прощу.

— Возможно, никогда.

— Вы считаете это неправильным?

— Нет.

Он наконец посмотрел на меня.

— Эрден мог спасти Эвара.

— Мог попытаться.

— И не попытался.

— Да.

— Но если я отстраню его от расследования, потеряем человека, который знает старую систему.

— Да.

— Если арестую, он всё равно должен дать показания.

— Да.

— Вы специально не предлагаете решения?

— Потому что оно ваше как руководителя дела. Я только не позволю вам уничтожить журнал или ударить старика.

— Я не собирался уничтожать журнал.

— Знаю.

— А ударить?

— Не была уверена.

На его лице мелькнуло что-то горькое.

— Я тоже.

Он подошел к столу.

— Нужно составить опись.

— Эмина еще в гостинице. Позовем ее, Савера и королевского юриста.

— Лоркан получит доступ.

— Только к копии до официальной передачи.

— Хорошо.

Риан коснулся обложки двумя пальцами.

— Здесь может быть имя корабля, который ударил «Серебряный ветер».

— Может.

— Или условное обозначение.

— Всё равно проверим.

— Я должен продолжать дело.

— Да.

— Даже если следующие записи покажут, что Олвар умер и прямой след потерян.

— Тогда будем искать тех, кто платил.

Он поднял глаза.

— Вы не говорите, что справедливость обязательно наступит.

— Я не могу этого обещать.

— Лоркан бы пообещал.

— Лоркан любит обещания, в которых не указана цена исполнения.

Риан неожиданно коснулся моей руки.

Не притянул.

Не искал утешения в поцелуе.

Просто накрыл пальцами тыльную сторону ладони.

— Останьтесь во время описи.

— Разумеется.

— Не как владелица помещения.

— Как человек, которому вы попросили сказать, если потеряете осторожность.

Он медленно кивнул.

Мы позвали свидетелей.

Журнал описали постранично. Зафиксировали вырванные листы, пятна воды, исправления и состояние переплета. Савер сразу определил, что часть записей сделана в те же годы, которыми датированы события. Бумага и чернила соответствовали старым поставкам гавани.

Это не доказывало истинность каждой строки.

Но показывало, что журнал не создали недавно.

Королевский юрист потребовал передать оригинал комиссии.

Я отказалась.

После короткого спора журнал остался в хранилище Штормового приюта под тремя печатями. Савер должен был сделать две полные копии. Одну получала береговая стража, вторую — комиссия.

Оригинал мог покинуть Кайрн только по судебному постановлению.

Лоркан прибыл в кабинет, когда мы заканчивали акт.

Он прочитал запись о «Серебряном ветре» и несколько минут молчал.

— Это меняет официальную версию крушения, — сказал он.

— Да, — ответил Риан.

— Олвар должен быть задержан.

— Сначала нужно установить, где он.

— Канцелярия найдет.

— Без предварительного предупреждения.

Лоркан посмотрел на него.

— Вы считаете, что кто-то в канцелярии сообщит Олвару?

— Инспектора Роуста похитили после официальной проверки. Возможность утечки очевидна.

— Значит, запрос пойдет через мою личную службу.

— С ограниченным кругом имен.

— Я сам определю круг.

Риан не ответил сразу.

— Хорошо. Но время отправки, получатели и копии распоряжений фиксируются.

— Вы по-прежнему требуете от