Испытание гордости. Северная леди - Ярослава Баженова

Иногда появлялась леди Фельида. Её приход сопровождался восхищённым шепотом и переглядыванием, похоже, она здесь действительно была если не любимицей, то объектом для подражания.

Я же, после вчерашнего, чувствовала себя отвратительно. Постоянно оглядывалась, присматривалась, не доверяла подаваемой пище. В общем, старалась вести себя естественно, а вышло как всегда. После произошедшего доверять окружающим перехотелось.

Фактически, весь день проскользнул мимо меня. И он был изумительно спокойным на события, зато вот седьмой день, который обозначался, как возвращение Императора и аристократов обратно с охоты, почему-то изначально показался мне бурным.

Воздух буквально кипел от непонятного напряжения. Не успев проснуться, я тут же попала в водоворот событий. Удмира уже ожидала меня с тазом тёплой воды и полотенцем в руках. Она помогла мне умыться и обтереться. Распустила ночную косу, а после переодела.

Через двадцать минут я уже сидела перед зеркалом с распущенными волосами, задумчиво изучая своё изнеможденное лицо и синие синяки под глазами. Выглядела я ещё более отвратительно, чем по приезду сюда. Отвлеклась от своего отражения лишь в тот момент, когда перед мной поставили чёрную шкатулку.

— Что это? — поинтересовалась, изумлённо опустив взгляд вниз.

— Не знаю, нашла на вашем пороге, когда стучала, — призналась служанка, начав заплетать волосы в новую косу. — Маг проверил её на наличие каких-нибудь заклинаний, но таковы обнаружены не были.

— Странно, — задумчиво протянула, открыв шкатулку.

Внутри лежало шикарное колье.

Оно было изумительно красивым, я впервые видела подобный шедевр ювелирного искусства. Казалось, драгоценные камни блестели в магических огоньках, переливаясь каким-то загадочным светом, который на любой поверхности отражался радугой.

Никогда я не была любителем украшений, дорогих или нет, без разницы. Вот не моё это было. А теперь я словно околдованная достала колье, положив на левую ладонь, любуясь россыпью камней.

— Интересно, кто вам подарил? — внезапно поинтересовалась служанка, хотя раньше я за ней не наблюдала подобного любопытства.

— Уж не знаю, — задумчиво произнесла, куда критичнее смотря на колье.

Девушка поклонилась, сказав, что она закончила и сейчас просто приберётся в ванной, прежде чем уйти. Я кивнула, согласившись, а после вновь вернулась к неожиданному подарку. Полюбовавшись им ещё немного, аккуратно взяла за свисающую цепочку, потянув.

Но поднять не смогла.

Ладонь внезапно обожгло болью, будто вместо ожерелья я держала на руке живой огонь. Резко подскочила на ноги, попытавшись поднять украшение вновь, но почувствовала лишь ослепительную боль. Оно словно вросло в мою кожу, не желая отставать.

Слёзы выступили на глазах. Подобное ощущение я чувствовала лишь далеко в детстве, когда случайно пролила кипяток себе на руку, но тогда это было мимолётно, да и мне быстро организовали холодной компресс. А здесь, казалось, мучение растягивалось на часы.

Я потянула, закусив нижнюю губу.

Вначале было больно, но после того, как я аккуратно дёрнула, боль стала в разы невыносимее. Из-за слёз я ничего не ощущала, но колье продолжала держать, вздохнула-выдохнула, а после собрала всю волю в кулак, резко дёрнув, отшвырнув подарок в сторону.

Ладонь жгло, невыносимо, не передать словами, насколько это было ужасное чувство. Я опустила взгляд на руку, увидев… мясо. Небеса, горизонтально моей руки, начинаясь между большим и указательным пальцем и заканчивая под мизинчиком, отсутствовала кожа. Здоровый такой кусок.

Всхлипывая, я прижала к себе руку, кинувшись в ванную комнату.

— Ваше Величество, что… что случилось?! — вскрикнула Удмира, встретившись с моим безумным взглядом.

Я оттолкнула её в сторону, открыв кран с холодной водой, засунув под неё руку. И со слезами на глазах наблюдала за тем, как кровавая вода стекала вниз, уходя куда-то дальше по трубам. Было больно, мерзко, мысли путались в голове.

— Ваше Величество, это…

— На колье, — замолкла, коротко всхлипнув, — был яд, он, — судорожно вздохнула, — он проедает кожу, не прикасайся к нему слишком долго.

Руки дрожали, зубы не попадали друг на друга, меня буквально всю трясло от происходящего. А перед глазами всё ещё стоял перелив опасных камней.

— Я позову лекаря.

— Нет, — всхлипнула, с силой зажмурившись.

Вода была ледяной, я уже ладони не чувствовала, но вытаскивать не хотелось. Понимала, что стоит лишь мне закрыть кран, как боль вернётся с новой силой.

— Но вам же плохо, Ваше Величество.

— Сходи к нему возьми бинты и заживляющую мазь, — произнесла, почти успокоившись, хотя голос начал предательски хрипеть, — быстро. И не говори зачем.

Служанка, более не переча, поспешила покинуть покои. А я же, простояв ещё немного, решительно выключила воду. Руку жгло, но я вернулась обратно, оглянувшись. Колье лежало на полу, выжигая дыру в ковре. Вздохнула, решительно достав из ящика бумагу, а после взяла чернильницу, усаживаясь в кресло за стол.

Удобно расположив лист, начала писать.

Пара капель упала на бумагу, но я не обращала на них внимания. С трудом закончив своё небольшое послание, свернула его, вернувшись к колье. Злополучную вещь поддела одним из тюбиков с кремом, кинув его обратно в шкатулку. Туда же полетела записка.

Вернулась служанка с необходимыми вещами.

Вместе мы обработали руку, аккуратно забинтовав. Мазь охлаждала и обжигала одновременно, но это было единственное, что мы могли сейчас сделать. Осторожно надев поверх короткие перчатки, чтобы не было видно бинтов, я передала служанке закрытую шкатулку, наказав незаметно отнести под дверь леди Фельиды.

Когда Удмира покинула покои, я, выждав около десятка минут, решительно поднялась, поняв, что сидеть дальше просто так не могла. Где располагался кабинет Герберта я знала прекрасно, поэтому решение идти к нему было последовательным. Никого другого к кому можно было бы обратиться, я не видела.

Происходящее перестало быть игрой.

Оно и до этого уже не казалось словесной перепалкой, которая могла разрешиться просто так. Сегодняшнее происшествие окончательно вывело меня из себя, заставив разрываться душу от боли и ярости.

Мои шаги отчётливо звучали в тишине пустого коридора. Женская часть заканчивалась аккуратно перед главной лестницей. Нужно было лишь пройти её, ведь кабинет Герберта находился на другой стороне.

Шла уверенно, полностью чувствуя то, что терпеть и выводить леди на чистую воду больше