Колючее счастье для дракона, или Инквизиции требуется цветовод - Марианна Красовская

И аккуратненько откусила, осторожно рискнув прожевать этот самый кусочек. Ой! Это было действительно вкусно! Глаза сами собой распахнулись, и потрясенная Соня уставилась на откровенно смеющегося дракона.

— Но как? — хрипло спросила.

А что поделать, вот такая она нормальная и адекватная женщина, конечно же. Гостя посадила за стол, угощает, а сама удивляется, что не отравой.

Леся громко фыркнула. Да уж, маленькая эта лисичка во многих вещах была гораздо мудрей. Но Эндрис посмотрел в ее сторону строго и даже пальцем слегка погрозил. Правильно, нечего тут над Соней хихикать.

— Я как-то уже говорил, помнишь? Если смотреть на еду с точки зрения способа вызвать восторг…

Да, она ярко вспомнила их волшебный новогодний ужин, и миног в маринаде, и… Как вообще можно сравнивать всю ту красоту и их с Лесей «творение»?

— То все сразу немного иначе, я помню. Но это же, — она кивнула на тарелочку с порядком поломанными уже золотистыми фигурками. — Такое… простое.

— У тебя есть отдельный талант. Да-да, и не возражай, я с первой нашей встречи его заметил. Ты умеешь простые и незатейливые вещи делать совершенно волшебными.

Она смотрела на дракона с сомнением и восторгом, а тарелочка с печеньем тем временем стремительно пустела. Сильвер с Лесей в четыре руки так быстро подчистили невеликие запасы угощения, что Соня даже не знала, как ему возразить. Только жалобно напомнила:

— Я ведь первый раз в жизни вот так, сама что-то съедобное испекла, честно!

— Я знаю. Ты не из тех, кто может хорошо сделать то, к чему душа не лежит. У тебя не получится. Кто-то может, но точно не ты.

А ведь он был совершенно прав! Всего одна только фраза, а так точно описала всю Сонечкину жизнь. Никто ее не понимал, все пытались, если не сломать, то прогнуть под себя, заставить быть как все, делать, как положено, и только дракон вдруг все правильно понял и точно расставил на свои места.

У нее никогда не получалось делать то, к чему не лежала душа, вот и весь секрет Сониных неудач.

— Кхм, — деликатно молчавшая Леся (рот у ребенка был занят) наконец-то напомнила о себе. — А вы когда начнете уже взрослые разговоры разговаривать? Печенье обсудили, давайте поговорим о преступниках и расследованиях.

В глазках у Леси словно светлячки затанцевали. Ручки сложила, ушки навострила, смотрит внимательно… Соне стала понятна истинная цель всей этой затеи. Ну… или почти понятна. Кажется, маленька лисичка решила засунуть свой любопытный носик во взрослые дела.

Сильвер задумался, бросив задумчивый взгляд на Соню, усмехнулся тихо и произнес:

— А пойдемте лучше гулять! Я сегодня внеурочно и совершенно свободен, пока наши гости разбираются в хитросплетениях «взрослых дел».

— Меня же линчуют… — пробормотала Соня смущенно.

— Брось уже, мама! Я всем говорю, что я дочка директора, а он…

— Леся, что ты такое выдумываешь? — Соня ужасно смутилась, снова поймав на себе взгляд дракона, веселый такой и совершенно не злой.

— А он совершенно не против, — Эндрис поймал Сонины дрожащие пальцы и потянул девушку к себе в объятия к радостному восторгу дочери. — Соня, кстати, раз уж так у нас все непросто: сначала дочка, потом познакомились, предлагаю по этому поводу лишний раз не заморачиваться. И да, мне бы очень хотелось быть с вами всегда. Я что-то неправильное говорю? Ты бледнеешь.

Побледнеешь тут с ним! Кажется, Соня вчера еще твердо решила его соблазнить. Потом все пошло не туда и не так, и теперь… это что вообще сейчас было такое? Предложение? Это — предложение?

— Мне кажется, мы торопим события, Эндрис.

— Мне кажется, мама, ты снова все портишь! — Леся вскочила со стула, схватила Сильвера за руку и поволокла к выходу. — Я ей такого мужа выбрала, а она! Пойдем, Андрис, мы хотели гулять!

Эндрис обернулся, смеясь, но Сонину руку не выпустил, потянул ее за собой.

— Куда⁈ — ахнула Соня. — Я не одета! Я…

— Да нормально ты одета, не в трусах же одних, — Леся переходила все границы, но никто ее сейчас почему-то не останавливал. — И знаешь что? Мне еще рисунок рисовать надо, домашнее задание. Идите без меня. Все, все, не тормозим, мамочка, тебе даже делать теперь ничего не надо, муж есть, бери и беги!

И непонятным образом это маленькое чудовище выставило за дверь двух взрослых людей, да еще и заперлось изнутри, отрезав Соне все пути отступления.

А Сильверу смешно! И почему Соня в ответ тоже смеялась? Вообще непонятно.

47. А что вообще происходит?

— Эндрис, а что вообще происходит? — несмотря на розовый туман в голове, Соня все еще пыталась соображать.

— Как это что? У нас свидание. Надеюсь, эта попытка будет более удачной.

— Я не об этом. Что у нас тут за «гости»? И все эти происшествия, они не могут быть не связаны, да? Сначала проблемы с дриадами, потом разрушенные сектора оранжерей… Теперь вот эти странные незнакомцы в костюмах.

Эндрис остановился, крепко сжав Сонины плечи и заглядывая ей в глаза.

— Душа моя, а может, мы просто забудем о делах хоть на несколько часов? Я очень этого хочу.

Соня заколебалась. Предложение было заманчивым. Вот только… Борис тоже всегда так говорил, словно был уверен, что его недалекой жене не хватит мозгов разобраться в мужских делах. Ничего ей не рассказывал, никогда не спрашивал совета. Все делал сам. А Сониной участью было заниматься хозяйством и не забивать свою хорошенькую головку всякими глупостями. Нет. Второй раз она в это болото не вляпается. Сильвер сказал, что хочет быть вместе. А если он этого хочет, то придется с Соней считаться.

Дракон все понял по ее лицу, даже не пришлось ничего объяснять. Тяжко вздохнул, взъерошил пятерней светлые волосы и сказал:

— Ну хорошо, хорошо. Свидание пусть остается свиданием, а там, за бокалом шампанского, все и обсудим.

Соне показалось, что во всем этом был какой-то подвох, но она все же кивнула. И спохватилась тут же: какое свидание? Она в старой футболке на два размера больше и потертых джинсах! Ни чулок, ни макияжа, ни укладки. Разве что белье красивое… Кружевное.

— Даже не думай, — вкрадчиво шепнул Сильвер, обжигая дыханием чувствительное ухо, вот так, никого не стесняясь, обнимая Соню прямо на глазах всех прохожих. — Не пущу никуда.

— Я некрасивая.

— Очень красивая. И соблазнительно пахнешь печеньем. Пошли.

И, не давая ей опомниться, увлек девушку за собой. Куда? Да какая разница? Соне было уже все равно. Хоть в тот самый таинственный домик, хоть на лесную полянку, хоть