Принц ночи - Лорен Палфриман

— Ну? Продолжай.

Он проводит рукой по губам.

— Откуда я мог знать?

Его взгляд встречается с моим.

— События той ночи, когда Джеймс передал тебя Себастьяну. Откуда я мог знать, что произойдет? — Блейк рассеянно касается своего бицепса, где я оставила след, когда вонзила в него зубы. — Откуда мне было знать, что Джеймс укусит тебя? Когда я пытался устроить ваш брак, я имел в виду именно это, когда говорил, что он не причинит тебе вреда. Несмотря на все его недостатки, я не думал, что он способен на такое.

Я морщу лоб.

— Я… я не понимаю. Зачем ты мне это рассказываешь? Какое это имеет значение?

Он качает головой.

— Если бы весь мой план заключался в том, чтобы заставить тебя принять связь между нами, мне нужно было бы убедиться, что ты окажешься в опасной для жизни ситуации, чтобы я мог спасти твою жизнь. — Он снова качает головой. — Как я мог спланировать серию событий, которые привели к нападению Джеймса на тебя? Слишком много переменных нужно было контролировать, слишком многое могло пойти не так. Даже я не настолько хорош.

— Ты сказал…

— Нет, не я. Это ты так сказала, а не я.

Мысленно возвращаюсь в маленькую спальню в Лоуфелле. Я обвинила его в том, что он все спланировал, создал эту связь, чтобы лишить Каллума трона. И он ответил…

Мое сердце замерло. Он не отрицал этого, но и не подтверждал.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Я не могу разорвать эту связь, Аврора, потому что не я ее создавал. Это не в моей власти.

Делаю шаг назад. За моей спиной полыхает огонь, но кровь застывает в жилах.

— Ты лжешь.

— Ты думаешь, я этого хочу? — Его голос звучит напряженно. — Связь все усложняет для меня.

Мое дыхание поверхностно. В животе что-то сжимается, а холод сковывает грудь.

— Я видела слова «Анам-Кридех» на страницах, которые ты сжег. Это название связи?

— Да. Одно из названий.

— А какое другое?

Его глаза впиваются в мои, темные и напряженные:

— Ты уже знаешь.

Качаю головой.

— Не знаю.

— Ты знаешь. Какая-то часть тебя знает. Всегда знала. Точно так же, как в глубине души знает Каллум. Точно так же, как я всегда знал.

Стук моего сердца отдается в ушах:

— Скажи мне.

Блейк переплетает руки. Его губы приоткрываются.

— Тебе придется разобраться в этом самой, крольчонок. Похоже, наше время вместе подходит к концу.

Оборачиваюсь как раз в тот момент, когда открывается дверь. Локлан входит в комнату в сопровождении четырех своих людей. С губ Блейка срывается смешок, когда он встает.

— Правда, Локлан? Ты?

— Ничего личного, Блейк. — Его подведенные глаза сверкают яростью, опровергая это утверждение. Я думаю, он беспокоится о том, что Блейк может сделать с Каем. — У меня приказ от короля. Ты приговорен к тюремному заключению за заговор против трона. Пойдешь с нами без сопротивления?

Блейк отступает на шаг, и на его щеке появляется ямочка:

— Я знаю, что Каллум предупредил тебя не причинять мне вреда.

— Он думал, что ты можешь так сказать, — говорит Локлан. — Каллум хочет, чтобы ты знал, твои карты раскрыты. Ты проиграл. Мы можем причинить тебе вред, если захотим.

Блейк смеется, и это холодный, наигранный звук, от которого волосы у меня на затылке встают дыбом. Двое мужчин обмениваются взглядами, и он пожимает плечами.

— Очень хорошо. Дай-ка я захвачу рубашку.

Локлан склоняет голову. Блейк хватает рубашку с кресла и быстро надевает ее. Я отступаю назад, прижавшись спиной к стене у камина. Напрягаюсь, ожидая, что он схватится за меч и начнет сражаться или схватит меня, чтобы использовать как рычаг давления. Но он лишь застегивает пуговицы и надевает ботинки.

Локлан подает знак, и двое мужчин хватают Блейка за руки, грубо заламывают их за спину и надевают на запястья кандалы. Звук защелкивающегося металла эхом разносится по комнате. Блейк не оказывает сопротивления.

Его проводят до двери, и перед выходом он останавливается перед Локланом.

— Передашь Каллуму сообщение от меня? — Локлан кивает, и губы Блейка изгибаются в озорной улыбке. — Он еще не знает моих карт. Он даже не представляет, в какую игру мы играем. Приходи ко мне в гости, когда все поймешь, крольчонок. Буду ждать тебя.

Его выводят из комнаты.

Локлан снова склоняет голову.

— Добрый вечер, принцесса, — говорит он и следует за своими людьми и Блейком в коридор.

Ошеломленная, стою и смотрю на дверь.

Глава сорок восьмая

Все спокойно и тихо.

Это напоминает момент после шторма, когда мир перевернулся, но все ждут, что он вернется на круги своя.

Стою у камина в покоях Блейка. Если бы не смятые простыни, несколько кусочков грязи на половицах, оставленные людьми Локлана, и мое учащенное сердцебиение, я бы подумала, что ничего необычного не произошло.

Каллум наконец-то сделал свой ход против Блейка. Он решил заключить его в тюрьму, хотя и осознавал, что наши жизни связаны. Раньше он не рассматривал такой вариант. Однажды, еще в Лоуфелле, мы обсуждали это и пришли к выводу, что Блейк будет морить себя голодом или причинять себе вред, чтобы добраться до меня.

Блейк даже не пытался сопротивляться.

Каллум не в себе. Блейк что-то задумал.

Анам-Кридех. Слово, обозначающее связь, эхом отдается в моей голове.

Я была так близка к разгадке, но какая-то часть меня рада, что Блейка забрали до того, как он успел раскрыть ее. Его слова глубоко проникли в меня, и я боюсь их.

Ты знаешь. Какая-то часть тебя знает. Всегда знала. Точно так же, как в глубине души знает Каллум. Точно так же, как я всегда знал.

Подхожу к столу и выдвигаю второй ящик. Там, среди карт, лежит книга «Судьба Альфы». Беру ее в руки. Элси дала мне две такие книги, сказав, что они очень полезны. Но Блейк забрал их у меня. Тогда я не придала этому значения, но все же…

Позади меня скрипит половица.

Я засовываю маленький томик в карман и поворачиваюсь. В дверях стоит Каллум.

Его взгляд скользит от смятых простыней Блейка к тому месту, где он стоял минуту назад. Его ноздри раздуваются, и мой пульс учащается.

Неужели он думает, что между нами произошло что-то неподобающее? Но разве между нами могло произойти что-то неподобающее? Я была так увлечена получением пергамента, что действовала инстинктивно, не задумавшись о том, где нахожусь и кого провоцирую. Я укусила его. Мои щеки