Когда ты проснешься… - Андрей Эмдин

На цыпочках подхожу к кровати и осторожно, стараясь не разбудить, смахиваю упавшую на лицо девушки прядь волос. Изучающе всматриваюсь, непроизвольно ища на лице девушки страшные следы недавно пережитого крушения. Их нет. Оля спит безмятежным сном. Чуть морщится, когда я, едва касаясь кончиками пальцев, глажу ее по щеке. А через секунду, не открывая глаз, спящая переворачивается на другой бок и хрипловатым ото сна голосом произносит:

— Личное пространство игрока, вон отсюда. Вы совсем охренели?..

Усмехаюсь, присаживаюсь на край кровати и, погладив по волосам отвернувшуюся ворчливую подругу, тихонько зову:

— Оля! Оленька!

— Я не поняла… — угрожающе повысив голос, вдруг произносит девушка, а потом, зло отбросив гладящую ее руку, резко разворачивается и садится в кровати.

На меня непонимающе смотрит пара сонных серых глаз. Глаз, напоминавших о жадно клокочущей серой воде, в которой тонул круизный лайнер. Глаз, в которых я и сам однажды утонул на острове, задолго до того, как собственноручно уничтожил созданный нами корабль. Глаз, которые тщетно искал среди чужих профилей в социальной сети. Глаз, смотревших так нежно, а потом убивших презрением, когда цифровая копия моей любви оказалась за бортом маленькой резиновой лодки.

Губы девушки вздрагивают. Она трет кулаками глаза, чтобы убедиться, что это не сон. Протягивает руку к моему лицу и, не веря самой себе, слегка прикасается пальцами. Когда Оля понимает, что видит перед собой не цифровой мираж, она, не проронив ни звука, со стремительностью рыси кидается ко мне в объятия, чуть не опрокинув меня с кровати.

Несколько минут хрупкое загорелое тело, прижавшись ко мне, содрогается в беззвучных рыданиях. Она крепко обхватывает меня своими тонкими ручками и сжимает все сильнее, заходясь во все нарастающем плаче. Я чувствую, как по ее лицу текут слезы, нежно глажу по вздрагивающей голове, не в силах произнести ни слова.

— Ты… Ты… — несвязно всхлипывает девушка, но потом, не закончив фразы, снова тонет в неудержимых волнах рыданий. А я утыкаюсь носом в ее мягкие, пахнущие топленым молоком волосы и жадно вдыхаю ее настоящий, не оттесненный корабельным парфюмом аромат.

— Где ты был? Что произошло? — спрашивает она, когда, чуть успокоившись, отстраняется и поднимает на меня заплаканные глаза.

Я не решаюсь обрушить на девушку рассказ обо всех приключениях на пути к этой долгожданной встрече. У нас еще будет время. Сейчас переживающая настоящую эмоциональную бурю Оля вряд ли готова воспринимать любые детали, кроме одной. Где бы так долго ни пропадал внезапно исчезнувший второй игрок, значение имело только то, что в данный момент он находится рядом с ней. Здесь, на острове. Настоящий, насколько это было возможно в виртуальности.

Мыслям никак не удается собраться воедино. Я чувствую, что должен сказать что-то важное, но разум изменяет мне, лишает дара речи, оставляя только возможность наблюдать, впитывать каждой клеточкой это лицо, эти губы, этот надорванный рыданиями голос.

Настоящее волшебство случилось. Случилось, как это ему свойственно, в тот момент, когда в него уже почти никто не верил. Растрепанное волшебство сейчас сидело на кровати в просторной отельной рубашке, не выпуская меня из рук. Девушка будто опасалась, что стоит разжать пальцы — и цифровой мираж ускользнет, а на его месте останется лишь прозрачный тропический воздух.

Весь день Оля не отходит от меня ни на шаг. На предложение искупаться отвечает решительным отказом и сообщает, что ни за что не пустит меня в воду.

Уже потом, когда эмоции долгожданной встречи чуть стихают, Оля рассказывает, что действительно провела на острове, по ее ощущениям, чуть больше года. И очень удивляется, узнав, что из реальной жизни она выпала немногим больше, чем на месяц. Весь прошедший виртуальный год показался Оле одним длинным, самым скучным в ее жизни отпуском. Чтобы не сойти с ума, она даже начала общаться с некоторыми населявшими игровой мир персонажами. Оля философски отнеслась к своему заточению, проводила время за книгами, которые, к ее радости, постоянно обновлялись в тумбочке. Днем она купалась, загорала и даже пробовала начать писать роман о любви в виртуальности. Как я и предполагал, программа «Остров» не предусматривала иной погоды, кроме ясных солнечных дней, и Оля поделилась, что страшно соскучилась по питерским дождям.

— В этих людях есть что-то очень простое, расслабленное, — говорит она про других гостей отеля, когда мы сидим на веранде за ужином. — Я понимаю, что эта простота — следствие их искусственной природы. Но знаешь, Саш, некоторым живым людям не помешало начать немного проще относиться ко всему, что происходит в их жизни.

Я рассказываю ей обо всем, через что пришлось пройти, прежде чем я оказался на острове. Опускаю только историю с затоплением корабля и убийством ее виртуальной копии. Возможно, я когда-нибудь расскажу Оле и эту часть, но только не сейчас. Не в тот момент, когда она сидит рядом на веранде отеля «Счастливый пляж», крепко держит меня за руку, а в ее глазах отражаются огоньки дрожащего пламени свечей. И не имеет никакого значения, что вино, которое мы в этот вечер распивали за ужином, и не намекало на опьянение. Я был пьян от того, что спустя столько времени могу снова видеть пусть и виртуальную, но зато не растерявшую бодрости духа Олю.

— А этот Громов, — спрашивает Оля, — получается, нехороший человек?

Чарующая детская манера все в этом мире делить на хорошее и плохое. Если бы все было так просто!

— Нет, — неожиданно для самого себя отвечаю я, вдруг осознавший, что совершенно искренне не считаю директора компании злодеем. — Просто он эффективный человек. Мыслит категориями пользы и вреда для своего любимого дела.

Оля морщится и вдруг грустнеет:

— Значит, ты видел меня в реальности. Представляю, как плохо я выгляжу!

— Вовсе нет, — спешу заверить ее я. — Ты похожа на водолаза. Бледного, худого водолаза.

— О, так я похудела? — смеется девушка. — Ну, хоть какая-то польза от этого заточения. Обычно люди в отпуске балуют себя и по приезде не помещаются в одежду. А я умудрилась похудеть. Кстати, ты знаешь, что если в виртуальности перестать есть — ничего страшного не происходит?

— Догадываюсь, — отвечаю я, подумав. — Со спиртным та же история. Но мы продолжаем это делать. Инерция!

— В каком смысле?

— Да так…

Уйдя от объяснений, оглядываю заполненную людьми веранду и встречаюсь взглядом с несколькими знакомыми гостями отеля — мы обмениваемся приветливыми кивками.

Посетители, как и прежде, провожают нас любопытными взглядами, когда мы встаем из-за стола и направляемся к выходу. Этот