Попаданка в законе, или развод с драконом - Майя Фар

состояния перегорания, когда с утра все стоят под дверью, и к вечеру у последних уже не остаётся сил. Мне назначили на десять утра, то есть до меня было всего двое экзаменуемых. Члены комиссии тоже могли меняться, неизменными оставались пятеро: декан факультета, преподаватели основных предметов и в дополнение к ним – секретарь. Поэтому всех членов комиссии я заранее не знала, была только уверена в том, что мистер Мердок точно не пропустит моего экзамена. Но на что я никак не рассчитывала, так это на то, что как раз перед тем, как настала моя очередь, когда я уже не ожидала никакого подвоха, я услышала, как в коридоре раздался дружный женский вздох. Я повернулась, и в груди у меня неприятно заныло.

По коридору шёл барон Александр Дерайн собственной мачо-персоной. К сожалению, синяка на щеке у него не было. Он шёл и смотрел на меня так, будто здесь больше никого не было – только я и он. А я стояла перед самым кабинетом, потому что была моя очередь входить, и открыть дверь сама я уже не успевала, мне даже показалось, что барон ускорился, чтобы самому распахнуть передо мной дверь.

– Здравствуй, Матильда.

Ох, какой у него был голос. Даже сейчас – зная, что он гад, – что-то отозвалось у меня в душе. Но вакцина, которую я получила в замке Драконье Око – который, я надеюсь, после вчерашнего нападения пылал в драконьем пламени, – позволила мне довольно быстро справиться с этим странным состоянием.

– Добрый день, господин барон, – сказала я и нашла в себе силы легко улыбнуться. – Какими судьбами?

– Разве я мог пропустить экзамен моей… любимой ученицы? – не моргнув глазом соврал этот гад.

Внутренний голос произнёс, что барон не соврал, просто по-другому видит роль женщины и то, как работает закон.

«Э-эх», – вздохнула во мне женщина. «Коз-зёл», – сверкнула глазами Матильда.

– Рад, что вы успели на экзамен, – сказал этот лицемер, явно стараясь вывести меня из себя.

– Вы будете проходить, барон? – не отвечая на его колкость, спросила я.

Барон открыл дверь и сказал:

– Только после вас, госпожа Камински.

А мне впервые после того дня, как я решила жить без Фредерика, захотелось заявить, что не Камински, а Говард, но я подавила в себе эту минутную вредность.

Высоко подняв голову, я прошла мимо, но барон встал так, что перегородил проход, и я практически протиснулась мимо барона, ощутив твёрдость его тела, и чудом не покраснела, услышав, как он втянул воздух, когда я проходила мимо.

«Ну и пусть», – подумала я, не буду о нём думать. Напомнила себе, что он пытался меня шантажировать тем, что я, как выяснилось, жила на вилле Фоксхельда. Сейчас главным было сосредоточиться на экзамене, а то вдруг этот гадский барон начнёт меня заваливать.

Я, как профессиональный боксёр перед выходом на ринг, вспомнила все моменты, пережитые в замке Драконье Око, и поняла, что готова к первой части своей битвы.

На удивление первая половина экзамена, теоретическая, прошла довольно легко. Барон так и не задал ни одного вопроса, зато пара каверзных вопросов прозвучала от мистера Мердока – вот уж от кого не ожидала. Но когда я на них ответила и увидела довольное лицо босса, я поняла, зачем он это сделал: видимо, решил, что пусть лучше он задаст каверзные вопросы, чем позволит это сделать барону.

А вот вторая часть экзамена, на которой решались практические задачи, основанные на реальных случаях из адвокатской практики, была сложнее ещё и потому, что барон как будто специально ждал начала именно этой части, чтобы устроить мне проверку.

Первая задача была основана на случае, когда пожилая пара, прожив вместе много лет, решила развестись, и никак они не могли поделить кота, а я, как адвокат, была на стороне мужа, который выступал в роли ответчика, потому что он выкрал кота у своей бывшей жены, утверждая, что не выкрал, а забрал своё имущество.

Семейная практика и так самое сложное в адвокатской практике. А здесь ещё и барон Дерайн, и вопрос, который он задал, когда я уже практически «закрыла» дело, с формулировкой «административное правонарушение, а не уголовное», и мой клиент отделался минимальным штрафом, параллельно получив возможность встречаться с котом, звучал так:

– А если бы это был не кот, а рыбки?

Ну какой вопрос, такой и ответ.

– Рыбки, в случае если бы они были вынесены в аквариуме, могли быть причислены к краже, и тогда размер штрафа для мистера Х был бы увеличен в три раза. Но учитывая, что аквариум относится к совместно нажитому имуществу, сторонам было бы предложено урегулировать вопрос во внесудебном порядке либо продать спорную вещь, разделив рыбок пополам.

– А если бы это была одна рыбка? – спросил барон.

И мне тут же захотелось ответить, что в этом случае было бы лучше приготовить её в кляре, но по закону рыба не являлась домашним питомцем, а посему «переезжала» к тому владельцу, который смог бы доказать своё профессиональное увлечение, а также факт покупки – неважно, когда это произошло. Этой стороне отдавалось приоритетное право.

А когда я решила вторую задачу из положенных на экзамене, то барон снова попытался задавать вопросы, но мистер Мердок его осадил:

– Господин Дерайн, время вышло, на мой взгляд, студентка великолепно справилась со всеми заданиями.

Но барон Дерайн, глядя на декана, мягко сказал:

– У меня последний вопрос к этой, безусловно, блестящей студентке.

И ему, конечно, разрешили.

– Сможете ли вы жить без адвокатской практики? – задал вопрос барон Дерайн.

Я сразу поняла, что в вопросе заключена скрытая угроза. Что на процессе, который будет уже завтра, их линия будет построена на том, чтобы потопить меня и запугать.

Возможно, Матильда Камински бы сдалась, но Матильда Каменева не сдаётся, а барон этого не знал.

– Конечно смогу, – уверенно ответила я, – потому что у меня есть всё для того, чтобы жить: я, мои дети и моя светлая голова.

Пусть не думает, что меня напугают их попытки дискредитировать меня, тем более что я связалась с отелем и перевела деньги за проживание, получив от управляющей компании чек, что