Небесная танцовщица. Книга четвёртая - Ната Лакомка

голову и раздутый клобук. Так Анджали когда-то танцевала с матерью, с несравненной дайвики Урваши. И кто знает, у кого было больше яда – у кобры или у прекрасной апсары.

Да, надо просто представить, что танцуешь танец змей на потеху обманщикам, проживающим на горе Сумеру.

– Это не меня бросили к тебе в пещеру, – негромко произнесла Анджали сквозь зубы, обращаясь к кобре, – это тебя, беднягу, заперли вместе со мной.

Музыки не было, но людской шёпот, потрескивание огня, шорохи и перестук капель в пещере, биение собственного сердца – всё это стало для Анджали музыкой.

Подстраиваясь под покачивание кобры, Анджали тоже начала покачиваться из стороны в сторону, не спуская со змеи глаз.

Люди наверху затаили дыхание, наблюдая странный танец женщины и змеи. Покачивания становились сильнее, гибче, и вот женщина делает шаг вперёд, и змея тоже приближается на расстояние шага. Плоская морда кобры почти вплотную приближается к женскому лицу, и они сближаются, словно их притягивает друг к другу неведомая сила.

Анджали вся растворилась в этих движениях. Как будто сама стала змеёй. По её телу словно струились волны – от макушки до ступней ног, точно так же, как струились волны по змеиному телу.

– Что она делает? – раздался дрожащий женский голос с галереи. – Она танцует? Она сошла с ума?

Но то, что происходило там, наверху, Анджали не интересовало. Важно было лишь то, происходило здесь, внизу. Она ни за что не позволит ни людям, ни богам разлучить их с Танду. И если для этого надо будет расцеловать ядовитого змея, она это сделает.

Гибкие покачивания продолжались, и в какой-то момент Анджали показалось, что это не она повторяет движения кобры, а кобра повторяет за ней. Чтобы проверить это, Анджали наклонилась влево и замерла. Змея замерла тоже, застыв и глядя на женщину желтыми навыкате глазами с поперечными полосками зрачков.

Больше ждать Анджали не стала и, подавшись вперёд, поцеловала кобру прямо в плоскую морду, как раз туда, откуда мгновение назад выстреливался раздвоенный язык.

Наверху раздался многоголосый вскрик, но Анджали не дрогнула ни одним мускулом. Она не отшатнулась, не отодвинулась ни на полпальца, и змея тоже застыла, будто окаменела.

Боясь вздохнуть, танцовщица медленно отстранилась. Змея высунула язык, дрожащие кончики мелькнули и исчезли в пасти, но нападать кобра не стала. Продолжала стоять, раздувая клобук, и Анджали продолжила свой странный танец.

Теперь она опустила руки и развела их в стороны, изображая волну. По телу змеи, туго облитому чешуёй, тоже прошла волна, от головы до кончика хвоста.

– Хороший змеёныш, – прошептала Анджали одними губами, потому что в горле пересохло. – Хороший зме…ёныш…

Она снова подалась вперёд и снова коснулась губами плоской морды.

Наверху опять вскрикнули, а потом заговорили возбуждённо и испуганно.

Это был второй поцелуй. Теперь только и надо. Что поцеловать зачарованную змею в третий раз…

– Сиди спокойно, Татачка, – шепнула кобре Анджали и хотела сделать последний поцелуй, как вдруг змея словно очнулась и поползла вперёд.

Толстое чёрное тело обвилось вокруг тонкого белого тела женщина – совсем как в танце змей, который как раз исполнялся на контрасте смуглой и белой кожи. Только сейчас это уже был не танец.

Анджали застыла статуей, почти повторив позу злотого бога, который по-прежнему безмятежно и спокойно улыбался, глядя пустыми глазами.

– Сейчас он её задушит! – крикнул кто-то наверху.

Капельки пота опять потекли по вискам, но Анджали не дёрнулась и не попыталась сбросить с себя змеиное кольцо.

Кобра обвила её за талию, поднялась выше, а потом положила голову женщине на плечо.

Только и оставалось, что чуть повернуться и коснуться губами треугольной страшной морды.

Три поцелуя. Дело сделано.

Змеиный язык защекотал шею, и Анджали невольно вздрогнула. Но змей не набросился на неё, а скользнул кольцами вокруг ног, будто обнимая.

– Смотрите! Она соблазнила даже Тату! – раздался голос царицы Асти. – Она – ракшаси! Демоница!

69

Час от часу не легче!

Анджали подняла голову, стараясь не потревожить кобру, которая очень удобно устроилась на её теле, и громко сказала:

– Если бы я не выполнила условие, вы посчитали бы меня убийцей. Когда выполнила – посчитаете меня демоном? Вот так царская справедливость!

Наверху произошло замешательство, тени заметались за резными каменными решётками.

– Она прошла испытание, – прозвучал голос старшего жреца. – Тата подтвердил её невиновность!

– Эта глупая кобра просто мужского пола! – сварливо перебил жреца первая царица. – Да ещё и старая! Пусть поцелует молодую кобру-самку!

– Прикажешь перецеловать всех ядовитых гадин в этом мире? Тогда я начну с тебя! – не сдержалась и крикнула Анджали. – Значит, Танду был прав! Вы просто решили меня убить, а справедливый суд – это так, красивые и лживые слова!

Змей на её плече беспокойно зашевелился и зашипел, приоткрыв зубастую пасть. Но его беспокоили не крики Анджали, а шум на каменном балконе.

– Тата сказал, – продолжала Анджали, стараясь говорить насмешливо и уверенно, – что призовёт своих сородичей, чтобы защитить меня. Его сестра уже навестила царя, но у Таты есть семь старших братьев…

– Довольно! – голос царя Сатвана прозвучал неестественно тонко и сорвался.

Царю пришлось прокашляться, после чего он заговорил уже обычным тоном – властным и торжественным.

– Женщина доказала свою невиновность в смерти моей сестры, – произнёс Сатван. – Повелеваю отпустить её. Она оправдана и свободна.

– Но, царь!.. – гневно начала царица Асти.

– Мне повторить? – повысил голос Сатван. – Или хочешь отправить в сокровищницу, чтобы доказать, что Тата стар и потерял чутьё?

Царица Асти тут же умолкла.

– Возвращайся к колодцу, женщина, – велел Анджали старший жрец. – Сейчас тебя вытащат.

Сердце Анджали учащённо забилось. Неужели, всё позади? Все эти страшные испытания, все эти препятствия, которые возникали между ней и Танду? Она свободна, Танду свободен тоже – ведь царевна погибла. И её совсем не жаль, потому что нечего желать гибели другим – тогда не нарушишь карму и не испортишь дхарму.

– Наставница, вы были правы, – пробормотала Анджали, прикидывая, как бы избавиться от змея, который по-прежнему обвивал её тяжёлыми тугими кольцами и отпускать не собирался.

Прошло достаточно времени, прежде чем