Небесная танцовщица. Книга четвёртая - Ната Лакомка

И тучи сгустились, стремительно затягивая небо, вдалеке грянул гром, и первые капли дождя упали на сухую землю.

– Спасайтесь! Бегите! Бегите все! – бешено закричал Танду.

Слон первым почувствовал приближение катаклизма и бросился бежать, не разбирая дороги. Люди с криками разбегались, чтобы не быть растоптанными. Возница беспрерывно орал, уже давно выронив анкус и не имея возможности спуститься на землю. С воем и визгом мчались прочь собаки, и никто не вспомнил о Танду, который по-прежнему был связан.

Петля всё туже сжимала его шею, и он вынужден был бежать следом за испуганным слоном, чтобы не быть задушенным.

Жёлтая рогатая молния прочертила небосвод и ударила в землю где-то за стеной города, а следом раздался оглушительный раскат грома, и дождь хлынул сплошной стеной.

Люди бежали, натыкаясь друг на друга, и только тонкая фигурка Анджали продолжала свою безумную пляску.

Верёвка скользнула со слоновьей ноги, и Танду тут же обернулся вокруг своей оси, наматывая верёвку на пояс и перехватывая её связанными за спиной руками. Это ослабило натяжение петли, и он попытался достать узел петли зубами. Наконец это удалось, и Танду, раздирая рот в кровь, кое-как ослабил петлю и сбросил её. Верёвка зазмеилась по дороге, вслед за мчавшимся в страхе слоном.

Дождь заливал глаза, но Танду увидел брошенный кем-то из стражников меч. Упав на него спиной, Танду нащупал клинок и начал лихорадочно перетирать путы о лезвие.

То, что он не отсёк себе пару пальцев в придачу – было настоящим волшебством. Но радоваться этому не было времени, потому что молнии ударяли в землю всё чаще и всё ближе, грохот грома нарастал, улица опустела, только Анджали не заметила этого, продолжая танцевать. Она начала исполнять "атикрантам", вращаясь то в одну сторону, то в другую, всё быстрее и быстрее, и вместе с ней вокруг танцевали смерчи, выросшие уже до вторых этажей домов.

Чтобы добраться до жены, Танду должен был прорваться сквозь череду смерчей. Он замер, пытаясь уловить ритм их движений, чтобы пробежать между живыми столбами, но в это время на улице появились царские лучники.

– Стрела! – закричал старший из лучников, пытаясь перекричать шум ветра и грохот небесный и подземный.

Воины, как один, вынули стрелы одним слитным движением.

– Тетива! – раздалась новая команда, и лучники положили стрелы на тетиву, оттягивая правые руки до уха и целясь в танцовщицу, кружившуюся между смерчей, под проливным дождём.

– Не стрелять! – дико заорал Танду и бросился вперёд, чтобы встать между Анджали и лучниками.

72

Кто-то из воинов подчинился бывшему полководцу и опустил лук, но большинство даже не услышали криков Танду сквозь завывание ветра и раскаты грома. Зато рядом оказался советник Шанкара и проворно ухватил Танду за волосы. Он и рванулся из всех сил, в безумном порыве закрыть собой танцующую Анджали, оставил в цепких лапках советника прядь волос, но уже понял, что не успеет.

– Цель! – раздалась последняя команда, и сотня стрел полетела в Анджали, рассекая тугой воздух.

В это мгновение Танду почувствовал, что вполне может умереть снова. Сколько раз за свою жизнь воина он смотрел в глаза смерти, пережил амокшу, вспомнил смерть в прежнем рождении – но такого дикого, звериного страха не испытывал никогда.

Стрелы словно вонзились в его тело ещё до того, как достигли цели.

Но смерть получилась короткой, а следом за ней последовало столь же быстрое воскрешение.

Потому что ни одна стрела не попала в Анджали.

Смертоносные железные наконечники смело одним порывом ветра, вихря бури – неизвестно чем, но стрелы разметало, как соломинки. Но это точно не был случайностью, потому что Анджали издевательски расхохоталась. Её смех заглушил и вой ветра, и раскаты грома, а сама она резко повернулась в танце лицом к воинам.

Полные высокие груди соблазнительно качнулись, но вряд ли в этот момент кто-то из мужчин посмотрел на это упругое покачивание с вожделением.

Вооружённые луками и мечами отважные воины, которые не побоялись бросить вызов непобедимому войску Грахи, сейчас попятились перед хрупкой женщиной, у которой не было никакого оружия.

Танду опять хотел броситься между войском и Анджали, но советник Шанкара опять ухватил его за волосы, останавливая.

– Ты чуть меня не убил, – возмутился старик, – а теперь решил погибнуть сам?! Да ты помешался от страха, что ли, прославленный военачальник?

– Её надо остановить!

– Хм… – советник Шанкара задумчиво подёргал себя за тощую бородку. – Ты уверен, что сможешь это сделать? Она уже исполняет карану вивартитакам. Сейчас такое начнётся…

Ещё раз резко повернувшись, Анджали одновременно выбросила в разные стороны руки и ноги. Не слишком изящное движение, но в её исполнении это было завораживающе грозно и пугающе. Будто вспышка огня на земле. Будто всплеск энергии из самой глубины тела.

Вокруг танцовщицы вдруг зароились чёрно-синие огни, они выбросили чёрные лучи, а потом вспыхнули и превратились в чёрные сияющие шары – и это было удивительно и страшно, потому что свет не может быть чёрным… Или может?.. Пульсирующие сгустки чёрного света роились возле Анджали, как пчёлы вокруг царицы-пчелы. Она скользила между ними – тонкая, белая, с искажённым от ярости и ненависти лицом, прекрасная и ужасная одновременно.

– Чёрные шаровые молнии! Кара-агни! – Танду был потрясён не меньше воинов, так что застыл на месте, как и они.

– Она начала танец разрушения, – согласился советник, продолжая держать Танду за волосы. – Город обречён.

В ответ на его слова Анджали снова резко повернулась, выбрасывая руки и ноги. Повинуясь её движению, чёрные шары молний полетели в сторону воинов. Молнии пульсировали, как живые. Становились то больше, то меньше, меняли направление полёта, коварно кружились и делали рывки то в стороны, то вверх, то вниз.

Это походило на рой огромных пчёл… нет, шершней, которые собирались напсть на людей.

– Бегите! Не дотрагивайтесь до них! – закричал Танду, очнувшись.

Лучники попятились, но один из них всё же решил проявить смелость. Он выхватил меч и ударил по ближайшему чёрному шару, рассекая его надвое.

– Нет!! – дико заорал Танду, но его никто не услышал.

С громким хлопком чёрный шар взорвался тысячью чёрных искр, обжигая всех, кто стоял вокруг. С криками боли и ужаса воины бросились прочь. На ком-то