Взломай моё сердце, Уолтер - Криста Раэль

плече холодную руку. От страха парализовало. Я знала, кто стоит за спиной. Медленно, с бешено колотящимся сердцем, я повернула голову. На смотрела его ужасающая, пустая улыбка.

Я проснулась резко, словно кто-то силой выдернул меня из тёмной пучины. Вокруг царила тишина, густая, как застоявшийся воздух, давящая на грудь. Сердце стучало так громко, что я почувствовала его пульсацию в висках, в пальцах, даже в животе. Не сразу я осознала, где нахожусь. Чужая комната… Кровать, простыни с едва уловимым запахом свежести… Уолтер. Я у него. Ещё один глубокий вдох — я пыталась убедить себя, что всё это было лишь сном, ужасным, навязчивым кошмаром. Но почему они не отпускают меня? Почему я снова чувствую этот липкий страх, от которого трудно вздохнуть?

Я оглянулась в полумраке, отчаянно пытаясь вернуться к реальности. Всё ещё под действием адреналина, не сразу заметила, что он тоже не спокойно спал. Уолтер слегка подёргивался, словно его тело сражалось с невидимыми демонами. Его лицо было искажено страхом — лицо человека, которому снятся кошмары. Мне стало невыносимо больно видеть его таким.

Что ему могло сниться? Что могло так тревожить его? Этот человек, которого я считала таким невозмутимым, спокойным, уверенным в себе… Вдруг я почувствовала необходимость его успокоить.

Даже не подумав о том, что это неуместно, я опустила голову обратно на подушку, повернулась к нему, осторожно обнимая его за плечи, прижимаясь ближе. На мгновение это показалось странным, почти неправильным, но этот импульс был слишком естественным, слишком сильным, чтобы сопротивляться.

Внутри меня что-то неожиданно проснулось, хотя я старалась это чувство отогнать. Что я делаю? Какие чувства? Мы ведь всего лишь… одна ночь, ничего больше. Так зачем я здесь, почему не отпускаю его? И всё же я не смогла отвести руку, продолжая мягко гладить его по груди, чувствуя его дыхание, сначала поверхностное и напряжённое, затем немного выравнивающееся. Моя ладонь медленно скользнула к его волосам, мягким и коротким, словно запоминая это ощущение. Хотелось верить, что это успокоит его.

И вдруг, не издав ни звука, он открыл глаза. Его взгляд… Открытые настежь, его глаза блестели в полумраке комнаты, полные ужаса. Настоящего, неприкрытого ужаса. В этот миг я поняла, что его страх был намного глубже. Чего он боялся так? Или кого?

— Эй, всё хорошо, — мягко проговорила я, касаясь его плеча.

Уолтер взглянул на меня через какую-то завесу, будто не сразу понимая, где он, кто рядом, как будто ещё дрожа от видения кошмара, который его только что окутывал. Я осторожно провела рукой по его голове, стараясь придать прикосновению тепло и уверенность, чтобы вытеснить остатки его сна. Пальцы коснулись чуть отросших волос.

Я прижалась к нему, обнимая, давая почувствовать, что здесь, в этой тишине, я рядом и больше ничего не угрожает. Шептала:

— Всё хорошо, это был всего лишь кошмар…

Постепенно я ощутила, как его сильные руки обвились вокруг моей спины, прижимая к нему. Он был тёплый, словно на миг вложил в эти объятия остатки тревоги, и я позволила ему обнять меня крепче, ближе, как будто одно моё присутствие могло развеять всё то мрачное, что осталось на грани сна. Его губы коснулись моего виска, и этот нежный поцелуй ощущался, как обещание — молчаливое, но глубокое.

Когда через пару минут я слегка отстранилась, взгляд его был уже яснее. Улыбнувшись ему, я оставила лёгкий поцелуй на его губах, на секунду задержавшись, прежде чем подняться с постели.

— Сколько время, лисичка? — спросил он, всё ещё немного сонно, в его голосе звучало любопытство.

Я начала искать телефон, мельком оглядывая комнату. Вчера… Вчера мы увлеклись друг другом. Тогда почему все вещи лежали где-то на полу? Мы же в гостиной были. Но вот он — телефон, лежит возле кровати. Подняв его, я, затаив дыхание, осмотрела экран. О, слава богу, он цел!

Я быстро посмотрела на время и, ошеломлённая увиденным, разразилась восклицаниями:

— Черт! Боже мой…

Уолтер, услышав мой всплеск эмоций, встревоженно сел на постели, разглядывая меня с легким беспокойством, пока я судорожно бегала по спальне, пытаясь отыскать и собрать вещи.

— Твою мать! — я пробормотала, чувствуя, как время будто ускользает прямо из-под ног.

Он подошёл ко мне, лёгкими, почти беззвучными шагами, и осторожно положил руку мне на плечо.

— Лисичка? — тихо произнёс он, заглядывая в мои глаза. — Что случилось?

Я остановилась на секунду, встретившись взглядом с Уолтером. Его тёплые, любопытные глаза всматривались в меня, словно стараясь разгадать, что происходило в моей голове. На мгновение захотелось просто остаться, забыть обо всём и снова окунуться в спокойное тепло его объятий. Но реальность напомнила о себе — нужно было собираться.

Рывком отстранившись, я побежала в ванную, и уже на ходу, захлопывая дверь, выкрикнула:

— Я опаздываю на занятия!

Внутри всё бурлило. Чёртов балет. Почему именно сегодня? Почему нельзя было перенести? Как будто недостаточно, что отец сам выбрал для меня этот путь, распланировал каждый шаг. Даже здесь мне не дали возможности выбирать…

От размышлений меня выдернул его голос. Уолтер, не теряя ни секунды, вошёл в ванную, и его взгляд с любопытством следил за мной, пока я хаотично металась, выискивая одежду.

— Какие занятия? Давай я отвезу тебя, — предложил он, и голос его звучал спокойно.

— Балет, — бросила я, стараясь, чтобы он не уловил раздражения, закипавшего внутри. — Если собираешься подвозить, тогда иди и одевайся!

Я залезла в душевую, включив воду. Поток горячей воды, стекавший по коже, ненадолго развеял нервозность, будто смывая всё — напряжение, злость и ощущение, что меня загнали в эту клетку. Но времени было мало. Быстро помывшись, я выскочила наружу, надела вчерашнюю одежду и, едва наскоро высушив волосы, вылетела в гостиную, а затем в коридор.

Уолтер уже ждал меня, спокойный и собранный. Ловкий поворот ключа — и мы вместе направились на парковку, где он открыл машину и жестом пригласил внутрь. Едва пристегнув ремень, я заметила, как он взглянул на меня с лёгкой улыбкой, и тепло его взгляда на миг утихомирило моё дыхание.

Мужчина завёл мотор, и машина плавно тронулась с места, постепенно ускоряясь.

Глава 22

Эллисон Ведсон

На второе занятие я ехала с чуть меньшим сопротивлением. Внутри всё ещё бушевало чувство, что балет — это не мой путь, но что-то оставалось от первого урока. Возможно, это была музыка, или тот миг, когда мое тело само включилось в танец, несмотря на холодную строгость упражнений.

Я не могла это объяснить, но внутри затаилась