Твои валентинки - Анастасия Стер

Львам звезды советуют оглядеться. Возможно, то, что вы ищете, уже у вас есть!

Девы, поумерьте свой пыл. Даже если ваша вторая половинка далека от идеала, это все равно ваш любимый человек.

Весы, не забывайте о себе, если ныряете в омут романтических чувств. Помните, никто не способен заменить вам вас самих.

Скорпионы, не закрывайте свое сердце, даже если однажды вы обожглись. Любовь обладает чудесным свойством залечивать старые раны.

Стрельцы, даже не думайте унывать! Совсем скоро в вашей жизни появится такой же неисправимый оптимист, с которым вы вместе поймете, что жизнь – одно большое приключение ради любви.

Ксения Хан. Кофейня «Январский свет»

Впервые Тея заглядывает в кафе на углу авеню де Лос-Аркос и бульваром Бернардо Квинтана Арриойи в конце января. По меркам местных зима в Мексике прохладная, но видели бы эти местные заснеженные улицы ее родного Бруклина, и навсегда перестали бы жаловаться на погоду. Семьдесят три градуса при минимальной влажности воздуха – это рай, а не зима.

В мексиканский городок Сантьяго-де-Керетаро, а попросту – Керетаро, Тея приехала по приглашению автономного Университета Керетаро год назад. Думала, сможет набраться опыта в преподавательской деятельности и укатить обратно в Нью-Йорк, чтобы податься в университеты покруче. Но местные виды ее заворожили, и хотя подруге Мэри, оставшейся в Нью-Йорке, Тея говорит, что вернется в Америку, едва закончится контракт, сама все же подумывает о том, чтобы задержаться еще на год… Или полтора.

В перерывах между парами, по вечерам после занятий и на выходных Тея тут очень много гуляет. Узкие улочки Керетаро встречают ее тем самым мягким, золотистым светом, который бывает только в городах с вековой историей. Стоит Тее выйти из тени арок – тех самых, что тянутся над городом почти два километра, – как перед глазами раскрывается разноцветная мозаика колониальных фасадов. Охристые стены соседствуют с домами, выкрашенными в глубокий кобальт, рубиново-красный или солнечный желтый. На балконах – кованые решетки, под ними – тяжелые дубовые двери, за которыми прячутся прохладные внутренние дворики с фонтанами.

Больше всего Тея любит дома на улице Синко де Майо: старые, с высокими потолками и деревянными ставнями, пахнущие кофе, булочками и чем-то неуловимо пряным, будто солнце впиталось в стены и осталось там навечно. По утрам здесь оживают маленькие лавки, где продают керамику и ткани, украшенные узорами, которыми славились еще прадеды местных мастеров.

И каждый раз, когда Тея проходит мимо старинной церкви Сан-Франсиско – ее массивная колокольня возвышается над крышами, будто следит за городом, – сердце невольно замирает. Не из-за религиозного трепета, нет. Просто есть что-то в этих кораллово-красных стенах и идеально подстриженных апельсиновых деревьях во внутреннем дворе, что заставляет Тею чувствовать себя частью города, даже если она приехала сюда всего лишь на пару лет.

В такие минуты она понимает: Керетаро уже успел стать для нее если не домом, то местом родным – тихим, теплым, неспешным, в котором каждое утро пахнет свежим хлебом и жасмином.

Но – прочь пока мысли о том, стоит ли ей возвращаться после окончания контракта или нет. Сейчас ее ждет кофе. Стоит надеяться, восхитительный.

Когда Тея толкает тяжелую стеклянную дверь кофейни с необычным для местных названием «Luz de Enero» – «Январский свет», – над той звенит маленький латунный колокольчик. Звук такой домашний, что Тея мгновенно чувствует, будто вошла не в незнакомое место, а в уютную гостиную, где ее давно ждут.

Ее темно-каштановые волосы, слегка волнистые и обычно собранные в неряшливый хвост, падают на плечи и мерцают на свету от витрин. Кожа – светлая, с легким золотистым оттенком, словно отражение мексиканского солнца в окнах старых домов. Легкий макияж едва подчеркивает выразительность ее тепло-карих глаз, а мягкий румянец на щеках делает ее взгляд живым и открытым. На ней теплая рубашка кремового цвета и узкие джинсы.

Внутри кофейни пахнет свежемолотым кофе, ванилью и чем-то древесным, будто в углу тлеет ароматическая палочка с запахом сандала. Мягкий свет ламп отражается от кирпичных стен, оставленных нарочно грубыми – будто хозяин хотел сохранить дух старого здания. На полках – книги на испанском и английском, несколько старых фотоаппаратов, пара гитар и трогательные безделушки, которые обычно собирают люди с хорошим вкусом и немного странной душой.

За стойкой – высокий мужчина, в темной рубашке с закатанными рукавами. Он смотрит на Тею внимательно, но без навязчивости. Владелец, должно быть. У него глубокий взгляд, которым он провожает Тею, расхаживающую по помещению, будто умеет читать людей, даже когда они стараются казаться спокойнее, чем есть на самом деле. Тея тоже его ненароком рассматривает. У него широкие плечи, прямая осанка – Тея бы даже сказала, выправка – и короткие темные волосы, чуть тронутые солнцем.

– Buenos días, señorita[21], – говорит он бархатистым голосом с едва заметной хрипотцой. – Primera vez por aquí?[22]

Тея замирает у полки с разрисованной гитарой, оборачивается. На всякий случай кивает, на секунду чувствуя, как щеки предательски теплеют.

– Э-э, да… то есть sí. Просто… проходила мимо и решила заглянуть.

Мужчина ей улыбается – медленно, будто улыбается не всем посетителям, а только ей одной.

– Тогда добро пожаловать. Я Алехандро.

Он не протягивает руки, но Тея почему-то уверена: если бы он это сделал, она бы растерялась еще сильнее.

– Тея, – отвечает она, пряча выбившуюся прядь за ухо. – Мне… э-э… что вы посоветуете?

Алехандро на секунду задумчиво смотрит на нее, будто подбирает кофе не по вкусу, а по характеру.

– Думаю, вы бы предпочли флэт уайт, – говорит он наконец, чуть склоняет голову, будто раздумывая, и добавляет: – Но позвольте я приготовлю вам фирменный кофе моей бабушки.

Она улыбается в ответ – и неожиданно ощущает легкое, но отчетливое волнение.

А когда он отворачивается к кофемашине, Тея замечает: движения у него слишком точные, почти военные. Но эта мысль проходит так же быстро, как и пришла.

Пока он готовит кофе, Тея оглядывается вокруг – и понимает, что это место может стать новым маленьким убежищем. И что хозяин кафе… может сыграть куда большую роль, чем просто бариста, который просто кажется слишком большим в этой маленькой кофейне с зимним названием.

Алехандро возвращается к ней с большой глиняной