Прекрасный Дьявол - Л. Дж. Шэн

желание дотронуться до себя, пока он снова и снова проникал глубоко в горло, используя руку на шее, чтобы тянуть меня к себе, заставляя член полностью исчезнуть в моем горле, пока я не почувствовала, как он изгибается у моего кровоточащего горла. Я не могла позволить себе не испытать оргазм. Я знала, что этот будет потрясающим.

— Нет. Нет, я не кончу в твой рот, — пробормотал он себе под нос и внезапно вытащил член. Он повернул меня на живот и встал на колени по обе стороны от моей попы, зажимая меня. Он немного дрожал, и я понимала, что это потому, что он нарушает свои же правила, позволяя мне быть в его кровати, в его мире.

— Как рот? — нахмурился он.

— Переживу, — ответила я, полный рот скользкой слюны. Может быть. Если не вывихну себе челюсть.

Его кулаки скользнули по моей попе, палец слегка коснулся меня внутри.

Я оттолкнула его руку, уткнувшись лицом в подушки.

— Нет, — с прерывистым дыханием сказала я. — Трахай меня. Используй. Утопи в себе. Хочешь, чтобы это было без любви? Пусть будет.

С рычанием он сплюнул на член, смазал его слюной, провел рукой, и ввел блестящую головку внутрь. Мои бедра были сжаты, что усиливало трение и жар. Когда он вошел, он понял, что я уже влажная для него.

Из его груди вырвался хриплый звук, он наклонился вперед, впившись зубами в бок моей шеи, и начал глубокие, сильные толчки, зажимая мои ноги, чтобы не дать им разойтись. Глаза закатились. Каждый его толчок заставлял мою голову слегка ударяться о изголовье, а клитор натирался о матрас. Мои грудь подпрыгивала, соски терлись о простынь, создавая приятное трение. Тепло разливалось по моему нутру.

Мой пульс стал прерывистым, отражая его прерывистые толчки. Я опёрлась на предплечья, прогнув спину. Это позволило ему проникнуть глубже. Но было почти слишком хорошо. Я вот-вот должна была кончить, и хотела продлить это ощущение. Звук нашего тел, бьющихся друг о друга, смешивался с ароматом наших соков, наполнявшим воздух. Мы тяжело дышали, стонали и царапали кожу друг друга, словно враждуя. Каждый его удар заставлял меня ощущать, будто он сбрасывает меня с вершины высокого, нависающего обрыва.

Он обхватил мою талию, массируя клитор и лаская губы влагалища. Мой оргазм накапливался в глубине живота, как цунами, набирающее силу, чтобы вырваться на поверхность.

— Не кончай, пока я не скажу, — его рот коснулся моего уха.

Я скользнула в позу кошки, продолжая подносить ему свою попу в знак предложения. Я хотела, чтобы он полностью меня забрал. Хотела смириться с тем, кто мы есть.

Запрещённые.

Неправильные.

Лжецы.

Он уловил моё немое приглашение. Его губы обгладывали ушную раковину.

— Это предложение? — его ладонь скользнула от талии к ягодицам, массируя мои мышцы уверенными движениями.

— Нет, — прошипела я. — Это приказ.

— Вот моя маленькая убийца. — Мы оба были убийцами. Как бы я ни пыталась оправдать своё прошлое. — Почему?

— Потому что чем больше частей себя я отдаю тебе, тем меньше виновата за то, что сделала с тобой.

— Я уже простил тебя в день, когда ты согласилась стать моей женой. — Он вышел из меня и наклонился между ног, пальцами раздвигая мои ягодицы, лизнул и оттопырил их. Язык его был горячим и плоским, он провел от клитора вниз по влагалищу до анального отверстия, лакал и кусал, заставляя меня дрожать от удовольствия. Затем он плюнул в мой анус и занял позицию на коленях. — Кроме того, я не могу насытиться тобой. — Головка его члена коснулась моего напряжённого отверстия. — Ещё не поздно передумать.

— Трахай меня, как одну из своих безымянных завоеваний.

Погружение было болезненным и захватывающим. Он целовал мою влажную, взмокшую спину, лаская ребра нежно.

— Чёрт, Apricity. Трахай.

Когда он полностью вошёл в меня и начал двигаться, мне казалось, что меня разорвет от столь сильного растяжения. Он ввёл два пальца во влагалище, и я почувствовала одновременно дискомфорт и восторг. Я выпрямила спину, тело хотело убежать от боли и удовольствия. Моя спина плотно прилегала к его грудным мышцам, я обернула руку вокруг его шеи. Мы целовались и трахались — медленно, чувственно — его член в моей попе, пальцы играли во мне, ласкали и награждали.

Я была близка. Так близка, что могла заплакать. Дрожала, стоя на неустойчивых коленях. Рука Тейта скользнула с моей талии к груди, играя с чувствительным соском.

— Пожалуйста, — простонала я. — Позволь мне кончить.

— Кончи, — грубо приказал он.

Мы оба кончили. Я почувствовала прилив жара, бегущий по телу, словно гром, все мышцы сжались, а его толстая, тёплая жидкость наполнила меня. Я рухнула, словно сносное краном, лицом в подушку, корчась от оргазма. Когда он вышел, моя попа была полной его семени. Оно стекало по изгибу ягодиц на внутреннюю сторону бёдер. Тейт поцеловал меня в ягодицу сзади, прочно положив руку на основание моей спины, чтобы я не встала.

— Спи так, Apricity , — прошептал он, развалившись рядом. — Хочу, чтобы ты проснулась завтра и помнила, что полна моего семени.

Мы уснули, переплетённые друг с другом, в беспорядочной постели, пропахшей сексом, нарушая все его правила.

И все мои тоже.

ГЛАВА 39

ДЖИА

Она в коме. Мы ничего больше не можем сделать, — сказал врач. — Ваша мать сейчас находится в состоянии, которое мы называем синдромом бессознательного бодрствования, или УВС для краткости. Жизнеобеспечение поддерживает её жизненные функции, но сознание она не приобретет.

Я прижала сумочку к груди, словно она могла защитить меня от новых плохих новостей.

— Это было из-за недостатка кислорода в мозге, пока мы боролись с ее многочисленными инфекциями. — Он снял очки для чтения и протер их краем рубашки. — Пришлось одновременно тушить много пожаров.

— Но она не в состоянии мозговой смерти? — мой голос был ровным и достоинственным.

— Нет. Она может дышать самостоятельно, но не реагирует на внешние раздражители. Помимо самостоятельного дыхания, у неё полная мозговая атрофия.

— Хорошо. — Я облизывала губы. — Что мы будем делать?

— Ваша мать не зарегистрирована в США как донор органов, и даже если бы была, большинство её внутренних органов уже атрофируются. Как только мы уберём зонд для кормления, соли и электролиты, она умрет в течение нескольких дней.

—