Прекрасный Дьявол - Л. Дж. Шэн

Доктор Филдс встретил мой взгляд взглядом.

— Она ничего не почувствует, Джиа. Ни голод, ни жажду она больше не испытывает. Ей будет назначено паллиативное обезболивание. Мы сделаем всё, чтобы ей было максимально комфортно в данных обстоятельствах.

— Вы собираетесь медленно её угасить, — возразила я. Даже не знаю, почему спорила. Я не имела ни малейшего представления о процедуре.

— Она не чувствует ничего. Ни боли, ни голода, ни жажды. Ничего.

Я кивнула. — Хорошо. — Вдохнула. — Хорошо.

— Хотите выключить зонд для кормления?

— Да. — Я не запнулась. Я знала свою мать. Она не захотела бы существовать так. — Да, хочу.

— Хотите быть рядом, когда мы снимем её?

— Да. — И тут не было колебаний.

— Хотите, чтобы мы позвонили вашему мужу или близким, когда снимем зонд?

Я подумала недолго. Кэл была в Лондоне. Дилан училась на медика. Тейт был занят управлением империей и борьбой с криминальными авторитетами. У него не было времени на это. К тому же он был раздражителен и эгоистичен, зная, что ее смерть означала бы конец нашего брака.

— Нет. — Я улыбнулась вежливо. — Мне никого не нужно. Я сделаю это одна.

ГЛАВА 40

ДЖИА

— Эта женщина самая жесткая женщина, которую я когда-либо знала, — объявила Дилан десять дней спустя, влетая в комнату мамы с кофе и сидровыми пончиками.

Я сидела рядом с мамой, гладя её волосы. Прошла уже больше недели с тех пор, как убрали желудочный зонд и капельницу, а она всё ещё жива и даже вчера помочилась. Доктор Филдс был озадачен, но уверял меня, что ей не мучительно.

— Десять дней без зонда для кормления. Ну, вау, — Кэл выхватила кофе из держателя, прищурилась, читая имена на них, и протянул мне мой овсяный латте с корицей. — Наверное, это какой-то рекорд, да?

— Странно — внимательно ждать, когда твой родитель уйдет из жизни, — я сделала глоток кофе. — Мне надо будет продлить отпуск на работе.

— Ты никому не должна объяснений, — Дилан плюхнулась на небольшой синий диванчик в углу комнаты, скрестив ноги. — Ты трахалась со своим боссом.

Энцо стоял у двери, читал корейскую драму на телефоне. Ну, он утверждал, что это книга. Мне же казалось, что это чистая манга с порнофрагментами. — Ц-ц-ц. Всегда леди.

— Есть проблема с моим языком? — Дилан резко повернулась к нему, указывая пальцем. — Держи свои суждения при себе и к черту патриархат.

— Какая совпадение. У меня второе имя — Патриархат, — усмехнулся Энцо. — Пойдем в какое-нибудь укромное место?

— Она счастливо замужем, — я покачала пальцем. — Не флиртуй.

— Он может флиртовать, но ему ничего не перепадёт, — объявила Дилан. — Хотя я ему кофе принесла.

— Ты не знаешь, как я люблю кофе, — улыбка Энцо разошлась шире. Он всё больше проявлял свой характер.

— Ладно, ребята? Мы находимся в присутствии духа, который сейчас переходит в лучшее место, — Кэл погладила меня по спине круговыми движениями, косо взглянув на них.

— Её дух никуда не денется, — сказала Дилан, сделав глоток кофе. — Эта женщина сильнее нас всех вместе взятых.

Я поправила маме подушку, проверила, что её пушистые носки натянуты, и нанесла еще слой бальзама на сухие губы. — Ей, наверное, некомфортно.

Я уже связывалась с похоронным бюро в Уимблдоне. Все готово. И, как бы ужасно это ни звучало, и я была готова. Я почти не покидала маму с тех пор, как доктор Филдс убрал трубки. Только ненадолго, чтобы поспать дома. Я спала в комнате Тейта, но не рассказывала ему о её состоянии. Он и не спрашивал.

— Можно как-то ускорить процесс? — тихо спросил Кэл.

Дилан бросила Энцо вызывающий взгляд. — Почему бы нам не спросить его? Он — эксперт.

— Перестаньте ссориться с моим телохранителем, — отчеканила я подруге. — И нет, к сожалению, мы мало что можем сделать. Она не должна была… продержаться так долго.

Дилан покусила нижнюю губу, задумавшись.

Я повернулась к ним. — Это не может продолжаться еще долго, правда? Сколько можно прожить без еды и воды?

Кэл посмотрела в телефоне. — Восемь до двенадцати недель, по данным Гугла.

— Господи боже. — Я помассировала виски. — Мама упрямая. Думаю, она дождется самого последнего момента.

— Какое ее полное имя? — большие пальцы Дилан быстро двигались по экрану телефона. — Я попрошу мою маму помолиться. Она очень религиозна. Очень близка с Богом.

— Откуда знаешь? — улыбнулась я.

— Она молилась, чтобы я нашла мужчину, который полюбит меня такой, какая я есть. И я нашла. Это должна быть высшая сила.

Я дала ей полное имя моей мамы.

— Это неплохая идея, — Кэл мягко улыбнулся. — Нам действительно нужно чудо.

Я вдавила основание ладоней в глазные впадины. — Нам нужен изгнатель бесов.

— Это слишком жестко. Я только пришел, — голос Тейта заставил меня подпрыгнуть. Он вошёл с пакетами с едой на вынос.

Благодаря своему спокойствию и дорогому рабочему костюму Kiton никто бы не догадался, что этот человек за последние четыре месяца убил пятерых.

— Я говорила о своей матери, — тепло разлилось по моим щекам. — Она в коме.

Дилан и Кэл обменялись растерянными взглядами, удивлённые, что он еще не знает.

Он поставил еду из ресторана на комод. Это была кубинская еда; я узнала по запаху ropa vieja, lechon asado и yuca con mojo. Некоторые из любимых блюд мамы. Он подошел ко мне и поцеловал меня в лоб. — Почему экзорцист? — спросил он.

Вывиваясь из его объятий, я прочистила горло. — Мы отключили ей питание десять дней назад, а она всё ещё держится.

Взгляд Тейта скользнул по бледному лицу матери. Гнев закипал у меня в жилах. Неужели он не может хотя бы сделать вид, что его это волнует? Я его жена. Мало ли, мог бы хотя бы притвориться, что не всё равно.

Тейт дернул подбородком. — Я посмотрю, что смогу сделать.

— Я не просила у тебя помощи, — я отрезала. — Поверь, я знаю, что ты не прочь избавиться от её существования.

Сразу пожалела о сказанном. Я что, выдала своего мужа как убийцу?

— То есть… потому