Научу быть папой - Мира Спарк

Хотя каждый раз, когда я на нее смотрю, все понятно и без всяких тестов.

Заходим в подъезд обычной панельки — темный, какой-то зассаный, изрисованный местными гопниками.

Замираю на входе — чет даже жаль подошвы своих кросс.

Брезгливостью я никогда не отличался, но и отвык жить в таких маргинальных местечках.

Анютка же смело делает шаг вперед — едва успеваю удержать ее.

— Погоди, малая…

Она поднимает на меня глаза и замирает.

Послушная… когда не упрямится.

Подхватываю ее на руки — еще не хватало какую-нибудь заразу подцепить.

Поднимаемся по лестнице — Темыч живет на четвертом этаже, и для мои усталых мышц — это отличная разминка.

С легким утяжелением.

Анютка обхватывает меня ручонками за шею и прижимается щечкой.

Я улыбаюсь — смешная она все-таки и… милая.

Вдавливаю кнопку звонка, и тут же из-за двери раздаются детские крики-визги и настоящая свистопляска.

Вдобавок еще и собака начинает тяфкать.

Анютка прижимается сильнее.

Я тоже напрягаюсь.

Дверь распахивается и на пороге появляется он — мой студенческий товарищ.

Только…

У меня даже рот чуть приоткрывается — это, вроде, Темыч, а вроде и не он.

Того Темыча, с которым мы тусили и общались, ветром могло сдуть — тростинка.

А теперь передо мной… Мужичок с аккуратненьким брюшком — будто арбузик целиком проглотил.

Коротенькие волосы заметно выцвели и поредели.

Сам в трениках каких-то с отвисшими коленями и застиранной футболке, с изжеванным воротником.

Только за толстыми стеклами кругленьких очечков поблескивают знакомые добрые глаза — чуть выцветшие немного, но все те же.

— Оле-ег, — широкая улыбка тут же освещает пухленькое лицо Темыча. — Сколько лет, сколько зим!

Это его «сколько лет, сколько зим» меня еще в универе запарило, как и другие старперовские присказки.

— А я и не думал, что ты все-таки приедешь!

Протягивает руку и тут же отдергивает:

— Через порог нельзя! Проходите-проходите!

— Здорово-здорово, Темыч, — я оправляюсь от первоначального шока и втискиваюсь в узенькую дверь.

В квартире Темыча другой мир: приятно пахнет свежей выпечкой и очень чисто.

Под ногами тут же начинает скакать и виться маленькая такса, а дети хоть и галдят где-то недалеко, но как собака под ноги не бросаются.

Обмениваемся с Темычем крепким рукопожатием.

По глазам вижу, что он искренне рад меня видеть.

А мы с ним и не общались-то сколько лет? Мне даже стыдно немного становится.

— А тебя как зовут, красавица?

Анютка смотрит на меня вопросительно и говорит:

— Мне мама не лазлешает с незнакомыми лазговаливать.

Я чуть киваю.

— Это дядя Артем — мой старый друг. С ним можно знакомиться и разговаривать.

Мелкая серьезно разглядывает улыбающегося Темыча.

— Анютка.

— Ты настоящая умница, Анютка, — Темыч протягивает и ей руку. — Мама тебя абсолютно правильно учит. Сколько же тебе лет?

— Четыле.

— Пойдешь знакомиться с моей семьей?

Анютка опять оборачивается на меня, и я не успеваю ничего сказать, как она тут же категорично заявляет:

— Только с папой.

Темыч переводит взгляд на меня:

— С папой? — усмехается.

— Долгая история, Тем, — отмахиваюсь я. — Вернее, не долгая, но не сейчас.

Темыч понимающе кивает и провожает нас на кухню.

— Моя Людочка, — представляет он невысокую пухленькую женщину.

Потом мы проходим в комнату и знакомимся с детьми: их у него трое.

Живут в двушке.

Да, квартирка чистая, но маленькая — просто ужас. Как они тут все помещаются?

У меня чуть приступ клаустрафобии не случается, когда мы рассаживаемся в их «зале» за маленьким столиком пить чай.

Я бы в таком клоповнике и один жить не смог…

— Смотри, соседка наша, Клавдия Петровна, квартиру сдает напротив. У нее однушка. Чистая, ухоженная… нормальная, в общем квартира, — рассказывает Темыч. — Я, как и обещал, могу за тебя слово замолвить…

Дети схватив конфеты убегают играть в другую комнату, и я отпускаю с ними Анютку. Витьку — среднему сыну Темыча как раз пять лет, и они найдут общий язык.

— Она сдает за сорок пять, — продолжает Артем. — Ну, может скинет немного, но я бы не рассчитывал…

И пытливо смотрит на меня:

— У тебя как с деньгами-то?

Поджимаю губы и улыбаюсь:

— Сорок пять так сорок пять, Тем. С деньгами… с деньгами я решу.

— Оплата вперед, сам понимаешь, — потирает лоб Тема и оборачивается к жене: — Люд, мы помочь сможем, как считаешь?

Люда вздыхает, но смотрит на меня без негатива, с какой-то смесью жалости и доброты.

— Давай посмотрим… Зубы тогда в этом месяце тебе придется отложить…

Темыч машет рукой:

— Подожду, ничего страшного.

Я встаю и улыбаясь говорю:

— Да ладно вы чего, — натянуто смеюсь. — Я же сказал — решу вопрос.

Еще не хватало, чтобы меня жалели.

Да и с протянутой рукой я не привык ходить.

Темыч с сомнением смотрит на меня.

— А с работой что у тебя?

Развожу руками:

— Работы нет, жилья нет, ничего нет — я на стартовой точке, Тем.

— Ребенок есть, — глубокомысленно замечает он.

— Ага, это ты точно подметил — ребенок есть.

Тема вздыхает:

— Ну, пойдем я тебя с Клавдией Петровной познакомлю, а потом и по работе поговорим…

* * *

ТОЛЬКО ДЛЯ ЧИТАТЕЛЕЙ СТАРШЕ 18 ЛЕТ

Дорогие читатели!

Приглашаю вас в другую историю нашего литмоба "Папа может все"

от Ани Истоминой

"Папа для мамонтенка"

https:// /shrt/ATPX

Глава 10

Олег

Заглядываю в комнату — моя козявка уже строит пацанов Темыча.

— Вы не плавильно иглаете! Для мамы нужно сначала постлоить домик, а потом…

Ну и хорошо.

Надо ее в детский сад отдать — пусть там играет с такими же.

Строит дома для кукол, хоть целые города… а я пока делом смогу заняться.

В очередной раз думаю, что родителем быть не так уж сложно.

Идем с Темычем смотреть местные хоромы.

Дверь напротив. Звоним.

Из-за двери слышится бодрое шарканье.

Натягиваю приветливую улыбку. Прекрасно же понимаю, что с моими-то фонарями выгляжу как алкаш после пятнадцати суток.

— Убирайтесь прочь, мошенники треклятые! — раздается скрипучий голос из-за двери.

От такого начала даже я — видавший всякое по жизни, недоумеваю.

А Темыч только смущено улыбается и потирает лоб большим пальцем — эта привычка у него с универа.

— Клавдия Петровна всех кто приходит считает мошенниками. Превентивно, так сказать, — посмеивается он и встает к глазку, чтобы его получше было видно.

— Теть Клав, это я! Артем! — кричит он на весь подъезд.

— Какой такой Артем? Никакого Артема знать не знаю, и счетчики мне поверять не нужно! — кричит из-за двери бабка.

Совсем старая