Кто же я? - Анна Миланик

мной труп. Я стояла перед телом мертвого мужчины на коленях, так как подползла к нему на четвереньках, а одежда моя теперь испачкалась кровью. Что-то холодное коснулось затылка.

«Ствол», — молнией пронеслась догадка в голове.

А дальше я не думала. Резко обернулась, быстрым движением схватила направленное на меня оружие, и вот уже пистолет в моих руках.

Прилив адреналина притупил боль, в эти секунды совсем забыла о том, что у меня сломаны ребра, пальцы на руке и огнестрел в плече. Просто действовала. Быстро, точно, без промедления.

Дважды нажала на курок, и мужчина, который несколько мгновений назад приставил к моему затылку дуло, повалился на землю мешком картошки. Он был весь в черном, лицо скрывала маска. И я только что точными выстрелами в голову убила его.

В проходе появился еще один человек в балаклаве, и три выстрела из пистолета обезвредили его. Пули вылетали из оружия, которое находилось в моих руках.

И глазом не моргнув, убила двоих человек, а минуту назад растерянно наблюдала за охранником, который лежал в своей крови, и переживала ужасные воспоминания, которые наверняка сломали мою психику много лет назад.

Послышался хруст стекла, дуло пистолета тут же направилось в сторону шума. В проеме стоял Ворон. Наши взгляды пересеклись. Не знаю, что прочитал в моих глазах Алекс, но медленно поднял руки с оружием.

— Детка, спокойно это я, — сказал он, не отрывая от меня взгляд.

Секунда, другая — и я опустила пистолет, но осталась в боевой стойке. Тело осталось напряженным, взгляд сосредоточенным. Я убивала раньше! Знала, как это делать.

Опустила оружие и посмотрела на свои руки. Пистолет ТТ, на восемь патронов, калибр семь-шестьдесят два. Рукоятка привычно лежала в руке. Постепенно я почувствовала, как приходит расслабление.

— Ты в безопасности. Отдай это мне, — приближаясь, тихо говорил Ворон.

Настороженность и привычный лед в холодных глазах мужа отрезвили меня. Он единственный, кто сейчас для меня был реален.

Растерянно продолжила смотреть на все вокруг. Я сомневалась, стоит ли отдавать оружие. Но Ворон дотронулся до моей холодной руки теплой ладонью и уверенным движением отобрал пистолет. Спрятал его и привлек меня к себе.

— Неужели все это сделала я? — прошептала недоуменно скорее себе, чем ему.

— Это самозащита. Ты умница, детка, — попытался успокоить он.

Я ощущала, как будто все вокруг начинает кружиться, тело слабело, а мозг лихорадочно искал ответы на множество вопросов.

— Я убийца, — едва выдавила, глядя на кровь на полу и мужчин в масках.

Руки начали дрожать, колени подкашивались, а по щекам покатились слезы.

— Тише-тише. Все хорошо. Я рядом, — услышала голос мужа, и сильная рука нежно погладила мои волосы.

На смену шоку пришла боль и усталость. Никогда бы не подумала, что я так могу. Как фильмах, просмотренных накануне, раненый герой убивает своих противников. Через плечо Ворона заметила двоих мужчин в форме охранников.

— Шеф, все чисто, — отчитался один из них.

— Нам нужно уходить, — подхватив меня на руки, сказал Алекс. — Тебе не следовало этого видеть. Извини, что не смог оградить.

Я себя не видела, но точно знала, что выгляжу плачевно, как бездомный потрепанный котенок, распластавшийся у него на груди.

Ворон вынес меня во двор, и на улице тоже лежали трупы охранников и людей в масках. Настоящая бойня. Я спрятала лицо у него на груди, чтобы укрыться от этого ужаса, а Алекс лишь сильнее прижал меня к себе.

Мы сели в машину. Продолжая прижимать меня к себе, Ворон отдавал какие-то распоряжения. Но я больше ничего не слышала и не видела, потому что в ушах стоял звон, а перед глазами — пелена.

Кто же я, черт возьми?

Глава 4

Мы долго ехали. Я по-прежнему прижималась к Ворону, но не чувствовала себя защищенной. В его глазах читалась настороженность и задумчивость. Но рядом с ним было комфортно.

Алекс не отстранялся, бережно придерживая меня рукой. А я смотрела в одну точку, перематывая в голове, как кинопленку, все произошедшее. Но новые воспоминания не спешили появляться.

— Как умер мой отец? — спросила я тихо.

Муж мельком глянул на меня и нахмурился.

— Его убили.

— Сколько лет мне тогда было?

— Одиннадцать, — прозвучал короткий ответ.

— Убийц нашли?

— Да, но не все согласны со следствием. Ты что-то вспомнила?

— Да. Момент убийства моего отца.

Я лежала на коленях у мужа, оттого он смотрел на меня сверху вниз. Задумчиво и напряженно.

— Мне очень жаль, детка, что именно это твое первое воспоминание.

Он помолчал, а потом продолжил:

— По одной из версий, его убили случайно. Банда отморозков затесалась в тех краях. И свидетелем гибели Михаила Гроздина стала его дочь, но помочь следствию она никак не смогла. Она видела лишь ноги преступников, так как спряталась под кроватью. — Он подумал, а потом добавил: — Тебя нашли лишь час спустя. Все это время ты пробыла с отцом, держа его за руку.

— Михаил Гроздин, — произнесла я, но в голове не произошло вспышки или чего-то такого. Не последовало лавины воспоминаний. Как будто мозг сознательно блокировал информацию.

Мы продолжали ехать, пейзажи за окном менялись. На одной из остановок Алекс купил мне и себе спортивные костюмы и по футболке. Наша одежда была испачкана кровью и незамедлительно отправилась на дно мусорного бака.

Останавливаясь на заправках, вспомнила вкус еды быстрого приготовления. Бургеры, лапша и сосиски в тесте. Кофе вызвал нежные чувства. Оказалось, к этому напитку я небезразлична.

Во время остановок муж все время отходил и кому-то звонил, а в машине постоянно отвечал на сообщения. Я уже не лежала у него на коленях, а сидела у окна, изучая местность.

Ночью мы достигли цели.

— Выходим, — сказал Ворон, когда мы оказались у воды.

Я удивилась.

Мы направились к яхте. Алекс выглядел напряженным и оглядывался по сторонам, видимо, убеждаясь в отсутствии слежки.

«Яхта? Ничего себе!»

Не знаю, в первый ли раз я была на этом шикарном судне, но никаких ассоциаций оно не вызвало. После недавнего внезапного потока воспоминаний я держала ухо востро, ожидая, что начало положено, и вскоре все станет известно.

Внутри оказалось уютно и мило. Недешевое удовольствие, наверное.

За капитана был Ворон, поэтому в каюте я осталась одна. Нашла мини-бар и еду, а в тесном душе смыла с себя пыль.

На яхте имелся телевизор, я включила его, залезая под одеяло, но очень скоро почувствовала себя нехорошо. Меня знобило, тело била мелкая дрожь. Поискала аптечку, но не нашла ее. Капитана отвлекать не решилась, поэтому я сгребла все пледы, которые