Сердце подонка - Катерина Пелевина

Но я горжусь собой, что сдержалась. Что сделала максимально обидно для него.

Кирилл же, между прочим, не отдавал мне перчатку в Питере целых две недели. Выманивал, но не отдавал…

В этот раз я улыбалась ему с одной единственной целью — поставить врага на место.

И когда сажусь в его машину, оговариваю всё на берегу. Ибо не собираюсь вступать в какие-то новые связи.

— Если ты и в этот раз не вернёшь её, я…

— Вот… Я просто хотел узнать, где учишься и быть уверенным, что смогу караулить тебя дальше… — смеётся он и наконец возвращает мне мою вещь. — Всё в порядке? Загруженная какая-то…

Смотрю через стекло в сторону крыльца и победоносно выдыхаю, заметив, как Ник мечется от тревоги. Его рожу надо видеть. Шах и мат, придурок. Будешь знать на этот раз.

— Всё хорошо. Довезёшь меня до дома, пожалуйста?

— Я думал, мы в кафе поужинать…

— Кирилл, извини… Но я сегодня правда не могу… Хотела вернуть перчатку и всё… — морщусь, на что он вздыхает.

— Ладно, поехали, — заводит машину, и мы уезжаем оттуда прочь, оставив Ника пыхтеть и сходить с ума от ярости, которую я чувствую даже на расстоянии. Он же собственник… Я представляла заранее, каково ему будет…

Так вот пусть получает теперь. Я точно жалеть не стану…

Пошёл он в жопу!

По пути домой Кирилл постоянно поглядывает на меня и мне правда не хотелось с ним взаимодействовать. Но в Питере он приезжал за мной каждый день, блин… И каждый раз прятал от меня перчатку.

Мы много общались… Вынужденно.

Я, конечно же, как с другом. А он… Он, кажется, вовсе нет, но…

Я сразу объяснила, что не собираюсь с ним встречаться. Никаких поцелуев или походов в кино. Он вроде как понял… Только вот…

По его поведению так точно не скажешь. Порой он такой непредсказуемый, блин… И такой твердолобый. В этом он чем-то похож на Ника.

— Пока… Я пойду, спасибо, что довёз…

— Жень…

— М?

— Слушай… Если не кино там… И прочее… То в музей со мной сходишь?

— Музей? Ты серьёзно? — смеюсь в ответ. — А чем это отличается?

— Ну, это не для свидания… Типа просто… Хочу ознакомиться со здешним искусством… — говорит он и улыбается. — Ну как? Ты за?

— Слушай, Кир… Давай так. Если я буду готова, я сама тебе напишу, ладно? Явно не сейчас… Спасибо ещё раз за найденную вещь, — выбегаю из его машины и быстро исчезаю в подъезде, не давая ему надежды на что-либо.

Быть может, я поступаю неправильно… Может и не стоило так себя вести. Даже в машину не нужно было, наверное, садиться… Но…

Как представлю, какую боль ощутил Ник, так внутри сразу всё расцветает…

Потому что нельзя сначала вытереть ноги о человека, а потом делать вид, что ты весь такой бедный и несчастный сожалеешь… Нельзя!

Дома окончательно выдыхаю. Мамы нет, она нашла новую работу в кафе, а ещё они виделись с Сергеем. Не знаю, что там дальше между ними. Стараюсь не думать. Это лишнее… Мне нужно переживать о собственных эмоциях.

Сейчас нахожусь в поиске работы. Было бы неплохо совмещать. Чтобы денег на всё хватало. Хотя моя учёба и оплачена, но мне хочется помогать маме с продуктами, арендой и другим. Деньги у Хорольских я ни за что брать не стану.

Да и вообще с ними дружить. Если мама и будет с ним, то…

Я буду просто приходящей в их дом на праздники.

Я так решила.

Вечер провожу в одиночестве, переписываясь с Наташкой. У них с Лёшей какой-то план нарисовался… Я думаю, что он поедет за ней туда. Но пока они об этом прямо не сообщали… Однако, я рада за них.

Что у них не так, как у нас…

Ведь никто не ожидал даже, что Ник способен на такую подлость.

Познакомилась с девочками из группы ближе. Начала общаться. Они вполне милые и прикольные. И хотя с моей Наташкой никто не сравнится, но мне хотя бы есть с кем взаимодействовать в универе.

Болтаю ножками, слушаю музыку, делаю реферат в ожидании маминого возвращения.

Как всегда, получаю сообщение от Кирилла…

«Красивая, я уже скучаю по тебе, розововласка».

«Я занимаюсь».

«Есть пять минут?».

«Нет пока. Извини».

«Ну ладно… Смотри, что купил», — присылает фото пушистой шапки с кошачьими ушами… На себе… и я смеюсь.

«Тебе идёт».

«Это для тебя».

«Нет, спасибо. Сам носи!».

«Ну милая же… С твоим волосами будет охрененно. Кошечка».

«Ага, точно», — отправляю, хихикая, и неожиданно у меня всплывает ещё одно диалоговое окно. Я моментально напрягаюсь, потому что понимаю, что Ник у меня в чёрном списке, а это… Тот самый Женя Т., прекрасно…

«Я тебе не верю… Ты не можешь быть с ним», — приходит сообщение, и меня прям-таки бомбит. Кровь мгновенно разжижается и начинает бурлить внутри меня. Какая же сволочь. Не верит он. А мне плевать.

Ничего не отвечаю, а через несколько минут мне приходит ещё одно сообщение.

«Я помню тот день, проведенный вместе. Будто вчера, блин, Женя. Поговори со мной. Ты же знаешь в глубине души, что я не врал».

Вот тут меня буквально уносит от злости. Я превращаюсь в шторм!

«Ненавижу тебя! Ненавижу… Ты…», — стираю всё до единой буквы, потому что писать это, значит… Сдаться! А я не сдаюсь!

Этого никогда не будет, блин! Не на ту напал!

«Я ничего не знаю. Веришь ты или нет, это факт. И больше не пиши, он очень ревнивый», — нарочно отправляю и улыбаюсь, сжимая в кулаки уголок подушки. Давай, чудовище, сходи с ума! Рви и метай, как ты любишь! У тебя это отлично получается! Но я лёгкой добычей больше не стану! Можешь не надеяться!

«Да мне похуй, какой он. Я ему ебало набью, если ещё хоть раз возле универа нашего увижу!».

«Ой-ой-ой… Напугал. Иди в жопу, Ник!».

Пересылаю переписку Наташке со смеющимся смайлом, и она отправляет в ответ такой же.

«Так его… Придурок, блин! Женька, горжусь!».

«Сама собой горжусь. Ненавижу его после всего!».

«Он ещё ползать будет, уверена. Закрылся весь. Нигде не появляется. В какой-то драчильный клуб записался».

«Какой ещё драчильный клуб?», — спрашивает, нахмурившись.

«Ну типа, где дерутся. Не знаю, что там и где… Но пар так сбрасывает. Лёша сказал его теперь не вытянуть оттуда».

Когда читаю это, в груди что-то шевелится. Наверное, потому что