Сердце подонка - Катерина Пелевина

Я ляпнула ему такое… Он уехал весь на нервах, и я теперь за него боюсь… Не потому что что-то к нему чувствую. У меня ничего нет к нему! И прощать я его не собираюсь… Просто я…

— Да успокойся ты, — смеётся он, приобнимая. — Я понял… Ща позвоню ему. Релакс только…

Лёша отходит и делает звонок, пока меня всю потряхивает на месте. Я буквально смотрю ему в спину и кусаю собственные губы до крови, потому что очень сильно боюсь.

Он возвращается спустя минуту, а у меня чувство, будто прошла целая вечность, блин.

— Слушай, ну да… Взбесился чё-то… Я разберусь, ладно?

— Ты с пар уедешь?

— Да, за ним поеду…

— Понятно… Ты потом… Ты мне напишешь…?

— Жека-Жека, — кладёт он ладони на мои плечи. — Чего ты испугалась? Любишь его до сих пор?

— Нет, не это… Я не знаю… Мне показалось, он от злости готов был рвать и метать.

— Ты Ника что ли не знаешь? Он всегда такой. Не бзди. Всё, поехал, — Лёша уходит, приобняв меня на прощание, а я…

Я… Просто схожу с ума, думая о том, что, наверное, подобная новость реально задела его до глубины души. Но этого я и добивалась, блин… Так чего же тогда нервничаю?! Почему так больно самой?

Мне кажется, что если бы я сейчас узнала, что он с кем-то спит, это бы переломило меня пополам… Окончательно и бесповоротно.

На пары иду в таком вот разбитом состоянии, а мне ещё прилетает сообщение от Кирилла…

«Так ты не шутила. Это твой бывший или как?».

Господи… Этого мне ещё не хватало. Что за день откровений перед всеми?

Но не собираюсь я этого скрывать. Пусть знает правду.

«Да, он мой бывший. Я не шутила. Отношений не хочу. Не моё и точка».

«Ладно… А музей? Хочешь? Дружить? Мы же можем дружить?».

Я не знаю, что за клеймо на мне, но оно как-то подозрительно работает… Дружба? Ну да… Конечно, я хочу дружить. Очень. Но правда ли это? Или Кир так пытается стать ближе ко мне?

На его сообщение не отвечаю…

Но вижу ещё одно. Уже от Ника.

«Ты с ним спала?»…

У меня от этого вопроса в грудине всё сжимается и по телу проходит какой-то болезненный импульс. Написал — значит, жив. Это вроде как уже хорошо, но… Я безумно хочу сделать ему больно. Хотя отвечать на этот вопрос себе дороже. С чего он вообще взял, что имеет право такое спрашивать??? Это грубо и очень мерзко. Особенно после того, как он со мной поступил! Но я сразу поняла, что он именно так и подумал после моих слов в машине… А теперь, видимо, решил уточнить… Козёл.

Игнорирую… Лёша примерно через полчаса скидывает сообщение о том, что они поехали в бар и мне неудобно перед Наташкой… Блин. Во всём, кажется, виновата я. Надеюсь, он там не сильно напьётся. А-то ещё поругаются из-за меня, не дай Бог.

Но Наташка вроде как пишет, что всё нормально. Что Лёха под прицелом и не станет косячить. Очень на это надеюсь. Потому что они вдвоем бывают неуправляемыми. Помню же, что было тогда на вечеринке. Когда они дрались там до крови. И меня сильно тревожит это. Не хотелось бы быть виновной в их очередных битвах.

Примерно в двенадцать дня мне звонит мама и спрашивает у меня про ужин с Хорольскими… Неожиданно, конечно. Аж по телу проходится колючая дрожь после всего… Как будто какая-то ловушка для меня. Почему именно сейчас, блин?! Сначала я настолько категорично настроена, что всё внутри противится, но потом я думаю, что не должна так относиться к маме и её чувствам… Что бы там у меня самой ни было с его сыном.

Мне нужно выдохнуть. Наши ссоры и скандалы — только наше с ним дело. Его отец другой, как ни крути. Он не подлый человек. И мне нужно понять, что у меня нет выбора. Нужно быть взрослой в своих решениях. Как бы меня от Ника сейчас не ломало…

Хотя бы как-то настроить себя на то, что придётся его видеть. К тому же он сейчас бухает и может вообще не прийти вечером. Тогда мы спокойно посидим втроём.

«Жень?», — приходит сообщение, и я вспоминаю, что не ответила Кириллу… пишу ему «да» в ответ на его вопрос про дружбу… Как думаю… Потому что всё впопыхах и на нервозе…

Только это злосчастное «да» улетает немного не туда, куда нужно… Руки в мгновение начинают трястись и потеть. Я вообще не собиралась отвечать на этот провокационный вопрос. А теперь у меня внутри всё становится пеплом в одночасье. Две галочки рядом с моим ответом подтверждают то, что он уже его прочитал и мне не удалить это при всём желании… Чёрт возьми! Только не это…

«Ты с ним спала?»…

И в итоге мне приходит ответ от Ника.

«Пиздец. Ну и пошла ты на хуй тогда».

Перечитывая эти строчки снова и снова, ощущаю, как внутри меня всё закипает. Какая же он свинья, а… Скотина… Мразь. Я его так ненавижу… Господи…

Нафига я отправила это сообщение?!

Но оправдываться перед ним я уже точно ни за что не стану! Пошёл он! Урод, блин! Пусть думает тогда, что спала и много раз! Тысячу, блин! И что мне нравилось тоже!

Закипая от гнева и злости, сижу на паре, и вся трясусь в неведении. Чувствую себя дурой. Так облажаться! Блин. Господи…

С одной стороны, мне вообще пофиг, что он обо мне думает, а с другой… Теперь я чувствую себя виноватой, а понять не могу почему?! Какого хрена, блин?! Он меня предал! А я тяну одеяло вины на себя… Пытаясь прикрыть те раны, что мне оставили…

И тут получаю сообщение от мамы.

«Отлично, я с ним переговорила. Тогда в семь у них. Договорились?».

Час от часу не легче. Мне кажется, что весь мир теперь настроен против меня. Я буквально ощущаю внутри такие вибрации, которые заставляют меня скручиваться от эмоциональной боли. Но ведь ничего страшного, если я приду с другом, верно?

«Мам… Можно я буду не одна? Я хочу позвать Кирилла. Как друга», — пишу ей, и она тут же отвечает.

«Почему нет? Я скажу Сереже. Раз тебе так будет спокойнее».

«Хорошо, спасибо, мама!», — отправляю ей и тут же пишу Кириллу сообщение о том, что мне позарез нужно, чтобы он съездил со мной сегодня к бывшему, чтобы поддержать, иначе я