Другие методы - Полина Ветер

Тихое. Семейное. Счастье.

У двери желаю Андрею хорошего вечера и покорно захожу в свою золотую тюрьму.

Только сегодня и меня ожидает неожиданный сюрприз.

Удальцов дома.

Несмотря на то, что время – всего лишь полшестого.

Я раздеваюсь и прохожу в гостиную. Мужчина расположился на диване, вытянув ноги. На коленях ноутбук.

Он поднимает глаза, и мы встречаемся взглядами.

Сердце ухает в пятки.

Наверное, это никогда не прекратится – такая реакция на него.

– Привет. – Здороваюсь первой.

– Привет.

– Не ожидала, что ты придешь так рано…

– Как прошёл осмотр? – Игнорирует моё замечание. По нему невозможно разгадать настроение. Просто холодное изваяние.

– Нормально. Всё по стандарту.

– Всё в порядке?

Не знаю, относится этот вопрос к приёму у врача или к моему общему состоянию.

– Да, нормально. – Повторяюсь невольно.

– Мм… – Снимает ноут с колен. – Хочешь посмотреть что-нибудь? Я ещё поработаю.

Поднимается.

– Нет. Я в душ и потом лягу.

Уже стоя осматривает меня с ног до головы.

Меня потряхивает от этого. И я тихонько вздрагиваю.

– Точно всё хорошо?

Да что ты заладил?..

Нет!

Нехорошо!

Плохо! Очень…

Но вслух только:

– Да.

Ухожу в ванную до того, как накрывает отчаяние.

Каждый раз бороться с его демонами – это сложно.

Но гораздо сложнее бороться с собой.

Когда одна половина до изнеможения желает расстелиться перед этим человеком мягким податливым ковриком, а вторая искренне призывает не унижаться, вспомнить о своём достоинстве и стоять до конца.

Что делать?

Да тут ещё малыш добавляет романтики в виде отвращения ко всему, что нас окружает.

Снова склоняюсь над раковиной.

Это закончится.

Мы родимся, и всё закончится.

Нужно немножко потерпеть…

Душ принимать перехотелось.

Да и какая разница…

Уверена, Сергей вряд ли обратит своё внимание, даже если сильно «завоняю».

Поэтому я просто переодеваюсь в домашний костюм с брюками и иду в спальню.

Сейчас полежу немного, а потом, наверное, что-нибудь съем первый раз за день, если, конечно, полезет…

– Тебе нехорошо?

Сергей заходит бесшумно.

– Немного. – Отвечаю почти честно.

– Ты говорила с Арамом об этом?

Тут я даже поворачиваюсь.

– Это обычный токсикоз. Просто тошнота. Пройдёт.

Наверное, сейчас он должен удовлетвориться моим ответом и уйти.

Но Удальцов, напротив, подходит ближе и садится на край кровати.

Немного осматривает меня. А потом говорит:

– Завтра выходной. У моего знакомого дом за городом. Хочешь, поедем туда? Свежий воздух, мясо пожарим.

От озвученного предложения немного впадаю в ступор.

Серьёзно? Я не ослышалась?

Это капец как неожиданно.

И круто.

– Хочу. – Говорю тихо.

– Значит, поедем. Есть тёплая куртка?

Качаю головой. Из зимнего – только шубка, которой «сто лет в обед». Хорошо, хоть сапоги имеются, купленные в прошлом году.

– Тогда заедем сначала оденем тебя, а потом махнём туда. С утра дела доделаю только.

– Хорошо…

Я сейчас просто в шоке, поэтому на длинные ответы не способна.

– Отдыхай, не буду мешать. Поработаю ещё.

Он поднимается, а у меня внутри растекается какое-то необъяснимое тепло. Может, от того, что впервые за последние две недели между нами состоялся настоящий диалог. Да ещё и предстоит поездка за город, которая определённо должна пойти нам на пользу.

Я в это верю.

Остальное не важно.

* * *

– Мы можем поговорить?

Это странно – застать Удальцова дома в восемь утра да ещё и в таком виде.

На нём, кроме серых спортивных штанов, ничего больше нет.

И у меня, если честно, после такого представления абсолютно все вопросы из головы улетучиваются.

Чего я там хотела?

Облизать его торс? Потереться о него всем телом? Добраться до того, что скрыто под мягкой свободной тканью?..

Так, стоп…

Возьми себя в руки, Оля, нельзя же всё время так на него реагировать!

А этот змей будто насквозь мои мысли видит, ухмыляясь куда-то в чашку с ароматным кофе, запах которого наполняет кухню, причём абсолютно не вызывая у меня желания пойти к унитазу.

Они будто срослись: кофе и Удальцов. Удальцов и кофе.

Ааа… о чём это я?

– Конечно. – Откладывает телефон. – Садись, чай сделать тебе?

Вот уж неожиданность.

Никто мне раньше, кроме мамы, чай не делал…

Вообще, Сергей, судя по всему, самостоятельный человек во всём.

Я к тому, что никогда не видела в его доме кухарки, уборщицы или, как это принято у богатых, прочей прислуги.

Квартира у него шикарная, по моим меркам – четыре комнаты, большая гостиная, совмещённая с кухней, и просто божественная ванная, в которой могут уместиться сорок пять человек.

И только пару раз за всё время моего пребывания здесь его дом посетили люди из клининговой компании. И то их присутствия особо никто не заметил, ведь мы с Андреем как раз «выгуливались» в парке.

Иногда я сама вытираю пыль и готовлю еду. И больше половины приготовленного выбрасываю, если не удаётся навязать нашему водителю.

Ведь всё приготовленное попросту некому есть.

Глядя на то, как Сергей ловко колдует над заварочным чайником, я робко присаживаюсь за остров.

Меня сбивает с толку его поведение, и совершенно не получается подготовиться. Потому что наше общение – это всегда импровизация.

А сейчас так вообще что-то новое.

Потому что хозяин дома в прекрасном расположении духа. Что в последнее время крайняя редкость.

Кружка ароматного горячего чая с утра в исполнении Сергея Викторовича – ущипните меня, особый вид искусства.

Снова забываю даже, о чём хотела поговорить. Да ещё этот торс голый…

– Ты что-то хотела спросить? – Глаза сейчас будто не серые, а блестят бирюзой.

– Я? А… – Отставляю чашку. – Да…

Выдыхаю.

Может вот сейчас? Тот самый момент, когда нужно воспользоваться положением?

Но мне ли не знать, как молниеносно меняется его настроение…

– Я хотела обсудить мое нахождение здесь. – Глаза не отводить. Это важные вещи. Их нужно обозначить. – Например, когда у меня будут свои ключи? Я, может, хочу найти какую-нибудь работу. И вообще, что насчёт денег? Мы так и не поговорили об этом. И я хочу свободно передвигаться, общаться с родственниками, подругами, в конце концов, я – не кукла, которой выделено место в шкафу. Я живой человек. И моё предназначение – не только быть в роли инкубатора, который поддерживает водно-солевой баланс, режим и температуру.

Фууух…

Аж дыхание перехватило на последней фразе в ожидании его реакции.

Я думала – его это разозлит. И была даже к этому готова.

И снова ошиблась.

– Иди-ка сюда, милая.

Сергей протягивает руку, приглашая подойти к нему.

Не давит, не приказывает. А именно приглашает.

О, я вышколенная обезьянка.

Парю почти на носочках, забыв обо всех претензиях и насущных вопросах.

Его руки ловят