Ключевое звено Академии Драконов - Оксана Гринберга

- Конечно, отец, – отозвался тот. – Мы много раз это обсуждали. Но лететь до столицы мне три часа, так что времени для разговора, ради которого ты меня вызвал, осталось немного. Согласись, будет странно, если наша четверка, на которую в столице возлагают так много надежд, появится на открытии турнира без своего капитана. Так что стоит перейти к делу.

- Ты прав, Эрвин! Уже скоро я тебя отпущу, и ты сможешь вернуться к своим прямым обязанностям. Но сперва у меня будет для тебя важное и срочное задание.

- Отец, но сейчас у нас турнир, к которому мы готовились последние пару лет. Он займет пять дней, после чего я смогу…

- Тебе придется выполнить это задание во время турнира, – спокойно произнес Сорген.

Эрвин склонил голову, и в его серых глазах промелькнуло удивление, которое моментально исчезло. Сын не спешил демонстрировать эмоции, и в этом, как и во всем его облике, Сорген внезапно узнал самого себя.

Значит, я все делаю правильно, сказал он себе. Мой сын – продолжение меня, и пора уже доверить ему то, с чем не справились мои приближенные, включая начальника охраны.

Пусть теперь Эрвин послужит на благо семьи.

- Что произошло? – спросил тот.

Вместо ответа Сорген бросил на стол столичную газету, на первой странице которой был отпечатан портрет человеческой девицы.

Его головная боль.

Джойлин Грей, дочь Вестера Данхилла, выжившая в Аллирии, а теперь вернувшаяся в ТалМирен. Учитывая то, что ее не удалось ни уничтожить, ни захватить, Сорген начинал подозревать, что она явилась по его душу и хорошо для этого подготовилась.

А еще был Роэн Халден, который в последнее время тоже оказался неуловим.

Теперь оба прибыли в столицу в составе своих четверок и находились на территории Академии Арисара под охраной королевской стражи, заботившейся о безопасности участников турнира.

Поэтому достать их было невероятно сложно – руки у людей Соргена оказались связаны, и действовать во время турнира они не могли. Единственная реальная возможность изменить ситуацию – использовать Эрвина.

- Что ты о ней думаешь? – спросил Сорген, ткнув пальцем в черно-белый портрет девушки.

Его сын заглянул в газету, после чего неспешно покрутил перстень на пальце.

- Довольно забавный прецедент, – наконец отозвался он. – Раньше я бы сказал, что человечка в драконьей команде – это свидетельство вырождения и несостоятельности Академии Скаймора. Но учитывая то, что их четверка победила на отборе не только в собственной академии, но и в Неринге, мне пока еще сложно делать выводы. Хочу посмотреть на них в действии, хотя и сомневаюсь, что та девица с людской магией сможет что-то противопоставить драконьей.

Сорген покачал головой.

- Четверка из Скаймора сильна, и эта человечка играет в ней не последнюю роль. Вам стоит отнестись к ним как к самым серьезным противникам.

Кажется, Эрвину это не слишком понравилось.

- Отец, все букмекеры столицы уверенно ставят их на последнее место, а победу отдают нашей команде. Поверь, они редко ошибаются!

- Тогда, пожалуй, мне самому стоит сделать ставку, – ворчливо отозвался Сорген. – Я выберу команду Скаймора и тем самым заработаю на безбедную старость.

Эрвин нахмурился.

- Отец, заработанных тобой денег хватит на десяток безбедных старостей. Скажи мне, в чем дело? Что происходит? Что ты знаешь об этой человечке?

Но Сорген прямых ответов давать не собирался.

- Происходит то, чего и следовало ожидать, раз я не сумел уничтожить всех врагов нашей семьи. Долгие годы мы с тобой жили спокойно, но призраки прошлого постепенно поднимают головы, и это грозит нам серьезной опасностью.

Вот что сказал он сыну, решив, что тому не стоит знать всей правды. Он поставит Эрвина в известность лишь о том, что тот должен сделать: добраться до девицы раньше, чем угроза перерастет во что-либо большее.

- А теперь слушай меня внимательно, – произнес Сорген и постучал пальцем по портрету Джойлин Грей.

***

Роэн оставил меня и отправился в коттедж своей команды, расположенный всего в паре десятков метров от нашего, но лишь поздно вечером и то после того, как вернулся наш декан.

Сдался, завидев Кейлора Вейра на пороге гостиной, к которому я ринулась со всех ног.

Уж и не знаю, что на меня нашло и что напало на него, но я прильнула к его груди, а наш декан с отеческой заботой сжал меня в своих объятиях. Да так, что у меня едва не хрустнули кости.

Я пискнула от неожиданности.

Нерис, задремавшая после активного общения с Аэрном, моментально проснулась и недовольным голосом поинтересовалась, что это за незнакомый дракон нас обнимает. Она его не помнит и раньше с таким не встречалась. Что мы будем с ним делать?

Декан тоже напрягся, похоже, ощутив мою драконью природу, после чего отстранил меня и заглянул в глаза.

- Подозреваю, нам придется о многом поговорить, – заявил он. – И для начала тебе не помешает все мне рассказать.

Чем я и занималась довольно долгое время, порадовавшись тому, что мы успели перед этим плотно поесть.

Ну да, внезапно обнаружили, что уже начинает темнеть, и еще немного – и мы пропустим время ужина, который проходил в главном корпусе столичной академии.

Сперва парни собирались принести еду в наш коттедж, но затем решили, что нам всем не помешает прогуляться, а заодно поглазеть на столичную академию.

Еще они слышали, что можно подняться на самую высокую башню главного корпуса, где со смотровой площадки открывался отличный вид на вечерний огромный город. Потому что покидать территорию академии участникам было запрещено.

На время турнира действовали строжайшие правила, а заодно оказались приняты серьезные меры безопасности.

Причина крылась в том, что три десятилетия назад на одну из прибывших на состязания команд было совершено нападение, и ее буквально растерзали фанаты другой команды.

До этого уже случались похожие инциденты, правда, не настолько кровавые; но все-таки было принято решение, что охрана команд-участниц становится делом государственной важности, и с тех пор ею занималась королевская гвардия.

Поэтому по территории повсюду расхаживали гвардейцы. Журналисты к освещению турнира допускались только проверенные, и им приходилось едва ли не каждый день заново проходить аккредитацию.

Посторонние в академию не допускались, а столичные студенты получили особые метки, запрещающие покидать ее территорию до конца турнира.

Вход и выход были возможны лишь с позволения администрации или распорядителей игр – наши две четверки, участвовавшие в моих поисках, получили печать с разрешением