100 килограмм Роскоши - Ольга Дашкова

— Да… встречаюсь,– я улыбнулась, но улыбка вышла немного натянутой. Ксения села в кресло напротив, внимательно посмотрела на меня.

— И как? Он правда такой, как о нем говорят?

— А что о нем говорят? — спросила, хотя уже чувствовала легкий холодок внутри.

Ксения помолчала, потом наклонилась ближе.

— Ангелина… ты же знаешь, я всегда говорю прямо. Орлов — очень богатый и очень жесткий мужчина. Семь лет назад его жена была беременна. Он вышвырнул ее из дома практически без копейки, оставил одну с ребенком. Говорят, она изменила ему с его же партнером, но… кто знает правду? Главное, что он не церемонится с женщинами, когда они ему надоедают. Красиво ухаживает, а потом… холодно и безжалостно расстается. И его жена не первая и не последняя в этом списке.

Почувствовала, как внутри все сжимается и моментально портится настроение.

— Он сам рассказывал мне другую историю, — тихо сказала. — Что жена ушла к его другу.

— Может быть, — пожала плечами Ксения. — Но ты же умная женщина. Будь осторожна. Такие мужчины, как Орлов, привыкли получать все, что хотят. А когда интерес проходит… они становятся другими. А ты, Ангелина, очень лакомый кусочек, но его не интересуют деньги, сама знаешь, он богат, его интерес другого рода, он просто любит использовать и выкидывать.

Она говорила еще что-то, но я уже плохо слышала. Слова «вышвырнул беременную жену» звучали в голове набатом.

Когда Ксения ушла, я долго сидела неподвижно, глядя в одну точку.

Неужели я снова ошиблась? Неужели вся эта страсть, все эти нежные слова, это просто красивая обертка? А что будет, когда ему надоест мое тело? Когда он увидит во мне не роскошь, а «проблему», как когда-то видел мой бывший?

Почувствовала подступающую тошноту. В последнее время меня часто подташнивало по утрам, но я списывала это на стресс и усталость. Сейчас же желудок сжался так сильно, что я едва успела добежать до туалета.

Когда я вернулась в кабинет, на телефоне мигало уведомление. Сообщение с закрытого номера.

Я открыла.

Это было фото.

Олег в ресторане. Он обнимал за талию высокую, очень стройную брюнетку. Она смеялась, запрокинув голову, а он улыбался ей, той самой улыбкой, которую я считала только своей. На заднем плане был дорогой интерьер, свечи, вино.

Подпись отсутствовала. Только фото. Я села на стул. Руки дрожали так сильно, что телефон едва не выпал. Это было… как удар под дых.

Тот же ресторан, где мы ужинали две недели назад. Та же улыбка. Те же руки, которые совсем недавно ласкали меня, теперь лежали на талии другой женщин: стройной, идеальной, без единого «лишнего» килограмма.

Почувствовала, как слезы жгут глаза.

«Неужели Ксения была права? Неужели я для него просто очередная игрушка? Еще одна женщина, которую можно красиво ухаживать, а потом… вышвырнуть, как ненужную вещь? Может быть, он именно так получает эмоции как энергетический вампир? И для него отношения — игра»

Смотрела на фото и не могла отвести взгляд. Олег улыбался той брюнетке так же, как улыбался недавно мне. А я сидела в своем кабинете, с тошнотой, с тяжелым, ноющим сердцем и с мыслью, которая жгла сильнее всего.

«Может быть, я снова ошиблась. Может быть, мои 100 килограммов роскоши — это все-таки слишком много для такого мужчины, как Олег Орлов».

Глава 8

Глава 8

Стояла в ванной и смотрела на две ярко-розовые полоски. Руки дрожали так сильно, что тест едва не выпал в раковину.

Беременна. Я — беременна.

Срок маленький, скорее всего пять недель, но тест был четкий, как приговор… или как самый долгожданный подарок в моей жизни. Я сделала еще один. Потом третий. Все три показывали одно и то же.

Медленно опустилась на край ванны, потому что ноги внезапно перестали держать. В груди одновременно бушевали два чувства: паника и такая светлая, почти болезненная радость, что хотелось плакать в голос.

У меня будет ребенок.

После всех тех лет попыток, после гормональной терапии, после унизительных обследований, после того, как Саша смотрел на меня с раздражением и говорил: «Видимо, не судьба», — у меня все-таки будет ребенок.

Положила ладонь на плоский живот и прошептала дрожащим голосом:

— Малыш… ты пришел. Наконец-то ты пришел…

Горячие и счастливые слезы потекли сами собой. Я плакала и улыбалась одновременно. Плакала от облегчения, от того, что мечта, которую я уже почти похоронила, вдруг ожила. Улыбалась, потому что внутри меня росла новая жизнь. Жизнь от мужчины, которого я… которого я люблю.

Но радость длилась недолго. Уже через минуту на меня обрушилась другая мысль — тяжелая, холодная, как лед. Олег. Что я скажу Олегу?

Представила, как звоню ему и говорю: «Я беременна». Представила его лицо. И мне стало страшно.

А вдруг он решит, что я его «подловила»? А вдруг подумает, что я специально не предохранялась, чтобы удержать его? А вдруг он вспомнит свою бывшую жену, которую, по словам Ксении, он вышвырнул, когда она была беременна? Вдруг он останется со мной только из чувства долга? Из-за ребенка?

Я этого не хочу.

Не хочу, чтобы он был рядом только потому, что «так правильно». Я хочу, чтобы он хотел меня. Меня саму. Мои 108 килограмм, мои страхи, мою любовь. А не потому, что внутри меня теперь растет его ребенок.

Вытерла слезы и приняла решение. Пока — никому. Ни слова. Даже ему.

Я должна сначала разобраться в себе. Понять, что происходит между нами на самом деле. Понять, любит ли он меня или просто одержим прихотью и похотью. А уже потом… потом я скажу.

На следующий день поехала к врачу. Частная клиника, лучший специалист. Я сидела в мягком кресле, сжимая сумочку, и слушала спокойный голос доктора.

— Срок примерно пять с половиной недель. Сердцебиение уже есть. Все выглядит отлично. На фоне предыдущей гормональной терапии беременность протекает хорошо, хотя, конечно, нужно будет наблюдать внимательнее.

Я кивала, почти не слыша. В груди было тесно от счастья и страха одновременно. У меня будет ребенок. Долгожданный. Выстраданный. От мужчины, который говорит, что я для него все. Когда вышла из клиники, на улице шел мелкий дождь. Я стояла под козырьком и не могла сделать шаг. В голове крутились мысли, одна страшнее другой.

Что, если Олег решит, что я использовала его?