Последняя из древнего рода - Ирина Властная

Дарт вздрогнул, и в котелке оказалось всё содержимое одного из флакончиков. Дедушка выругался сперва на флакончик, потом на Мрака, благоразумно спрятавшегося за мою юбку, в последнюю очередь мне досталось.

— Переделывать не буду! И так весь день на это варево потратил. Всё равно их двое! — недовольно пробурчал Дарт, а я только вздохнула. Ну что за невозможный характер! — Ты чего припёрлась? Дел других нет? Все записи прочла уже, что ли?

— Все дела никогда не переделать, заканчиваешь с одними, им на смену тут же приходят другие, — поделилась я жизненным опытом, — а пришла я за обещанным разговором, господин Дарт. И не уйду, пока не получу ответы на свои вопросы, чёткие и понятные ответы, — я так, на всякий случай уточнила, а то все эти таинственные намёки и полунамёки до зуда раздражали.

— Ты про дархинов, что ли? — прикинулся пеньком Дарт, да ещё и осуждающим взглядом меня одарил, мол, я же тебе все архивы предоставил, чего ты от меня ещё хочешь?

— Знаете, на фоне тех тайн, которые вы скрываете, угроза дархинов кажется несущественной мелочью, но ей мы тоже уделим внимания.

— Хорошо, сейчас отвар доделаю и поговорим, ты пока на стол собери чего-нибудь, с самого утра ни крошки во рту не было, — тяжело вздохнул над своей тяжёлой жизнью Дарт.

Только ему удавалось так лихо командовать главой рода Гэррош, потому что я послушно потопала на кухню, сетуя на себя, что не догадалась заглянуть на замковую кухню и прихватить оттуда корзинку с едой. В самом деле, чего с пустыми руками попёрлась?

Если я особой сообразительностью не отличалась, то кто-то из семейства Горн о Дарте не забывал. На столе лежали лепёшки, сыр, каша, и всё это было заботливо накрыто светлой тканью. Мрак отправился бесстрашно исследовать незнакомую местность, а я в короткие сроки накрыла на стол и терпеливо дожидалась Дарта.

В Жемчужинке даже дышалось легче, словно близость Источника успокаивала и придавала сил.

— Ну, чего-то получилось! — вырвал меня из расслабленного состояния Дарт, победно потрясая пузырьком сомнительного назначения. — Сейчас пойдём истину выпытывать? Интересно же, получится действие клятвы блокировать или нет? Я там несколько ингредиентов смешал, которые должны нужный эффект дать… в теории.

— Знаете, дедушка, единственное, в чём я не сомневаюсь, так это в ваших знаниях и способностях, всë-таки кровь Гэррош даёт о себе знать, да? — тяжёлым взглядом на уважаемого Дарта посмотрела.

— Догадалась-таки… — осторожно водрузил он на стол результат своих многочасовых усилий, потом горестно так вздохнул, старательно взгляд от меня отводя, и тяжело на лавку опустился. — Мне сейчас вещи собирать или до утра время дашь?

— А чего это вы сразу в кусты собрались? Как опасность на горизонте появилась, так сразу барахло своё в узелок и со всех ног подальше? — стукнула я кулаком по столу, заставил Дарта чуть ли не подпрыгнуть, да и щенок тут же на шум примчался, шерсть вздыбил да так и застыл в дверях лохматым ёжиком, не понимая, кого ему атаковать. — Гэррош никогда не пасовали перед трудностями и не бросали свой дом. А чтобы догадаться о вашей принадлежности к нашему роду большого ума не надо. Глаза у вас характерного оттенка, замашки вредные, но главное, уважаемый господин Дарт, ваши знания. Если ваше мастерство в изготовление зелий можно было списать на полученную информацию из библиотек Жемчужного, то ваши знания родовых архивов, доступ к которым имели только члены рода Гэррош, чётко указывают, что раньше вы носили имя Гэррош. Рассказывайте всё, господин Дарт. Вы единственный, кому я доверяю в Жемчужном, и я хочу это доверие сохранить.

— А ты изменилась, Элька, очень изменилась, будто другим человеком стала…

— Вы тоже далеко не тот, за кого себя выдаёте. Я жду, господин Дарт, — надавила я голосом, обходя стороной тему моего тёмного прошлого.

— Я Дарт Безродный, ранее носивший имя Дартин Гэррош, изгнанный из рода и лишённый родового имени и всех привилегий, которое оно давало. После отлучения из рода мне было запрещено находится на землях Гэррош в течение пятидесяти лет, когда истёк срок изгнания, я вернулся. Сперва жил в лесу, потом перебрался в заброшенную часть Жемчужного.

Ну, ничего удивительного, нечто подобное я и предполагала, но вопросов всё равно меньше не стало.

— Это вы мне кем приходитесь, уважаемый Дарт? — лихорадочно пыталась я подсчитать его возраст и вспомнить генеалогическое древо, но, чтобы вспоминать, его сперва знать неплохо было бы.

— Прапрадедушка я твой, Элька, — слабо улыбнулся Дарт, но улыбка тут же в бороде запуталась, да и сгинула там, потерявшись в паутине седых прядей.

Молча смотрела на старика, который по всем закон мироздания, как бы не должен был здесь находиться, в смысле, ему давно было пора на аудиенцию к Тартасу отправиться, а он вон, сидит себе, нервничает, и помирать не собирается. Молча встала и ревизию шкафчиков начал производить на предмет наличия удивительной настойки Дарта, которую они ещё с господином Горном дегустировали. Что-то меня его слова совсем из колеи выбили. Нашла. Молча плеснула в кружки и так же молча выпили.

— Вечная жизнь? — выдвинула я самое логичное объяснение.

— Тьфу на тебя, Элька! Кому она нужна, эта вечная жизнь? Когда за грань уходят те, кого ты любишь, кто дорог тебе, сердце покрывается шрамами, которые ноют болью утраты, пусть с годами эта боль и притихает, но она не исчезает, а там и новые шрамы появляются… это не вечная жизнь, это вечная мука. Нет, всего лишь зелье долголетия, моя разработка, — лукаво посмотрел он из-под настороженно встопорщенных бровей и осторожно к тарелке с кашей потянулся.

— Да ешьте уже, долгожитель вы мой, спешить некуда, — утащила я и себе кусочек лепёшки, а пока жевала, пыталась вспомнить почивших родственников. — Так, лорд Фарит Гэррош мой отец, погиб на охоте, его отцом был лорд Роуэн Гэррош, ушёл в лес на поиски америума, не вернулся, метка главы рода проявилась на руке Фарита, так и узнали о его смерти… а почему он, собственно, не вернулся из леса? Даже если бы лорд Роуэн заблудился, он мог ведь открыть лесную тропу к Жемчужному?

— Не мог, последним из Гэррош, кому Источник подарил такую способность, был мой старший брат, Сивар, а вот