Не выйдешь сухой - Лера Титова

драгоценности. Хотела быть просто Тиной. Его Тиной.

Ян посмотрел на неё перед выходом, кивнул.

— Хорошо.

— Только «хорошо»?

— Красиво. Очень.

— Спасибо.

— Поехали.

Он взял её за руку.

Переговоры проходили в конференц-зале бизнес-центра, на тридцать пятом этаже. Огромный стол из чёрного стекла, кожаные кресла, панорамные окна. За ними — город, серое небо, бесконечные линии дорог. Тина сидела рядом с Яном, слушала, кивала, иногда смотрела в телефон. Ей было скучно. Но она не показывала.

А потом вошла она.

Высокая, худая, с короткой стрижкой и идеальной осанкой. На ней был белый костюм — пиджак и юбка чуть выше колена. Туфли на высокой шпильке, колье с бриллиантами, часы, которые стоили как небольшая квартира. Она улыбнулась Яну — широко, с намёком.

— Ян, рада тебя видеть.

— Елена. Ты помнишь мою жену, Тину?

— Конечно. Здравствуйте.

Она протянула руку. Тина пожала. Ладонь была сухой, холодной, уверенной.

— Приятно познакомиться.

— Взаимно.

Елена села напротив. Нога на ногу. Юбка задралась чуть выше колена. Она не поправила. Тина заметила. Ян — нет. Или сделал вид.

Переговоры продолжались. Елена говорила о контрактах, о сделках, о цифрах. Смотрела на Яна. Только на Яна. Тина видела, как она наклоняется вперёд, как поправляет волосы, как облизывает губы. Женщина не скрывала интереса.

Тина сжала ручку.

— Ты в порядке? — спросил Ян тихо.

— Да.

— Врёшь.

— Не здесь.

Он посмотрел на неё. Взял за руку под столом. Сжал. Она выдохнула.

После встречи Елена подошла к ним.

— Ян, может, поужинаем сегодня? Обсудим детали.

— Я занят.

— Завтра?

— Тоже.

— Когда?

— Я позвоню.

Она улыбнулась, посмотрела на Тину. Холодно, оценивающе.

— Тина, вы не против, если я украду вашего мужа на пару часов?

— Он сам решает, — сказала Тина.

— Он занят, — повторил Ян.

— Жаль.

Она пожала плечами, повернулась и ушла. Шпильки цокали по мраморному полу. Тина смотрела вслед, сжимала руку Яна.

— Поехали домой, — сказал он.

— Поехали.

В машине она молчала.

Ян вёл, смотрел на дорогу, не спрашивал. Знал. Тина смотрела в окно, на город, на людей, на серое небо.

— Она красивая, — сказала она.

— Кто?

— Елена.

— Не заметил.

— Врёшь.

— Немного.

— Она смотрит на тебя.

— Я не смотрю на неё.

— Почему?

— Потому что у меня есть ты.

— А если бы не было?

— Был бы кто-то другой.

— Кто?

— Не знаю. Но не она.

Тина повернулась к нему.

— Почему?

— Потому что она холодная. Как лёд.

— А я?

— Ты — живая.

Он взял её за руку. Сжал.

— Не ревнуй, — сказал он.

— Я не ревную.

— Врёшь.

— Немного.

Он усмехнулся.

Дома Тина ушла в спальню, закрыла дверь.

Ян постучал.

— Тина, открой.

— Не хочу.

— Открой.

— Я сказала — не хочу.

Он открыл дверь запасным ключом. Тина сидела на кровати, сжав подушку в руках. Глаза красные, но слёз нет.

— Ты ревнуешь, — сказал он.

— Я не ревную. Я злюсь.

— На что?

— На тебя.

— За что?

— За то, что ты не сказал ей, что ты занят. Что у тебя жена. Что тебе не нужны её ужины.

— Я сказал.

— Ты сказал «я позвоню».

— Это вежливость.

— Это надежда.

Он подошёл, сел рядом. Взял её за руки.

— Слушай меня, Тина. Я не смотрю на других женщин. Я не хочу других женщин. Я не буду ужинать с ней. Я не позвоню ей. Я скажу своему секретарю, чтобы она перенаправила её звонки на Глеба. И если она будет настаивать, я исключу её из сделки.

— Ты не сделаешь этого.

— Сделаю.

— Почему?

— Потому что ты важнее сделок.

Тина заплакала. Не от боли — от облегчения.

— Не плачь, — сказал он.

— Я не могу.

— Можешь.

Он обнял её, прижал к себе.

— Я люблю тебя, — сказал он.

— Я знаю.

— Только тебя.

— Знаю.

— Не ревнуй. Это глупо.

— Я знаю. Но не могу.

— Тогда ревнуй. Но знай — ты единственная.

Она уткнулась лицом в его грудь.

— Ян.

— Что?

— Трахни меня.

— Сейчас?

— Сейчас. Чтобы я забыла о ней.

— Хорошо.

Он раздел её. Медленно, нежно, снимая каждый предмет одежды, как будто разворачивал подарок. Тина не сопротивлялась. Ждала.

Он целовал её везде — губы, шею, ключицы, грудь. Каждый сантиметр.

— Я люблю тебя, — говорил он между поцелуями.

— Я знаю.

— Только тебя.

— Знаю.

— Ты слышишь?

— Слышу.

Он вошёл в неё. Резко, глубоко, без подготовки. Тина вскрикнула — от неожиданности, от облегчения.

— Смотри на меня, — сказал он.

Она открыла глаза.

— Кто твой мужчина?

— Ты.

— Кто твой хозяин?

— Ты.

— Кого ты любишь?

— Тебя. Только тебя.

Он двигался жёстко, быстро, вбиваясь в неё с каждым толчком. Тина царапала его спину, кричала, теряла голос. Кончила — раз, потом второй. Он кончил следом, не выходя, прижимая её к себе.

Они лежали, тяжело дышали.

— Ты ещё помнишь о ней? — спросил он.

— О ком?

— О Елене.

— Забыла.

— Хорошо.

Он поцеловал её в лоб.

— Я люблю тебя, — сказал он.

— Я знаю.

Тина закрыла глаза.

Всё было хорошо.

Через несколько дней Ян пришёл домой пьяным.

Впервые за долгое время. Тина сидела в гостиной, смотрела телевизор, ждала его. Уже за полночь. Вера спала. В пентхаусе было тихо — только холодильник гудел на кухне и где-то далеко внизу сигналила машина.

Она услышала, как открылась дверь. Как он вошёл в прихожую, споткнулся о порог, выругался. Тина встала, пошла навстречу.

Ян стоял у стены, прислонившись плечом, сжимая в руке бутылку виски. Глаза красные, волосы растрёпаны, галстук развязан, рубашка расстёгнута. Пахло от него алкоголем, потом и чужими духами. Женскими. Тина узнала этот запах — Елена. Та самая, с белым костюмом и холодными глазами.

— Ты был с ней? — спросила Тина.

— С кем?

— С Еленой.

— Нет.

— Тогда почему от тебя пахнет её духами?

Ян посмотрел на неё. Пьяными глазами, но честно.

— Она подошла. Сказала, что хочет поговорить. Обняла. Я отстранился.

— И всё?

— И всё.

— Ты не хочешь её?

— Нет.

— Почему?

— Потому что я хочу тебя.

Тина смотрела на него. В его глазах была усталость, боль, любовь.

— Ты пьян, — сказала она.

— Немного.

— Иди в душ.

— Не хочу.

— Иди.

— Не оставляй меня.

— Я здесь.

Она взяла его за руку, повела в ванную. Включила воду — тёплую, успокаивающую. Помогла раздеться. Сняла пиджак, рубашку, брюки. Он стоял перед ней голый, уставший, красивый.

— Залезай, — сказала она.

— Со мной.

— Я уже мылась.

— Со мной.

Она разделась сама. Быстро, без игры. Залезла в душ. Он обнял её, прижал к себе. Вода текла по их телам, смывая запахи чужого дня.

— Я скучал, — сказал он.

— Ты был на встрече три часа.

— А я скучал.

— Ты глупый.

— Я люблю тебя.

— Я