Цвет Драконьей луны - Ксения Анвиль

проверить, что же будет. В конце концов, это ещё один шанс увидеть королеву поближе и присмотреться к ней. И всё же, если мортамер это она, что делать? Ринуться к ней и убить на глазах у всех собравшихся? «Глупо, — однозначно решила Клэр. — Нужно выждать. Если она вступит в свои права, а значит, получит в своё ведение некоторые государственные дела, можно будет просить об аудиенции, и тогда…». Она лишь надеялась, что Дестан придерживается такого же плана.

Вблизи храм бога Солиса был ещё монументальнее, чем казался на расстоянии. Высокие белоснежные стены упирались в высь, украшенные богатой резьбой по камню, изображавшей витиеватые узоры пламени и лучей солнца. Тонкие колонны с капителями из листьев аканта поддерживали треугольный антаблемент. Клэр без труда узнала в архитектуре второго по величине строения Лиорны вдохновение, навеянное ушедшими в древность веками: тех же, откуда она сама черпала формулы для многих заклинаний.

Подле храма уже собралась придворная знать, разряженная больше обычного. На их фоне Клэр даже почувствовала себя простенько: впрочем, и не такого статуса она была птицей, чтобы равняться с этими людьми. От ворот замка до самого входа в храм была выстлана пурпурная дорожка: невероятная трата казны, на которую Аделард не поскупился.

Благо, после нескольких дней изнурительной жары пришла прохлада, которая хоть немного скрашивала ожидание. Наконец спустя добрых полчаса показалась карета короля. Лакей бросился отворять двери: Аделард сиял гордостью за юную жену, которая, укрытая белой вуалью, прошествовала за ним, чуть склонив голову. Длинный шлейф её платья придерживали идущие позади слуги. Когда королевская чета вошла в храм, все прочие последовали за ними.

Мозаики, полностью покрывавшие стены, изображали некое неземное сияющее существо, окруженное многочисленными крыльями, в различных сюжетах: дарующего людям огонь, письменность, орудия труда. И даже сражающегося… «С драконом?» — Клэр покоробило. Она заняла место в последних рядах, неподалеку от Дестана, зашедшего едва ли не в последний момент. «Ему-то понадобилось гораздо больше времени, чтобы вернуться в замок» — с сочувствием поняла ведьма, скользнув мимолётным взглядом по его бесстрастному лицу.

Архиепископ уже ожидал у алтаря. Монарх поклонился, приветствуя его, а нарекаемая новой королевой опустилась на колени. Клэр не отрывала взгляда. «А как должна чувствовать себя в таком месте нечисть?» — вдруг осенило её. Когда девушка проходила мимо, она показалась ведьме непривычно бледной. Или так скрадывала цвет её лица ткань, наброшенная сверху?

— Пред лицом Бога нашего Солиса, властителя всего сущего, держителя власти небесной и дарующего жизнь светила, его преданная дочь, наречённая Виттори Терезьен, получает в дар символ его воли, которую она принимает на сотворение людского блага, — завершил свою речь служитель храма и возложил корону на изящную голову королевы.

Все склонили головы, признавая власть юной супруги Аделарда. Поднимаясь, она вдруг покачнулась и оперлась на руку мужа. «Неужели?..» — от пристального взгляда Клэр это движение не ускользнуло. Когда королева Виттори, державшаяся за монарха, прошла мимо, возвращаясь к замку, ведьма снова посмотрела на неё: девушка показалась ей едва живой и дрожала.

Глава 56

Позднее лето уже сглаживало жаркие дни прохладой чернильных вечеров, которые Клэр вынуждена была периодически проводить за не слишком увлекательной болтовней с придворными дамами, занимавшими себя преимущественно вышивкой. Ведьма могла бы кое-как заштопать протёршиеся штаны или пришить пару пуговиц, но это было верхом её способностей к немалому удивлению барышень. Пришлось сослаться на то, что в её краях большее внимание уделяли верховой езде и изучению наук. Её слова восприняли превратно и однажды попросили сочинить что-нибудь ради развлечения. Кроме особенно складных заклятий в голову ничего не приходило, и она переврала половину слов, надеясь не призвать ненароком какую-нибудь сущность. Дамы её талант не оценили и потеряли интерес к зарубежной поэзии. Больше всего Клэр нравились музыкальные встречи, поскольку каждая старалась блеснуть своими умениями и занять собой побольше времени. Тогда ведьма могла отсидеться, не особенно привлекая внимание.

Тем не менее она чувствовала, что её обман вот-вот раскроется, а это означало, что время неумолимо поджимало. Необходимо было наконец застать королеву Виттори тет-а-тет и понять, верны ли подозрения Клэр.

Народ, поначалу слегка возмущенный быстрой женитьбой короля после кончины предыдущей супруги, столь любимой простым людом, в конце концов привык, хотя всё ещё относился настороженно – особенно в свете наличия у королевы сына, оставшегося при дворе в силу юного возраста.

Правда, на днях Клэр подслушала, как служанки обсуждали, что мальчишку могут сослать в какую-нибудь крепость подальше от замка. Однако пока король не спешил расстраивать свою жену и даже велел наказывать за подобные разговоры.

Письма от Марши были для Клэр спасительными весточками из дома. Наступлений нежити больше не случалось, и в цитадели установилась мирная жизнь почти без вылазок: иногда, получая сообщения от жителей окрестных мест, солдаты занимались тем, что расправлялись с появлявшейся то тут, то там нечистью и монстрами, но это были только отдельные случаи. В отсутствие Дестана управление восточной цитаделью взял на себя мастер Арвинг. Как ему удалось выяснить, вспышки тёмной силы, порождавшие мортамеров, действительно вызвали мутации у животных и прорехи в той занавеси, что отделяла мир сумрачных созданий, которые прежде могли являться только по требованиям магов. Основная проблема состояла в том, что они никуда не исчезли вместе с высшими жнецами и продолжали наводить ужас на простой люд. «Видимо, с этим ещё предстоит разобраться после — думала Клэр, сжимая в руке письмо от мастера и задумчиво глядя в окно. — Если, конечно, это "после" наступит».

Было уже за полдень, когда Клэр в окружении стайки девушек получила свой звёздный час. Она раскладывала карты — обычные игральные — но их было достаточно, чтобы предречь незамысловатые чаяния новых знакомых.

— Нет, не наттейсиа, — сказала Клэр, проводя ладонью над одной из карт, и леди Ринамет сникла. — Рано уныват’, вот и принтс спешит нафстречу. Иноземетс, — констатировала она, достав ещё одну из колоды. На самом деле она даже не особенно вдумывалась в то, что говорила, позволяя прозрениям изливаться самим по себе. Было бы лукавством сказать, что судьба придворных дам её сильно волновала.

— А мне погадаете, леди Перьяверд? — услышала за спиной Клэр певучий голос.

Она легонько вздрогнула от неожиданности. Это была королева Виттори собственной персоной. Клэр отметила, что та, только вступив в должность, отринула столичную моду на собранные волосы, отпуская свои локоны глубокого каштана свободно, и дамы уже вторили ей в этом. Её лучистые глаза сияли от мягкой