Да, моя королева! Дилогия - Татьяна Ткачук

она направилась в библиотеку. В помещении, против обыкновения, не было ни брата, ни отца. Лера прошлась вдоль стен, разглядывая многочисленные стопки рукописей, разложенных по полкам высоких стеллажей.

Наугад взяла одну книгу, бросила короткий взгляд на обложку, на которой стояли в ряд вертикально выписанные иероглифы.

«Описание избранных деревень». Хм, наверное, что-то географическое… Положила рукопись на место, взяла целую стопку книг справа. «Истинные записи правления династии Чосон», «Исторические записи Трех Государств», «Каталог гор и морей», «Записки о ритуале», «Суждения и беседы»… Книги отца. Только он мог читать такое!

И вдруг ее точно молнией прошило! Что?! Она понимает эти надписи?! Нет! Этого не может быть! Получается, что то, что ей приснилось ночью – и не сон вовсе?!

Господи, господи! Лера вернула стопку на полку и обхватила себя руками за плечи, почувствовав озноб. Потом, пройдя вдоль стеллажей, подняла несколько книг с другого места.

«Наставление царю цветов». «Досужие беседы на постоялом дворе»… «Чудесная жемчужина». Открыла последнюю.

Книга была прошита, по традиции, по правому краю, и страницы открывались слева направо. Лера отрыла обложку, сделанную из плотной желтой бумаги, взглянула на первую страницу, расчерченную на вертикальные столбцы, заполненные изящными иероглифами, складывающимися в слова сверху вниз. Стихи. Это стихи.

Теперь девушка понимала каждое слово, записанное в книге! Но как такое может быть?! К ней вернулась память Со Хён?! Откуда?... У Леры голова шла кругом. Такого просто не могло быть в реальной жизни! Какое-то невероятное волшебство! Значит, та женщина из сна (или не сна?), и впрямь, была богиней!

Господи, Лерка! Теперь ты уже можешь больше ничему не удивляться!

С этими мыслями девушка положила на место все книги, кроме томика стихов, решив захватить его с собой и почитать на досуге. Пошла к выходу и в дверях столкнулась с советником. Поклонилась ему и хотела проскользнуть мимо, но была остановлена.

Увидев старшую дочь, с книгой в руках, мужчина удивленно поднял брови и промолвил:

- Со Хён? Ты читаешь?..

- Ну да… Я… Просто хотела найти книгу, в которой бы описывалась процедура отбора невест!

- А! Заинтересовалась-таки?! – лукаво посмотрел на нее Шим Он. – Помнится, в детстве ты не очень любила заниматься чтением…

- Предупрежден – значит, вооружен, – ответила она тихо, отводя взгляд. – Мне хочется узнать подробнее… Но… Я не нашла такой книги, отец!

- Просто нужно знать, где искать, дитя! Идем, я дам тебе нужную книгу!

Он прошел в помещение и уверенно направился к одному из стеллажей, расположенных у дальней стены. Перебрав несколько книг, наконец, вытащил одну и протянул дочери:

- Держи! Вот это может помочь!

- Спасибо, батюшка! – поклонилась девушка и поспешила в свои покои.

Служанка, заставшая госпожу, сидящую на напольной подушке у окна с книгой в руках, всплеснула руками:

- Барышня! Вы вспомнили?..

Лера подняла на нее глаза:

- Это вспомнила! Но еще не все… Но и то, Ха Юль! Я очень рада!

- И я, госпожа моя! И я! Радость-то какая!

- Тише, Ха Юль! Ты же помнишь, что никто не должен догадаться, что я теряла память…

- Ох, конечно! Простите, барышня Со Хён! – и она зажала себе рот обеими ладошками, но тут же отняла руки и полушепотом сказала. – Как я рада за вас!

- Я тоже очень рада! – ответила Лера и улыбнулась вполне искренне.

 

 

Глава 39

 

Лера

Через два дня в деревню примчался на скакуне, с которого клочьями падала желтоватая пена, посыльный – с приказом немедленно возвращаться в столицу. С приказом короля Тэджона. Видимо, в Ханяне произошли какие-то события, которые настоятельно требовали присутствия во дворце Шим Она. Советнику ничего не оставалось, как поспешно собраться и, попрощавшись с домочадцами, в тот же день отправиться в путь, захватив свою охрану, с которой он и прибыл в поместье несколько дней назад. Этих воинов Лера не знала совсем – они так и жили со своим господином в столице, обеспечивая безопасность важного сановника.

Но до этого девушка еще успела напроситься на аудиенцию к отцу и задать ему интересующие ее вопросы, касающиеся процедуры выбора невесты для наследника трона.

От отца же она узнала, что третий тур отбора будет проходить при личном присутствии короля и королевы-матери, которые вместе с верховными советниками выбирали финалистку. Это означало, что брак принца – также политическое мероприятие, который используют в борьбе за влияние при дворе различных кланов, приближенных к правителю. Тем не менее, девушка с удивлением услышала, что королевская семья предпочитала невест из уважаемых аристократических семей, но не очень могущественных и влиятельных.

- Почему, батюшка? – спросила она советника.

- Подумай сама, девочка! В противном случае, влиятельный род заберет еще больше власти и веса при дворе. Королю же важно соблюсти хотя бы видимость равновесия, чтобы остальные семьи не начали выказывать своего недовольства и возмущения, – ответил Шим Он, любовно поглаживая обложку какой-то книги, лежащей перед ним на низеньком столе в библиотеке, где девушка застала его.

- Но тогда, – с затаенной надеждой начала Лера, – возможно, я не подойду, батюшка?

- На третьем этапе большой вес будет иметь слово королевы-матери! – неохотно ответил мужчина. – Если ты понравишься ей – уж она найдет способ убедить короля, что ее сыну нужна именно такая супруга… К тому же – сразу отсеиваются лишь девушки с фамилией Ли… – он огладил аккуратную недлинную бородку, в которой уже начинали серебриться нити седины.

- А почему? – с недоумением спросила она.

- Потому что Ли – это фамилия семьи короля нашего, его величества Тэджона.

- А… – поняла девушка. – Что еще я должна знать, отец?

- Пока ничего больше.

- Матушка сказала, что в вашей библиотеке должны быть книги, рассказывающие о женитьбе прежних правителей, – вспомнила Лера.

- Да, кажется, где-то были.

Мужчина поднялся на ноги, прошел к высоким деревянным стеллажам, на полках которых расположились многочисленные рукописные книги в обложках из более плотной бумаги, прошитые по правому ребру толстыми хлопковыми нитями, с наклеенными слева табличками, на которые нанесены были черной тушью названия.

Задумчиво провел рукой по корешкам, переложил места на место несколько томиков, а потом, воскликнув: «А! Вот она!», вытащил одну рукопись в светло-желтой обложке из стопки точно таких же и, щелкнув по ней пальцами, вернулся к дочери, которая все это время